27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка» - Дэниел Джошуа Рубин

Согласно сюжету пьесы, Биф приезжает в родительский дом погостить, и Хэппи присоединился к нему. Оба они планируют остаться в доме на несколько дней. Вилли расстроен неудачами Бифа, но в глубине души понимает, что сам в этом виноват. И он все еще питает надежду, что так будет не всегда. Присутствие в доме сыновей заставляет его сильно переживать, поскольку это пробуждает в нем воспоминания о прошлом и заставляет беспокоиться об их будущем.

Сцена, которую мы разберем, происходит в начале второго акта; в ней Вилли приходит к своему боссу Говарду, чтобы попросить у него другую работу в компании, такую, которая позволила бы ему трудиться в офисе, – в его возрасте уже сложно много ездить. Прежде чем мы разберем их диалог, давайте уточним некоторые ключевые детали пьесы. Вилли всю жизнь был коммивояжером, а это работа, которая требует от человека огромного оптимизма и умения преодолевать неприятие. План Вилли состоит в том, чтобы пойти к начальнику и заключить с ним сделку, как он всегда это делал с клиентами. Он действует на пределе своих способностей, потому что это все, что он умеет делать в жизни. Он намеревается пустить в ход обаяние и, установив таким образом контакт с Говардом, изложить ему суть дела. И получить новую работу. Он немного снизит финансовые запросы, если потребуется, но начнет с высокой цены, так что все будет в порядке.

Проблема с выполнением этого плана в том, что Вилли погружен в конфликты на всех уровнях. Его дом и машина ломаются. Счета накапливаются. У сыновей не складывается жизнь, а сам он терзается чувством вины. Его мысли то и дело уносятся в прошлое. Он стареет, а какой-либо социальной/пенсионной страховки у него нет. При этом его эго не позволит ему жить за счет благотворительности. Ему всегда казалось правильным полагаться только на себя.

Сцена начинается с того, что Вилли тихонько входит в кабинет своего босса Говарда. Говард возится с магнитофоном, который он только что приобрел и которым одержим. Он заставляет посетителя слушать дурацкие аудиозаписи с голосами его детей, где они рассказывают о столицах разных штатов и прочей чепухе. Даже не глядя на реплики Говарда, можно точно понять, что происходит в этой сцене. Вот пятнадцать фраз из диалога (не подряд), которые произносит Вилли; посмотрите на них и на их действенную нагрузку:

1. Реплика: «Мне хотелось бы сказать вам пару слов». Действие: просьба поговорить о чем-то важном.

2. Реплика: (про магнитофон) «Надо бы купить такую штуку и мне». Действие: попытка позиционировать себя как равного, хотя очевидно, что он не может позволить себе такую новомодную технику, как магнитофон.

3. Реплика: «Я вам скажу правду, Говард, я думаю, что мне больше не следует разъезжать». Действие: заявка о проблеме.

4. Реплика: «Помните, на Рождество, когда мы все здесь собрались… вы обещали, что постараетесь подыскать мне какую-нибудь работенку в городе». Действие: желание заставить Говарда почувствовать, что он нарушит свое обещание, если скажет «нет».

5. Реплика: «Послушайте, Говард. Ребята мои подросли. Мне самому много не надо. Если я смогу принести домой… ну хотя бы шестьдесят пять долларов в неделю, я сведу концы с концами». Действие: желание выгодно продать свой труд. Он потом будет снижать цену несколько раз.

6. Реплика: «Видит бог, Говард, я никогда ни у кого не просил одолжений. Но я работал в вашей фирме еще в ту пору, когда ваш отец вас носил на руках». Действие: напоминание Говарду о его долгой службе и личное обращение к нему.

7. Реплика: «Послушайте, ведь вы не сомневаетесь в том, что я умею продавать товар?» Действие: заверение босса в том, что он сможет выполнять работу, на которую рассчитывает.

8. Реплика: (в отчаянии) «Дайте-ка я вам что-то расскажу, Говард». Затем Вилли рассказывает Говарду историю об однажды встреченном им коммивояжере, когда-то вдохновившем его, Дэви Синглмене, который умер достойной смертью. На его похороны пришли сотни человек. Он добавляет: «В то время в нашем деле важна была личность, Говард. В нашем деле было уважение друг к другу, товарищество, признательность». Действие: мольба о доброте и уважении.

9. Реплика: «Но я ведь говорю о твоем отце! За этим самым письменным столом мне сулили золотые горы!» Действие: попытка настоять на том, что у компании есть обязательства перед ним. Основатель компании и отец Говарда, Фрэнк, когда-то подразумевал, что позаботится о Вилли.

10. Реплика: «Я вложил в эту фирму тридцать четыре года жизни, а теперь мне нечем заплатить за страховку! Вы меня выжали как лимон и хотите выбросить кожуру на помойку? Но человек не лимон!» Действие: требование признания и уважения за вложенный им труд.

11. Реплика: «Двадцать восьмой год был для меня хорошим годом – я имел одних комиссионных до ста семидесяти долларов в неделю». Действие: утверждение себя как успешного в прошлом сотрудника.

12. Реплика: «Фрэнк, Фрэнк, разве вы не помните, что вы тогда сказали? Как вы положили мне руку на плечо? Фрэнк…» Действие: обращение к прошлому – это его единственное убежище: только там он еще чувствует уважение к себе.

13. Реплика: «Говард, вы меня выгоняете?» Действие: желание убедиться в том, что он все правильно понял, и попытка заставить Говарда сказать это прямо.

14. Реплика: «Ладно, я завтра поеду в Бостон». Действие: предложение забыть об этом разговоре и желание сохранить хотя бы работу коммивояжера.

15. Реплика: «Я не могу сесть на шею моим сыновьям!» Действие: попытка сохранить остатки достоинства.

Ничто в истории не работает изолированно, и это особенно верно в отношении диалогов. Сцена, которую мы рассматриваем, находится в самом центре пьесы, и, как мы уже обсуждали в главе 7 «Выжмите из середины максимум», это место для наиболее ярких эмоциональных проявлений, и Миллер это учитывает. Причина, по которой диалог здесь работает столь хорошо, в том, что Миллер полностью владеет структурой пьесы, характерами героев и выдерживает тему. Поскольку он точно знает, какова цель данной сцены (разбить вам сердце), кто из персонажей кем является на самом деле и как капиталистическая система перемалывает человеческую личность, он может сделать свой диалог действенным, а потому адсорбирующим зрительское внимание. Это одна из самых трагичных сцен в истории театра, и таковой ее делает то, что, хотя Вилли и был