Запах снега - Юрий Павлович Валин

— Вот такие брат дела, — пробормотал Ёха. — Уходят, однако.

— Не гони. С чего это?

— Вот с того. Секрет это. Только как его утаишь? Полагаю, имеется новый план. Наша Ито что-то загрустила. Про стратегию ей разве объяснишь? — мрачно пробубнил Ёха.

— Так как же это? — ошеломленно спросил Лит.

— Молчи. Я немой, ты тоже глуховатый.

На стене было холодно. Хорошо, что Даллап плащ оставил. Лит прогуливался по стене, изредка перекидываясь словечком то со стрелком в Надвратной башне, то с Горцем в Западной. С неба срывался легкий снежок, звезды светили тускло. Куда ярче дрожали на склоне огни лагеря «крестовых». И вроде ничуть не меньше их стало. Хотя как может быть не меньше? Вдоль всей стены на истоптанном снегу темнели неподвижные тела. А в тени рва мертвецов и не рассмотришь. Не хватило сил у «крестовых» своих товарищей подобрать. Впрочем, что мертвякам по такому холоду сделается? Раненые уже померзли.

Двор потихоньку пустел, Леди собирала подданных в каминном зале. Из донжона, ведя за руки детей, вышла женщина. Лит узнал леди Флоранс. Она и трое детей подошли к колодцу. Женщина что-то тихо говорила детишкам, потом близнецы скинули в воду небольшой мешок. Лит на всякий случай отвернулся — наверное, тайна какая-то. Во двор вышло еще несколько женщин. Поспешно поднялись на стены. Слышно было, как плакала жена Горца.

Возились на дозорной площадке. Мигнул фонарь, еще и еще раз. Отвечал кто сигнальным вспышкам или нет, Лит смотреть не стал. Полностью сосредоточился на дороге и мертвых телах за стенами. Не нужно нам чужих тайн, свои девать некуда.

— Спишь что ли? — сердито сказали рядом.

Дженни держала за руку Ито. Узкоглазка безмолвно плакала.

— Да вы совсем как лесовики крадетесь, — сказал Лит. — Чего она расстроилась?

— Да я её от Ёхи едва оторвала, — объяснила Дженни. — Намертво вцепилась. Уходим мы.

— Я понял, — Лит осторожно обнял Ито за хрупкие плечи. — Да что ты как маленькая? Встретимся скоро. Не волнуйтесь.

— Волноваться мы будем, — сухо сказала Дженни. — Вы у нас и в спокойное время не сильно-то умом отличаетесь. Чтобы целые остались.

— Понял. Будем.

— Хорошо. Я нашему болтуну боль с задницы сняла. Тебе ничего подлечить не надо?

— Вроде нет. Я в порядке.

— Хорошо. Больше ничего сказать не хочешь?

Лит неожиданно для себя решился обнять ведьму. Она вырываться не стала, только прошептала в ухо:

— Я остаться хотела. Только я снаружи нужна.

— Ну и хорошо. Ты человек ценный.

— Ох и дурень ты дремучий…

Лит отвечать не стал, просто поцеловал в прохладную щеку.

— Пойдем мы, — прошептала Дженни. — Чтобы оба обязательно целы остались…

Снова тишина.

Хотелось подойти перемолвиться словом с часовыми в башнях, но те затаились. Ждали. Сияли в холодной тьме костры лагеря, сияли факелы во дворе, но вроде как пустота в спину дышала.

Когда дверь донжона скрипнула, Лит даже вздрогнул. Три фигуры поспешно шли к стене. Леди, Квазимодо и коротышка Мин.

— Эй, наверху? А, лесоруб. Спустись, помоги, — вполголоса приказала Хозяйка.

Лит спустился. Леди и остальные стояли над мертвыми бойцами у амбара.

— Забрать нужно. На всякий случай, — объяснила Хозяйка.

Они с Квазимодо первыми подняли мертвеца. Мин ухватил за ноги другого, Лит взял за плечи. Тело было словно мерзлая колода. Мин пыхтел — парень он был крепкий, но ростом все-таки маловат. Лит перехватил завернутое в плащ тело поудобнее:

— Ноги придерживай.

— Я в разведку ходил, — извиняющимся шепотом объяснил Мин. — Там всё спокойно.

— Это хорошо, — Лит протиснулся в дверь.

Леди и одноглазый со своей ношей ушли вперед. Каминный зал был пуст, посуда аккуратно составлена на краю стола. В камине плясал огонь, в непривычной тишине потрескивали поленья.

— Сюда давай, — пробормотал Мин, придерживая двери.

Спустились в подвал. Задубевший плащ мертвеца норовил оцарапать Литу щеку.

В подвальном коридоре горел единственный светильник.

— Сюда клади, лесоруб, — приказала Леди. — Дальше мы сами.

— Понимаю. Я сроду любопытным не был, — пробормотал Лит.

— Молодец. Меньше знаешь — лучше спишь. Давай, мы скоро поднимемся.

— Пусть чужого захватит, — Квазимодо за ноги вытащил в коридор еще одно тело.

— Да, кинь его где-нибудь во дворе.

— Сделаю, — Лит взвалил податливое тело на плечо.

Из темноты цокая когтями явился Цуцик.

— Хвостатый, если ты сейчас не послушаешься и не пойдешь, я тебя прямо со стены скину, — шепотом предупредила Леди.

Пес издал смутный, но явно протестующий звук.

— Вот, твою… — возмутилась Леди.

Дальше Лит не слушал. Поднялся наверх, пустующие помещения казались просто огромными. Валялась кем-то забытая корзинка с вышивкой и нитками. Лит привалил свой мертвый груз у двери, налил себе еще теплого чая. Тишина давила на уши. Даже огромный камин затухал как-то слишком быстро и безмолвно. Мертвец поглядывал исподлобья, ехидно. Под горлом у него темнела небольшая рана — ткнули быстро, милосердно. Лит поставил кружку к остальной посуде, сунул в камин пару поленьев и взвалил хитреца на плечо. Хватит здесь ухмыляться.

Снаружи было холодно, но спокойно. Лит поднялся на стену.

— Ушли, а? — шепотом спросил Горец.

— Вроде тихо было.

— Зато там, глянь как весело.

В лагере «крестовых» вновь метались огни факелов. Доносились едва слышные крики. Охотники и егеря, как выражалась Леди — «группы», принялись за ночную работу.

— Вовремя, — прошептал Горец. — Только бы ушли наши. Твоя как? Плакала?

— Да не особенно. Она стойкая, — пробормотал Лит.

Вскоре появилась Леди. Приказала остаться на стенах четверым, да еще непременному дозорному на башне. Остальным отдыхать в тепле. Литу с Ёхой было отдельно сказано:

— Можете вдвоем патрулировать. Я видела — вы сработавшиеся. Погуляйте пока на свежем воздухе. Особое внимание на ров обращайте. Сменим — до утра будете спать.

Ёха прокашлялся, собираясь что-то спросить. Лит незаметно пнул его коленом и ответил за двоих:

— Будем обходить, не сомневайтесь.

Леди глянула на сморщившегося Ёху:

— Значит, это тебя на кастинг король прислал? Сейчас недосуг, попозже поболтаем. Ну, а насчет завтрашнего дня, если вам интересно, план приблизительно такой — валим «крестовых» сколько получится, потом отходим в донжон. Периметр удержать будет сложно. Так что имейте в виду — задача полечь до последнего человека на стенах не стоит.

— Ясно, леди, — сказал Лит.

— Ну и ладненько. Каждый боец должен знать свой маневр.

Ёха снова пасть раззявил, но Лит уже откровенно наподдал другу, и тот прикусил язык.

Леди усмехнулась:

— Воспитываешь товарища? Смотри не пришиби раньше времени.

В молчании шагали по стене. Наконец, Ёха не выдержал, стукнув себя древком глефы по голенищу, и с горечью сказал:

— Ты мне зад совсем расплющил. Копчик только-только ныть перестал. Да еще при ней пинаешь. Позоришь прилюдно.

— Извини. Мне бы тебя за язык прихватить, да некрасиво как-то при женщине.

— А по жопе красиво⁈

— Не особо, но что делать. Ты без Ито вовсе распустился. Помолчать не мог?

— Чего это я молчать должен перед этой зеленоглазой⁈ Да она такая же!

— Какая?

— Наша! В смысле…

— Смысл сейчас один, — оборвал друга Лит. — Она командует. Ты благородных леди можешь и вовсе не уважать, но другие люди хозяйку еще как уважают.

— Я про уважение ничего не говорю. Я про другое…

— Про всё другое потом.

— Ладно, — Ёха угрюмо помолчал и спросил: — Как думаешь, далеко этот подземный ход тянется?

— Какой подземный ход?

— Да ладно тебе. Я вот думаю — не могут ли «крестовые» его обнаружить? Все-таки там не один человек наружу выберется.

— Ёха, мне вот сейчас очень хочется тебя в ров спихнуть. Ну что ты все болтаешь и болтаешь о ненужном? Сам подумать не можешь? Дженни зачем с ними пошла?

— Ага. Замаскирует значит? Это правильно.

— Одобрил? Очень вовремя.

— Ну и что такого? Я занят