Семья волшебников. Том 3 - Александр Валентинович Рудазов

У Копченого трех плюсов нигде не оказалось, столько вообще редко встречается, но в Ингредиоре у него их было два. А значит, он будет учиться с Астрид.

— Ну чо, Зубрила, собирай манатки, мы двигаем в Ингредиор! — хлопнула гоблина по плечу Астрид. — Кудесное трио, как договаривались!

Но Зубрила почему-то замялся и отвел взгляд. Свой листок он никому не показывал. А когда Астрид его у него вырвала, то увидела, что у него напротив Ингредиора да и вообще всего Риксага сплошные минусы.

— Я гоблин, — грустно сказал Зубрила. — Я не очень сильный, смелый, решительный… я пойду в Трамез. Там у меня плюсы. У меня не очень много везде плюсов… но там… два.

Астрид с Друлионом приняли это стоически. Все понятно, у Зубрилы свой путь.

— Мы все равно будем вместе тусить, — пообещала Астрид. — Особенно когда ты научишься телепортироваться. Мы у Мамико будем собираться, у нее предки в Валестре живут.

— Нет, — отказалась Мамико. — Я не хочу собираться там, где… мама!

А, точно. Тетя Сидзука. Вот дядя Вератор — он ничего такой, нормальный. А тетя Сидзука нормально потусить не даст.

— А ты куда пойдешь? — спросила у Мамико Астрид.

Та еще не решила. У нее оказалось по два плюса в Вербалеоне и Репарине, и она колебалась между ними. Так же колебалась и Уберта — выбирала между Вербалеоном и Бакулюмустом.

— Не обязательно выбирать прямо сейчас, — сказал дядя Пордалли. — Главное, определиться до начала учебного года.

Он смотрел на дочь с гордостью. Сыновья-то его подвели, конечно. Кланос учится на платном, а Эстур вообще угодил в Типогримагику.

Астрид тяжко вздохнула. Она втайне надеялась, что они все пятеро окажутся на одном институте и будут вместе учиться, жить в одной общаге. Но шансов было очень мало, конечно. И то повезло, что Копченый остается ее одноклассником.

— В общем, мама и папа, я иду на Ингредиор! — провозгласила Астрид за праздничным столом в ресторане тети Сидзуки.

— И мы тебя с этим поздравляем, — улыбнулся папа. — Теперь надо выбрать факультет.

Астрид и Копченый задумались. На Ингредиоре три факультета: защитный, на котором в основном работают с энергетическими полями; левитации и телекинеза, на котором двигают предметы силой мысли; магических энергий, на котором управляют эфирными потоками.

Сложный выбор-то, непростой.

— Защитный! — решила за себя и за Копченого Астрид. — Когда Вероника начнет призывать всяких монстров и демонов, я буду защищать города и людей! И обрету доблестную славу!

— Не защитишь, — обиженно сказала Вероника.

Глава 19

Наступил 1530 год, и в Мистерию пришла осень. Вчера Астрид исполнилось десять лет, она бурно отпраздновала круглую дату, а сегодня проснулась ни свет ни заря, потому что в третьем рассветном часу начинается ее первый урок в школе волшебников, в неповторимом и неподражаемом Клеверном Ансамбле.

И при этом они все еще почему-то в усадьбе Радужной бухты, а папа с мамой как будто вовсе никуда не торопятся! Големическим омнибусом они уже никак не успеют, и даже Сервелату придется бежать на пределе скорости!

— Папа!.. — выдавила Астрид, слегка подпрыгивая на одном месте.

Папа не слушал. Папа не слышал. Папа играл с Лурией. Закрывал и открывал глаза, каждый раз удивляясь тому, что перед ним такая красивая девочка, а Лурия польщенно смеялась и пыталась оторвать ему нос.

— Где Лурия?.. — приговаривал папа. — Где моя дочь?..

Лурия хихикала. Она спрятала голову за ширму и радовалась, что папа ее не видит. Глупая мелочь не понимала, что все остальное тело на виду.

Дети. Они такие глупые. Когда-то и Астрид была такой же. Но теперь она взрослая волшебница, а детство позади.

— Мне пора в школу! — почти провыла она.

— А вот где Лурия! — обрадовался папа, не обращая внимания на старшую дочь. — Вот она куда спряталась! От папы спряталась!

— Дя!.. — закивала Лурия, протягивая ручки. — Папа!

— Ты слышала?! — аж подскочил счастливый отец. — Слышала?! Она сказала «папа»!

Радость была понятна — именно с этим словом Лурия почему-то буксовала. В свои год и четыре луны она знала и правильно употребляла целых девятнадцать слов — «мама», «дя», «неть», «дай», «бух», «кака», «дяка», «ам-ням», «бо-бо», «кися», «пёся», «пугатя», «пить», «гуять», «гуськи», «мокя», «Асить», «Ника» и почему-то «кякадил», но именно «папа» она отчетливо произнесла сегодня впервые.

И для Майно Дегатти это событие мгновенно затмило прощание со старшей дочерью.

А ведь сегодня она покидает родителей насовсем… почти насовсем! Это не как школа в Радужницах, куда с утра ушел, а к обеду уже вернулся! Астрид теперь будет жить в Клеверном Ансамбле, а с родителями и сестрами снова увидится только на Аэфиридис, через… ярыть, только через тринадцать дней…

При этой мысли у Астрид опять что-то сжалось внутри, и она крепко-прекрепко обняла маму, которая как раз принесла три костюма, чтобы в последний раз запихнуть в каждый из них Астрид и окончательно определить, в котором она сразит всех наповал на линейке Клеверного Ансамбля.

— Ма-а-ам, мы опаздываем! — простонала Астрид, пока вокруг нее формировалось воздушное розовое платье.

— Нам к третьему рассветному, еще два часа, — спокойно ответила мама. — Полно времени.

— Да нам же еще в Валестру лететь! — взвыла Астрид.

— Астрид, твой отец — волшебник, он все устроит. Не вертись.

Астрид сердито насупилась. Устроят они, как же. Опоздают наверняка, прилетят к самому концу, и вредный Локателли скажет, запирая дверь, что все уже кончилось, а раз Астрид опоздала, то и кир ей теперь, а не обучение на волшебницу.

От того, кто зажимает конфеты, другого и ожидать нечего.

Мама закончила наряжать дочь и повертела ту перед зеркалом. Из зеркала на Астрид смотрела настоящая принцесса — красивая и стройная, с шелковистыми темными волосами и золотистыми глазами с вертикальным зрачком. Кожа все еще сохраняла лиловый оттенок, и он, видимо, останется с Астрид навсегда. Сзади извивался хвост, а над пышными наплечниками распахнулись крылья.

Астрид понравилось то, что она увидела. Красивое платье, хоть и розовое. Бант, правда, слишком огромный, но все равно сразу видно, что вот, се воистину благородная леди!

— Нет, розовое платье тебе не идет, — сказала мама. — Ты похожа на ком сахарной ваты.

Следующим было желтое платье с черно-белыми оборочками и красивым рисунком. Не такое воздушное и принцессино, как розовое, зато с заклепками из черненого серебра.

— О, — отошла назад мама. — Вот его. Что скажешь?

Астрид что-то невнятно пробурчала. Будь ее воля, она бы вообще влезла в рваные джинсы и футболку с черепами, которые ей весной купили в Финляндии. Удобно и стильно,