Дракон-1. Дракон цвета крови - Галина Дмитриевна Гончарова

— Его высочество уважает ваши обычаи, и понимает, что в вашей стране это просто разделенная трапеза.

— Я также уважаю обычаи Санторина. И не хочу усугублять непонимание между нашими странами.

Затруднение разрешил эс Чавез.

— Эсса Кордова, как ректор, я приравниваюсь к вашему отцу. И могу дать вам разрешение на совместную трапезу.

Я скрипнула зубами.

Да чтоб тебя и об забор! Но пришлось вставать, пересаживаться за стол, за которым для меня и место было. Рядом с его высочеством.

Замечательно!

Считай, и без завтрака, и без ужина. Точно кого-нибудь сожру!

Матиас Лиез поднялся из-за стола, но Мариса схватила его за руку и принялась уговаривать. Спасибо, подруга, еще нам дипломатического скандала не хватало.

Хотя я его тоже могу устроить. Ибо не фиг тут! И там тоже не фиг!

Опасения не оправдались. Его высочество лично принялся за мной ухаживать. Положил на тарелку каких-то морских гадов в белом соусе, добавил овощей,, налил вина.

Все это — не спрашивая меня ни о чем. Чего я хочу, что мне нравится… я начала закипать. Я вообще мясо предпочитаю. Но если я тарелку на уши принцу надену….

Нет, не комильфо.

— Угощайтесь, эсса Кордова.

— Благодарю вас, ваше высочество. Вы весьма любезны.

— Эсса я, надеюсь, утреннее происшествие не оставило у вас неприятных впечатлений? Это было прискорбное недопонимание…

— Я так и подумала, ваше высочество.

Мы смотрели друг другу в глаза. Он знал, что врет. Я знала об этом. Но сказать вслух?

Нельзя. Дипломатия.

— Эсса, Мехмет молод и неразумен. Но вашу подругу я тоже не понимаю. Неужели так страшно выйти замуж в Санторин?

— Не знаю, ваше высочество. Не имею привычки судить о чем-то с чужих слов.

— Вы правы, эсса. Всегда лучше верить своим глазам. А вы хотели бы увидеть Санторин?

— Да, ваше высочество.

— Я могу прислать вашему отцу приглашение в гости, эсса.

— Мой отец намерен заключить мою помолвку, ваше высочество. Поэтому я не смогу воспользоваться вашим приглашением.

— Помолвку? И уже есть жених, эсса?

— К чему такой интерес, ваше высочество? Моя семья не из сильных мира сего.

— Сильные мира сего. Красиво сказано, эсса. А вы бы хотели к ним принадлежать?

— Нет!

Это получилось и искренне, и от души. Сразу видно — не вру. Принца даже пробрало, такое искреннее удивление в глазах отразилось! Для него-то власть — это идол, фетиш, самое святое и нужное в жизни. Если дать ему выбор между жизнью и властью, он власть выберет, даже не сомневаюсь. Ему жизнь без власти не нужна. Даже хуже. За крупицу власти он тут всех и удавит, и продаст, и снова удавит.

— Почему, эсса?

— Потому что это…гхм! Дело женщины — дом и дети.

Хотела сказать, что большая ответственность — но вовремя язык прикусила. Для Баязета это не ответственность. Он-то свято уверен в своем праве распоряжаться всеми. Ему объяснять про обязанности, как кальмару про теорию стихосложения, пришлось ляпнуть абы что. Конечно, получилось паршиво. Принц расплылся в улыбке.

— Вы правы, эсса, именно дом и дети. Жаль, что ваша подруга так не думает.

— Ей просто не хочется быть одной из многих.

— Жен у нас может быть только две.

— А наложниц у вашего батюшки сколько?

Принц поднял брови.

— В гареме живут не только наложницы. Там много родственниц…

— Ваше высочество, прошу вас не надо. Вы знаете, о чем я.

Принц качнул головой.

— Я понимаю. Но поймите и вы, эсса. Вы поставили нас в неловкое положение….

— Я? Или ваш подчиненный, который повел себя недостойно?

— Мехмет-бей будет наказан. Но и вы, эсса… поступили… неправильно.

Я прищурилась.

— Ваше высочество, я считаю иначе.

Взгляд принца был более, чем выразителен.

Он так не считает.

Он объявляет мне войну.

Я поплачусь за свой поступок.

Что ж, карте место? Я аккуратно положила салфетку на стол, не размениваясь на жесты, взгляды и угрозы. Да и незачем. Я и так порву, без лишней мишуры.

— Ваше высочество, благодарю за беседу. Все было очень вкусно. Не сомневаюсь, когда-нибудь вы станете великим правителем.

— Вы ничего не съели, эсса.

Все верно. Даже не прикоснулась.

— Я чту обычаи Санторина, ваше высочество.

Короткий поклон — и отступление.

Девочки тут же окружают меня, выпрямляются. Смешно?

Ошибаетесь! Здесь и сейчас они стоят плечом к плечу, забыв о личных распрях. Это чувствуется.

Гарем — одна против всех.

Здесь и сейчас — все против санторинцев, и те ощущают нашу злость. Принц ехидно поднимает бровь, но молчит. И правильно.

Нет?

— До встречи, эсса.

Я молча кланяюсь еще раз.

— Какой обычай соблюла Каэтана? — Эстебан Гил. А вот кто отвечает ему? Не знаю, а обернуться не могу, но слышно отлично.

— Не преломлять хлеба с врагом.

И я улыбаюсь его высочеству. Ты же понял, верно?

Понял.

И запомнил.

— Каэ, ты такая смелая!

Кайа смотрела на меня почти с восхищением. Я покачала головой.

— Я не смелая. Но загонять в угол не надо даже мышь.

— Ну… да. А куда мы идем?

— Заниматься.

Для занятий мы отвели ровно