Объединённые надеждой - Хелена Руэлли

— Впрочем, неудобства, связанные с его присутствием, компенсируются интересной программой вечера, — в словах Хамаля послышалось что-то неприязненное.

И Фокси поспешил переспросить:

— И какая же предусмотрена программа?

— Допрос с применением пыток и казнь…

— Это вы о шпионе, которым так хвастался мальчиш… Денебус? — уточнил Фокси.

— Именно. Денебус любит проявить себя в публичных казнях и допросах с особой жестокостью…

— Мне хорошо знаком такой тип людей, — тихо проговорил Фокси. В ответ на вопросительный взгляд гвардейца он пояснил, — я ведь сын штатгальтера Депьярго. Все знают, каков Старый Лис Ирн…

Молчание длилось с минуту, а затем Хамаль дружески произнёс:

— Пойдёмте, Фокси, я познакомлю вас с Миссингером. Думаю, вы с ним подружитесь.

Глава 202. Подгорные заговорщики

Хикоко Ходэми был не просто встревожен — он намеревался действовать. И это впервые за много-много лет!

Он посоветовался со своими сородичами, и сообща они решили, что нужно искать союзников среди Подгорных Карликов.

Один такой уже был. Но что мог сделать Меркос в одиночку? Он нуждался в соратниках и единомышленниках. Вот об этом и решил учитель Ходэми побеседовать с Меркосом.

— А почему в одиночку? — хитро спросил карлик своим скрипучим голосом. — Вы думаете, что у нас нет никого, кто думал бы так же, как я? Просто мы все связаны клятвой верности Старейшему…

— А что, — внезапно поинтересовался Хикоко Ходэми, — Старейший остаётся главой вашей общины вечно?

— М-м, практически всю свою жизнь с момента избрания, — ответил Меркос. — Новый Старейший избирается или после смерти прежнего, или после смещения с должности, а это бывает крайне редко.

— А за что могут сместить Старейшего?

Хикоко Ходэми решил говорить в открытую, потому что карлик уже догадывался, к чему клонит Призрак Огня.

— За нарушение неписаного кодекса чести Подгорных карликов, за причинение вреда соплеменникам или их среде обитания…

Меркос увидел, как лёгкая дымка перед ним качнулась.

— Что ж, — прошелестел Хикоко Ходэми, — пожалуй, с этого и начнём.

Глава 203. Юный заключённый

Рука у Хэрста зверски болела. Какой, однако, сильный этот подлец Денебус! Ладно, ничего, небось, Мелис ненамного старше Хэрста, ему ещё и не так доставалось, и ничего, Штейнмейстер до сих пор поймать его не может.

Прикрыв глаза, Хэрст размечтался о том, как когда-нибудь он встретится с Мелисом, как вместе они будут сражаться против Братства… Однако в реальной жизни, с горечью понял мальчик, не суждено ему больше сражаться ни с кем. Сегодня на закате закончится его короткая и беспокойная жизнь.

Хэрст клял себя, что недостаточно расспросил старого солдата о его жизни в Депьярго, думал о матери и брате, жалел их. А дядя Хоуди будет потом казнить себя, что отправил Хэрста на разведку.

Интересно, здесь военнопленных совсем не кормят или как? С самого утра Хэрст ничего не ел, и живот у него жалобно урчал, требуя пищи.

— Да, вот поурчи ещё, — буркнул мальчик, — как раз до заката.

Но хуже, чем голод, его мучила жажда. Лицо Хэрста было покрыто пылью Даун-Таун, губы растрескались, горло горело.

— Эй! Эй! — он стал колотить в дверь своей темницы. — Эй, кто-нибудь, дайте воды!

Рука снова разболелась, голос сорвался. Хэрст бессильно сел на пол. Кто его тут услышит? Когда за ним придут, чтобы вести на допрос, а точнее, — на пытки, наверное, они найдут просто детский труп.

— Чего кричишь, малец?

Вначале Хэрст решил, что ему почудилось. Кому может принадлежать такой странный голос: сиплый, надсаженный? В тюрьме царила тьма, поэтому обладателя голоса видно не было.

— Я говорю, чего кричишь?

Глава 204. Спаситель

В конце концов, не всё ли равно, кто это говорит. Хэрст тяжело вздохнул:

— Я хочу пить. Смертникам нельзя отказывать…

Обладатель сиплого голоса хмыкнул:

— Не торопись насчёт смертников. А воду я принёс.

В двери открылось небольшое оконце, и чья-то рука просунула кувшин с водой. Хэрст схватил этот кувшин и принялся жадно пить, так что часть воды пролилась ему на грудь. Эта вода показалась ему прекраснее всего, что он когда-либо ел или пил.

Мальчик не остановился, пока не опустошил весь кувшин. Если бы его невидимый доброжелатель не налил меньше половины, то Хэрст наверняка бы лопнул.

— Спасибо, — сказал он в темноту.

— Не за что, — ответили ему, и тут же положили маленький свёрток с едой.

Хэрст успел заметить, что рука, клавшая еду, была нечеловечески огромной. С наслаждением уплетая хлеб и сыр, мальчик гадал, кому она могла бы принадлежать. Ясно, что кому-то из Братства, может, какому-нибудь Каменному псу. Хотя, с другой стороны, с чего бы Каменные Псы разносили узникам воду и хлеб? Милосердие было не в их обычае.

— Скоро за тобой придут, — просипел голос.

Ну вот, только этого напоминания недоставало!

— Знаю, — буркнул Хэрст, — господин Денебус пообедает, а потом возьмётся за меня.

— Я не об этом. За тобой пришли друзья.

Хэрст насторожился. Это ещё что за провокации? Наверное, его решили задобрить едой и питьём, а теперь, когда он наверняка размяк, по мнению его тюремщиков, и потерял бдительность, у него хотят выпытать, откуда он пришёл, с какой целью, кто направил его в город. Не на того напали!

— Не доверяешь? — спросил доброжелатель за дверью. — Вижу, что не доверяешь. Зря.

— А откуда ты знаешь, что не доверяю? — спросил Хэрст.

— Я вижу суть вещей. Даже в темноте. А чтобы ты поверил мне, я расскажу, кто пришёл за тобой.

И обладатель сиплого голоса описал внешность Фокси.

— А сам-то ты кто? — спросил осмелевший мальчишка. — Откуда ты здесь?

— Я издалека. Знаешь, есть такое место, называется Каризмия…

— Не знаю, — ответил Хэрст, снова насторожившись. — Мне кажется, на Сариссе нет города с таким названием.

— На Сариссе — нет. И это не город. Это целый мир…

— Так ты Странник?

— Ну, почти.

— А ты помнишь, как попал сюда?

— Ещё бы, — усмехнулся невидимый собеседник.

— А почему ты не можешь показаться мне?

— Ну, потому что я выгляжу не так, как ты себе представляешь.

— Ты думаешь, я боюсь? — с обидой спросил Хэрст. — Да я ничего не боюсь!

— Знаю.

Чья-то тяжёлая рука (или лапа) ударила в дверь темницы, и дверь слетела с петель, словно была сделана из картона. За дверью стояло существо жутковатого вида, с лысой серой головой и жёлтыми глазами. На месте носа зиял провал. Могучие мышцы были прикрыты шкурой какого-то большого животного.

Всё это Хэрст успел разглядеть в свете чадящего факела, прежде чем отшатнулся назад и завизжал, как девчонка.