Паладин развивает территорию. Том II - Greever

Когда же церемония награждения окончилась, лорд дождался, пока родственников солдат уведут с платформы, а вместо них привели торговца Ворката.

Бедный торговец был так напуган со вчерашнего дня, что не мог даже мыслить ясно.

После того как стража явилась к нему и передала, что лорд приказал на следующий день прибыть на площадь, мужчина не спал всю ночь. Он обдумывал всё плохое, что успел совершить, но ничего, что могло бы разозлить господина, в его голову не приходило.

Как правило, это были мелкие взятки, а также кумовство, что не запрещалось в вотчине, пока это не мешало процветанию. Но он точно знал, что все люди, которым помогал, работали лучше кого-либо, потому что последствия вредительства владениям известны всем. Однако это всё равно давало мало спокойствия руководителю гильдии «Балтес».

Даже сейчас мужчина поднимался на платформу с белым, как мел, лицом и на «ватных» ногах, ожидая худшего.

Виктор жестом пригласил торговца подойти ближе, а затем повернулся к Артуру и достал из шкатулки в его руках небольшой свиток, запечатанный гербом графа Шерманин.

Со этой грамотой он повернулся к Воркату.

— По моей просьбе граф Андрос Шерманин дарует почётный титул барона Воркату, который вместе с ним получает собственную фамилию Клэйм и отныне именуется как барон Воркат Клэйм. — После этих слов находившийся на платформе Киран склонился над торговцем и шепнул на ухо ошеломлённому мужчине, что тот должен преклонить колено.

Воркат не сразу понял, чего от него хотят, и рухнул на оба колена, но рыцарь вновь прошептал ему, что вставать надо только на одно.

Наконец, разобравшись с этим, лорд взял церемониальный меч и, возложив его на плечи купца, даровал титул от имени графа.

Пока торговец, держащий в руках свиток, словно мыльный пузырь, который не должен лопнуть, покидал платформу, лорд обернулся к людям на площади.

— Балтес — это наш дом, в котором мы живём как большая семья. Посторонний вторгся к нам и хотел убить меня — человека, который является главой этой «семьи». — Виктор говорил нетипичные для этого мира вещи и во многом рискованные. Ассоциировать себя с простолюдинами — не лучшая идея в мире знати. Он просто не знал, как ещё донести до людей, что если пострадает господин, пострадают все.

С платформы ему также были видны лица знати, которые брезгливо морщились после таких слов.

— Отныне вводятся новые правила для жителей вотчины — лорд решил лично объявить о наказаниях и наградах.

В качестве поощрения теперь любой мог получить статус почётного жителя. Для этого необходимо было предоставить жизненно важную информацию для вотчины и лично для него, а также отдать жизнь на поле боя или защищая семью виконта.

Виктор собирался сделать этих людей своим живым щитом. Пусть и не в прямом смысле слова, но суть не менялась. После покушения он вспомнил, что в этом мире планировал жить в удовольствие и для себя, а не для всех вокруг, забывая о своих мечтах.

Хотя руны на его костях горели огнём от того, что он говорил, ему было плевать. Нет жизни важнее собственной, и если люди готовы умереть за него, пусть так и будет.

Лорд долго перечислял награды, а затем сразу перешёл к наказаниям, чётко разграничивая дворян и простолюдинов.

Виктор выделил знать, чтобы дать им больше прав, и делал это не ради их удовлетворения.

Хотя те же лица, что недавно морщились, теперь задирали носы и самодовольно ухмылялись, словно одержали победу над захолустным лордом.

Виктору пришлось пойти на это, и на то были причины. На фоне всех законов королевства его указы слишком контрастировали, от чего страдали именно жители Балтес.

Ожидая, что все за пределами вотчины ведут себя так же, ещё в недавнем крепостные оказывались совсем не готовы к реальной жизни.

Пятнадцать человек из его владений казнили на других территориях за неуважение к аристократам.

В это входило не слишком глубокий поклон, взгляд в глаза и ещё куча несуразных правил, что аристократы устанавливали на своих территориях.

Может, действия Виктора и меняли мир, но делалось это крайне медленно. Даже мода на одежду, которую он ввёл, уже начала откатываться назад, и дворяне вновь носили свою помпезную одежду, пусть и вперемешку с мундирами, что он внедрил.

Клиосса также являлась той, кто настояла на том, чтобы законы не менялись, но права знати расширялись. Именно по её наставлению большинство санкций для них было смягчено, и за одно и тоже нарушение простолюдин и дворянин получали разное наказание.

Единственный оставшийся указ о смертной казни для аристократа теперь действовал только относительно школы, во всех остальных местах их могли разве что выгнать и оштрафовать.

* * *

Тем временем, пока мужчина занимался делами вотчины, женщины решили выяснить отношения между собой.

В саду особняка под деревом за круглым столом, щедро уставленным сладостями и четырьмя серебряными чашками, собрались Сильвия, Линея, Шона и Фрейя.

Здесь должна была присутствовать Миранда, но та предпочитала проводить время либо с Виктором, либо с Клиоссой и не вмешиваться в то, что происходило в гареме.

Девушки же сидели за столом, окружённые горничными, распивая чай с алхимическим зельем, изобретённым Кералли.

Тема, которую сегодня подняла Сильвия, касалась Шоны, и, глядя на неё, находившуюся слева, наконец задала неожиданный вопрос.

— Зачем ты здесь? — спросила она.

Линея и Фрейя непонимающе посмотрели на Сильвию, так как формулировка была довольно странной. Все и так понимали, что либо любят своего мужа, либо хотят каких-то выгод от него или с помощью него.

Данное положение являлось нормой для этого мира и не вызывало никаких этических споров.

Шона сделала глоток чая и поставив серебряную чашку на стол, перевела взгляд на хозяйку дома.

— Как и многие женщины, хочу быть рядом с сильным мужчиной, — ответила она, но в её словах совершенно не чувствовалось искренности, и это заметила не только Сильвия.

Линея видя такое отношение к человеку, который был так нежен с ней и любил её, хотела вмешаться в разговор, но была быстро остановлена девушкой с лисьим хвостом.

Однако этот ответ также не устраивал и Сильвию.

— Я знаю, что ты много сделала для вотчины и даже обратилась к отцу за помощью с кораблями, однако ты ни разу не была с Виктором и даже не пыталась. У тебя есть кто-то на стороне? — откровенно спросила девушка и в ожидании ответа взяла чашку со стола.

Шона решила пошутить и игриво ухмыльнулась.