Месть Блэка - Inferiat

намеренно оставил все как есть. При этом, лично наложил заклинание на несовершеннолетнего, которое могло ему повредить. Жаль, конечно, нет Малфоя, который выступал в роли свидетеля о наложении данного заклинания на ребенка, и Булстроуда, который должен был вступить в роли эксперта по чарам, определив вид заклинания по воспоминаниям… Но и так сойдет. Второй эксперт — свидетель — Трембли, бывший обливэйтор, который, собственно, и убедил старушку поделиться воспоминаниями, будет вполне достаточен для общего вывода.

Сейчас, когда Томас допросит дополнительно замотивированную старушку, все убедятся, что Дамблдор…

— К сожалению, Арабелла Фигг не сможет участвовать в заседании, — как гром среди ясного неба обрушился на меня притворно сожалеющий голос Артура Трембли, который встал со своего места.

— По причине? — недовольно спросил Министр.

— По причине плохого самочуствия, — развел руками Трембли. — Она сейчас находится в Мунго. Слишком сильным для нее был удар, когда по просьбе лорда Блэка я попросил ее поделиться личными воспоминаниями. Она вроде бы… соседка этих ужасных магглов.

— Но… Постойте, — сбился Фадж, недоуменно переводя взгляд с Трембли на такого же пораженного Томаса. — Вы ведь тоже заявлены как свидетель истца?

— Да, разумеется! Хотя я и не знаю, почему… — протянул Трембли. — Наверное, лорд Блэк своими настойчивыми просьбами, переданными через третьих лиц, надеялся с моей помощью выяснить что-то у бедной женщины. Исключительно по доброте душевной я спросил у миссис Фигг, согласна ли она поделиться такой сокровенной вещью, как воспоминания, но та так распереживалась, что ей пришлось обратиться к целителям…

— Эм-м, да… — пробормотал явно растерянный Фадж. — Мистер Джефри, вы будете вызывать данного свидетеля?

— Пожалуй нет, господин Министр, — быстро ответил Томас, вернув себе самообладание. — К сожалению, мистер Трембли, видимо, недостаточно точно понял лорда Блэка и от излишней… исполнительности лишил нас столь ценного свидетеля. В таком случае, как эксперт он будет бесполезен.

— Тогда, уважаемые члены Визенгамота, выслушав обе стороны и ее аргументы, судебный процесс предлагаю считать оконченным. Мадам Боунс? — Фадж снова повернулся к женщине, отвлекая её от ещё одного свитка.

— Да, прошу участвующих проголосовать поднятыми вверх палочками отдельно по каждому пункту голосования. Первый пункт голосования: Кто за то, чтобы ограничить право на опекунство президента Международной конфедерации магов, Верховного чародея Визенгамота, кавалера ордена Мерлина первой степени Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора над несовершеннолетним Гарольдом Джеймсом Поттером?

— Одна, две, три… — я краем глаза смотрел на поднимающиеся вверх магические палочки, но все мое внимание было нацелено на стыдливо отводящего глаза Крауча и немного нервного Трембли, который благоразумно отсел подальше от первого. Затем всё же перевел глаза на спокойно, чуть виновато улыбающегося Дамблдора, а в голове крутилось без перерыва лишь одно: «Да как так-то… Он же ничего не знал! Не мог знать все, хоть его и предупредили! Как так-то, блять!».

— Итак, двадцать семь голосов — за, пятнадцать — против, семь воздержались, — донесся словно сквозь вату торжественный голос Амелии. — Требования истца по первому пункту можно считать принятыми. Уважаемые лорды и леди, голосуем по пункту два: признать требование о передаче опекунства над несовершеннолетним Гарольдом Джеймсом Поттером главе рода Блэк, Сириусу Ориону Блэку. Прошу вас голосовать.

— Итак, — я до рези в глазах вглядывался в поднятые вверх концентраты, беззвучно считая каждую — двадцать, двадцать один… нет… не хватает блять! Всего четыре голоса! Блядский Дамблдор, блядский Малфой! Как так-то! Он ничего не должен был знать! Дамблдор ничего не должен был знать!!!

— Двадцать один голос «за», двадцать два голоса «против». Семь — воздержались — снова как через вату послышался голос Боунс. — Требования истца по второму пункту отклонены. Уважаемые лорды и леди, прошу вас проголосовать по третьему пункту…

— Не делай глупостей… Не делай глупостей Сириус! Ты же обещал! Мы что-нибудь придумаем… Решение не окончательное, Сириус! Альберт, блять, помоги! — с одной стороны вцепился в плечо Томас, а наемник сжал руку на моем предплечье с другой, но даже боли от впившихся в кожу пальцев я не почувствовал. Мир сузился до ненавистных лиц: Трембли, Уизли, Дамблдор… Всепоглощающая ненависть толчками вливалась в мое сердце с каждым ударом сердца, с каждым вздохом.

— Двадцать пять голосов за… — на заднем фоне что-то говорила Боунс, но я не слышал. Сила древнего заклинания темной волной бурлила внутри, подталкивая, словно бы умоляя произнести заветные слова и растерзать тех, кто посмел причинить мне боль, отобрать самое дорогое. — Vocare ad ten….

— Что это значит, Сири? — удивленно посмотрел на меня Гарри, который с детской непосредственностью снова потянул за рукав, одним движением выводя из той пучины, в которую я стремительно проваливался.

— Ничего, приятель… — с гигантским трудом усмиряя чувства, попытался я улыбнуться крестнику, ощущая, как подгибаются колени, а по спине скатывается холодная капля. — Просто одна семья захотела, чтобы ты погостил у них немного. Не волнуйся, это ненадолго…

— Но я не хочу с ними! Я хочу с тобой! — обиженно воскликнул Гарри, в уголках глаз которого тут же начали собираться испуганные слезы. — Ты обещал! Обещал торт! И не бросать меня тоже!

— Послушай, Гарри, — вновь попытался я улыбнуться, но, клянусь Мерлином у меня это не вышло, все мышцы лица просто свело. — Я поговорю сегодня с тобой, как со взрослым. Ты ведь у нас взрослый, верно?

— Конечно я взрослый! Мне уже девять лет! — укоризненно посмотрел на меня крестник, быстро-быстро моргая за стеклами очков.

— Ну вот и хорошо, — я присел так, чтобы наши лица были на одном уровне, игнорируя протестующе занявшие ноги. — Эти дядя и тетя очень хотят, чтобы ты погостил у них. Очень сильно хотят, понимаешь? Прямо до смерти, — быстро облизнувшись, я постарался снова растянуть губы в улыбке, чтобы не пугать мальчишку кровожадным оскалом. — И пускай сейчас нам придется им подыграть, ты знай, что я никогда тебя не брошу. И совсем скоро ты опять переедешь ко мне… Просто считай это маленьким приключением, идёт? Ты познакомишься со своими сверстниками, посмотришь, как живут другие маги, говорят, что там даже есть садовые гномы! А я буду тебя навещать. — потрепал я по голове упрямо смотревшего на меня сквозь слезы крестника, явно всё ещё напуганного. — Не волнуйся, это действительно ненадолго. Оглянуться не успеешь, как уже устанешь от твоего дяди…

— Сириус, — с намеком потянул Джефри, указывая взглядом на осторожно подходящих Уизли и Дамблдора в компании мадам Боунс и Министра.

— Минутку, Томас… — кивнул я адвокату, а затем обернулся обратно к Гарри, на ходу снимая медальон с артефактом и горячо шепча. — Послушай, надень вот это, и никогда не снимай, никогда, ни при каких обстоятельствах, слышишь, Гарри? Если вдруг тебя как-то обидят