27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка» - Дэниел Джошуа Рубин

я подожду до конца праздников и уволю вас после них». Работник может быть обижен и расстроен, но, по крайней мере, он точно знает, что происходит, и может тут же начать искать другую работу. Проблема с таким диалогом в том, что он нечестный. В том смысле, что люди не всегда знают, что чувствуют и что имеют в виду другие, когда они что-то говорят, и нам приходится прилагать усилия, чтобы ориентироваться в разного рода отношениях.

Большинство женатых пар наверняка сталкивались с ситуацией, когда, собираясь на какое-нибудь важное мероприятие, супруг/супруга спрашивает свою вторую половинку: «Ну, как я выгляжу?» Вы, конечно, хотите ответить честно, но что делать, если вы не уверены в том, что наряд действительно красивый и удачно подобран? Или и того хуже: вы понимаете, что все это выглядит ужасно, но не хотите задеть чувства супруга? Как правило, люди не хотят инициировать конфликт. Босс в предыдущем примере почти наверняка сказал бы: «Хорошо. Поговорим после праздников», и тем самым дал бы работнику ложную надежду, что все, возможно, еще образуется, даже если он в глубине души уверен, что ничего не образуется, поскольку уже принял для себя окончательное решение. Мы скрываем свои чувства и в тех случаях, когда не хотим волновать или обременять других. Предположим, врач находит загадочное пятно на рентгеновском снимке пациента и говорит, что ему потребуется дальнейшее обследование. И когда кто-то спросит этого человека о его самочувствии, он, скорее всего, ответит: «Все в порядке». Однако спросивший почувствует, что в порядке далеко не все, и будет недоумевать, что же именно от него скрывают. Возможно, он будет волноваться. Возможно, скажет другим. А может быть, задастся вопросом, а не скрывают ли что-то именно от него? Тогда почему? Он сделал что-то не так? Ему перестали доверять?

Когда персонажи скрывают свои мысли, это более занимательно и психологически интересно. То, что мы скрываем, говорит о нас больше, чем то, о чем мы говорим открыто. Если подумать, существует только один способ сказать то, что вы действительно имеете в виду. Вы просто говорите это. Но есть неограниченное количество способов скрыть ваши мысли. Если кто-то хочет, чтобы его собеседник почувствовал себя неуверенно, он может затронуть какую-нибудь некомфортную для него тему, или сказать самую, казалось бы, безобидную вещь определенным тоном, или сопроводить свои слова выразительным взглядом.

Принцип «Скройте смысл» не обязательно должен иметь отношение лишь к конфликтным ситуациям. Иногда люди предпочитают говорить непрямо даже в тех случаях, когда им не надо пытаться уйти от ответственности или пощадить чьи-то чувства. Если мужчина пишет своей невесте: «Я приготовил для тебя что-то особенное. Загляни в холодильник. До завтра», это означает: «Я люблю тебя».

ОПЫТ МАСТЕРА

«На исходе дня» (The Remains of the Day, 1993)

Автор сценария Рут Правер Джхабвала, по роману Кадзуо Исигуро

Мистер Стивенс – главный дворецкий Дарлингтон-холла, обширного английского поместья. Он посвятил себя служению лорду Дарлингтону, и у него нет жизни вне этой работы. Он требует совершенства от своих подчиненных и строго следит за тем, чтобы каждый стакан сверкал, а каждая вилка лежала на своем месте. Его отец, которым он всегда восхищался, тоже прежде служил главным дворецким. Так что мистер Стивенс был, что называется, буквально рожден для этой стези. Он не позволяет себе выражать эмоции, иметь мнение о чем-либо выходящем за рамки службы и ведет себя безупречно – так, чтобы его поступки и манеры не могли нанести ущерба его работе. Его преданность семье и поместью Дарлингтон настолько безгранична, что он продолжает трудиться, даже когда его отец лежит на смертном одре. Впрочем, его отец и не хотел бы, чтобы было иначе. Вызов тщательно сконструированному миру мистера Стивенса приходит со стороны мисс Кентон, привлекательной и бойкой на язык молодой женщины, которую наняли на должность экономки. Она также хорошо справляется с профессиональными обязанностями и тоже предана работе. Они, в сущности, родственные души, которые испытывают сильное взаимное притяжение, уважение друг к другу и, похоже, настоящую любовь. Но проблема в том, что в жизни мистера Стивенса нет свободного пространства для любви. Он не может позволить себе проявить эмоциональность, отключить контроль, стать уязвимым. Это спровоцировало бы сильный конфликт с исполнением им его должностных обязанностей.

Действие фильма разделено на два временных периода: это 1930-е годы, когда Гитлер угрожал Европе, и 1950-е. В послевоенные годы лорд Дарлингтон был разоблачен как сторонник нацистов. Неясно, был ли он настоящим антисемитом или просто не видел угрозы, исходившей от Гитлера, но в любом случае он поддерживал политику умиротворения Германии и был сторонником союза с нацистами. Его репутация теперь разрушена. Трагедия же мистера Стивенса в том, что он, как теперь выяснилось, посвятил жизнь человеку, который в лучшем случае оказался жалким дураком, поставившим под сомнение свое дальнейшее существование.

В 1950-х годах мистер Стивенс чувствует себя одиноким стареющим человеком, полным сожалений о том, что позволил единственной женщине, которую он когда-то по-настоящему любил, мисс Кентон, выйти замуж за другого. Обменявшись с ней письмами и узнав, что они с мужем разъехались, он хочет попытаться вернуть ее в поместье, которое теперь купил добродушный богатый американец. Мистер Стивенс мечтает воссоединиться с мисс Кентон и вместе управлять владением, на этот раз уже не скрывая своих чувств. Он узнает, что, она все еще любит его, однако, увы, все складывается негладко: мисс Кентон только что узнала, что ее дочь беременна, и нужно быть рядом с ней, чтобы помочь с ребенком. Более того, ради блага семьи она даже планирует помириться с мужем, который, по ее словам, тоже без нее не справится. И хотя она хотела бы вернуться в Дарлингтон-холл и быть с мистером Стивенсом, приоритет должен быть отдан ее обязательствам перед семьей. Когда они расстаются дождливым вечером, она садится в автобус и смотрит на него сквозь слезы через заднее окно. А ему остается лишь беспомощно наблюдать, как единственная настоящая любовь его жизни растворяется в ночи.

В сцене, рассматриваемой ниже, действие происходит в 1930-х годах. Мистер Стивенс сидит один в своем кабинете и читает. На дворе день, но шторы задернуты, и помещение выглядит затемненным. Мисс Кентон входит, неся цветы, чтобы поставить их в вазу. Он откладывает книгу и смотрит на нее.

Мисс Кентон: Что вы читаете?

Мистер Стивенс: Книгу.

Мисс Кентон: Да. Но какую?

Мистер Стивенс: Просто книгу, мисс Кентон. Книгу.

Мисс Кентон тянется к книге, но он не позволяет ей увидеть название. Затем встает