Минувших дней людские судьбы - Валентин Иванович Маслов

Теперь уже нет среди нас и Евгения Федоровича, он скончался 17 августа 2001 года. Е. Ф. Лаш 42 года проработал в институте «Фундаментстрой» (от руководителя группы – до руководителя отдела). Под его руководством были выполнены многочисленные проекты в области фундаментостроения и осушения территории под строительство промышленных комплексов, месторождений полезных ископаемых и многих других объектов. Некоторые его разработки выполнялись совместно со специалистами ЦНИИПСК им. Н. П. Мельникова: фундамент телебашни в Ташкенте на сейсмостойкость 8 баллов – высота башни 375 метров; фундамент башни коробчатого сечения близ Алма-Аты на сейсмостойкость 10 баллов – высота башни 372 метра; фундамент на сваях-оболочках в Риге – высота башни 368 метров.

По его проектам производились крупные работы по осушению рудников Соколовско-Сарбайского разреза, строились причалы для ремонта подводных лодок, укреплялись берега и откосы (склоны) на Волге, на Черноморском побережье Кавказа и в Крыму. Последние работы – проект и строительство терминала и таможенной станции на Российско-Грузинской границе.

А в жизни Евгений Федорович оставался обязательным и доброжелательным, мудрым и деликатным человеком. С его любезного согласия написаны эти строки.

* * *

Михаил Евгеньевич Кнорре после окончания ИМТУ работал муниципальным инженером в Москве, После революции он преподавал в родном Училище (МГТУ им. Н. Э. Баумана) и, став профессором, считался в инженерных кругах крупным теоретиком по строительным конструкциям. После Великой Отечественной войны, будучи уже в почтенном возрасте, продолжал консультировать своих учеников, восстанавливавших Днепрогэс.

Известным специалистом московского городского хозяйства был и Эрнест Владимирович (1874–1947). Он окончил гимназию в Николаеве, затем ИМТУ, где получил диплом инженера-механика по специальности «Дорожное строительство».

В течение 55 лет его служба и жизнь были связаны с Москвой. Э. В. Кнорре работал помощником, а затем участковым инженером до 1917 года. С 1917 по 1919 г. он заведовал отделом речных сооружений в Моссовете и был главным инженером по вопросам благоустройства Москвы. До самой кончины в 1947 году Эрнест Владимирович оставался экспертом и консультантом по строительству различных объектов коммунального хозяйства, в том числе и набережных Москвы.

Его сын, Владимир Эрнестович Кнорре, 35 лет жизни посвятил работе в ГЛАВАПУ (Главное архитектурно-планировочное управление) Москвы. Работая начальником Управления инженерного оборудования, он проектировал и строил целый ряд сложнейших инженерных сооружений: стадион в Лужниках, Сокольническую эстакаду, различные городские магистрали, линии метро – Замоскворецкий, Серпуховской, Калининский и Краснопресненский радиусы. Владимир Эрнестович – «Заслуженный строитель РСФСР». Огромная заслуга его и в том, что, выйдя на пенсию, он собрал сведения о своих предках и восстановил генеалогию династии Кнорре. Родословная включает около 300 лиц, принадлежащих к 10 поколениям, и охватывает почти 300-летний период истории их жизни и творческого наследия. Будущие исследователи и историки найдут в родословной благодатный материал для написания книги о династии Кнорре.

Один из внуков Евгения Карловича Кнорре, Александр Александрович Боровой (1912–2000)[61], в 1970-х годах был первым заместителем Председателя Госстроя СССР. Его брат Георгий (1914–1993) работал в институте «Гидропроект», затем в Госплане СССР. Упоминавшийся правнук – Евгений Федорович Лаш – многие годы заведовал отделом в институте «Фундаментпроект», а его брат Андрей Федорович трудился в «Моспроекте» и продолжает работать в институте «Моспромархитектура».

Дмитрий Георгиевич Кнорре (р.1926) связал свою деятельность с Сибирским отделением Российской Академии наук и известен в научных кругах как специалист по химии природных соединений, он академик РАН. Его линия по родословной восходит к владикавказскому архитектору Федору Карловичу, которому он приходился правнуком. Дедом его был инженер Федор Федорович Кнорре. Отец Дмитрия – Георгий Федорович – профессор МГТУ им. Баумана. Братья: Вадим – физик, доктор наук; Кирилл – инженер-физик; Алексей – биохимик.

И еще два внука архитектора Федора Карловича Кнорре: Федор Федорович (1903–1987) – писатель; Анатолий Карлович (1895–1961) – генерал-майор, руководивший в свое время Главным управлением аэродромного строительства.

Праправнук лесовода-агронома Павла Карловича – Алексей Викторович Кнорре – директор известного заповедника «Столбы» в Красноярске.

5 июня 1990 г. в газете «Калининградская правда» была напечатана статья И. Чубурова о еще одном представителе династии Кнорре:

«Константин Федорович Кнорре (очевидно, сын архитектора Федора Карловича) поступил на фабрику Франца Рабенека в Болшево в 1889 г. на должность конторщика. В предреволюционные годы был управляющим предприятия, в революцию и последующие годы он так и оставался на этой должности. Как известно, в послереволюционные годы в стране царила разруха, многие заводы и фабрики после «Гражданки» практически прекратили свое существование. Не вследствие военных действий – просто они были заброшены, оставлены без ухода и надзора оборудование приходило в негодность, а что можно было унести – разворовывалось (не стало сырья и текстильные фабрики остановились).

Константин Федорович, как один из немногих специалистов-руководителей[138], самоотверженно боролся за сохранение оборудования. В неимоверно тяжелейших условиях он сумел добыть смазочные масла и керосин и произвел консервацию станков и оборудования, сумел сохранить все, что было нужно для будущего возрождения производства. Кроме того, он сумел сплотить вокруг себя единомышленников и построить электростанцию, работавшую на местном торфе. Торфопредприятие когда-то принадлежало Францу Рабенеку, и из торфа получали отечественный ализарин для крашения тканей.

Подступал голод, рабочие в поисках пропитания разъезжались по деревням. Но и в этой ситуации К. Ф. Кнорре проявил свои незаурядные организаторские способности. Под его руководством был создан сельхоз (около 100 десятин). Это было первейшей необходимостью для рабочих – хоть какой-то заработок, овощи, молоко для детей.

В 1925 г., после 7 лет голода и лишений, вновь состоялся пуск фабрики, которая стала именоваться «1-го Мая». Жители поселка снова получили работу, заработок и хоть какое-то относительное благоденствие.»

Константин Федорович не только спас фабрику, он сумел сохранить костяк специалистов и кадровых рабочих – предприятие возродилось. Какова же была цена его добрым делам?

– За консервацию станков и оборудования он более полугода сидел в тюрьме, где его бесконечно терзали допросами;

– в 1926 году К. Ф. Кнорре безо всяких объяснений отстранили от должности и послали заведовать конюшней…

Хоронить Константина Федоровича вышло все население фабрики. К сожалению, могила его не сохранилась, как и многие другие. На месте старого Болшевского кладбища местные власти устроили сначала спортплощадку, а затем развернули строительство жилых домов. Где эти бывшие власть имущие, не признававшие ничего святого? Показали пример вопиющей беспамятности и сами ушли из жизни, как «Иваны, не помнящие родства».

Но благодарная память о потомках Кнорре не исчезла. Находятся такие энтузиасты-исследователи, как И. Чубуров, найдутся и другие, кому будет не безразлична наша история и судьбы людей, достойных высокого уважения и памяти. Историю необходимо не «переписывать», а осмысливать и правдиво восстанавливать по крупицам во имя наших потомков.