Сорняк - Евгений Вторкин

— Тебе самому не стыдно всё это говорить зная, что от орды отвернулся Олимп?

— Да, отвернулся. Но это не повод придумывать несуществующего бога!

— Всё! Хватит! Ты вернулся из своих странствий совсем отрешённый. Наполнил там голову глупостями. Вон, даже притащил татаамского самца. Где он сейчас, кстати? Не хочешь его выставить на арену?

— Глупостями… Глупостями… Ты прав, я занимаюсь глупостями, что пытаюсь открыть глаза тому, кто не намерен даже слушать… Ха! Да я погляжу, что ты так и не передал мой подарок верховному гоблину. Небось, сразу же об этом забыл.

— Подарок? Что за подарок?

— Да вон! На углу стола лежит! М-да, так ты ещё эту книгу и огрызками яблок завалил…

— Где? Дай посмотрю.

Послышались тяжёлые шаги.

— Постой отец…

— Хм. Какой интересный переплёт… А о чём книга?

— Ой. Да о ерунде полнейшей.

— Варлам, хватит врать! Тебя выдаёт твоя тупая улыбочка…

— Нет! Отец, не открывай!

— А-а-а-а… э-э…

Вслед за коротким вскриком раздался тяжёлый грохот. Похоже, что вождь умер на месте и его массивное тело упало на деревянный пол.

— Никогда не читал, но сегодня вдруг ты решил это сделать… Эх, отец-отец…

Сомнений нет. Они сейчас действительно открывали гримуар создателя. Тот самый, который мы с Алэном вынесли из храма дриады.

— Что делать? Что делать? Брать, не брать? Думай-думай…

Стали доноситься беспокойные шаги. Похоже, сын вождя ходит по шатру из стороны в сторону.

— Нет. Не думаю, что мне нужна эта книга. Пусть остаётся здесь… От неё будут одни лишь проблемы… Да. Вот лучше заберу барабан Псиллиума. Ему я быстро найду применение.

Слышу, как на пол падают мелкие предметы. Ощущение, словно он достаёт что-то из-под горы мусора.

— Великий вождь Богамут… С твоей смертью у меня больше нет повода возвращаться в Борбул… Прости отец, но я намерен создать новое поселение, где оркам не придётся пресмыкаться пред мерзкими гоблинами.

Видимо, орк нашёл, что искал, потому что вскоре покинул шатёр.

Он ушёл, а я всё продолжала прислушиваться, попутно размышляя над случившимся.

Думаю, я смогу взобраться по отвесной стене арены, если подготовлю костяные иглы, которые можно будет втыкать в дерево. Достаточно прочные иглы, чтобы они выдержали мой вес.

Влезу в шатёр вождя и заберу книгу…

Да а потом что? Каким образом я смогу выбраться из поселения орков? При всём желании у меня не получится быть незаметной из-за плотного населения орды.

Всё плохо. Но это не значит, что стоит унывать, потому как не всё так уж и ужасно… М-да. Сама себя обманываю.

Обычно в шатре вождя редко появляются гости. И если повезёт, его тело не обнаружат до самого праздника умывания. Значит и книга продолжит смиренно лежать рядом с трупом.

У меня есть полноценный день, чтоб подготовиться. Доделаю лук, изготовлю стрелы и в ночь перед празднеством сбегу, заодно прихватив гримуар.

Сорняк — Глава 48. Грязь болотная

Оставшись без возможности повлиять на происходящее, герой быстро смирился с ролью простого зрителя. Он стал внимательнее следить за разворачивающимися вокруг событиями. По какой-то неведомой причине его восприятие переменилось, наполнившись совершенно новыми, до боли интересными красками.

С момента, как Аймон с Гимном добрались до болот, я не могу перестать с удивлением взирать на толстые деревья, простирающиеся далеко вверх. Из-за того, что на широких ветвях прорастают гигантские листья, лучи света толком не достают до земли. Хоть сейчас и стоял день, но бескрайняя тень создавала вечернее настроение.

Вода в этой области толком не впитывается почвой из-за высокого содержания глины в земле. Ноги постоянно застревали в склизкой грязи, потому путники двигались довольно медленно. Но даже с этой неспешностью Гимн умудрился споткнуться о торчащий из земли могучий корень и упасть лицом вниз.

Теперь их темп движения замедлился ещё больше. Гном сосредоточился на выковыривании из бороды кусков грязи, а альв держался от него в стороне и пристально озирался, будто пытался что-то найти на верхушках деревьев.

— Аймон, ты прости за весь этот негатив, который я выливаю на тебя. Обычно я не ною так часто. Просто с самого момента, как мы оказались на болотах всё идёт наперекосяк.

— Не переживай и жалуйся на здоровье. Мне не сложно потерпеть твой бубнёж. Да и вообще, твои причитания помогают думать.

— Не хочу, не буду, надоело… Вместо причитаний я лучше поделюсь своими мыслями.

— Уже интересно.

— Все поселения орков располагаются примерно на равном расстоянии от золотого озера. Если взять карту и соединить чертой все кланы между собой, то получится хорошо сбалансированная окружность. Но всё изменилось несколько зим назад, когда земли одного из поселений ушли под воду. Дичь покинула те места, и орки начали голодать. Единственное, что им оставалось, — это продолжить охоту, заходя на чужую территорию. Однако вождь Богамут оказался мудрее. Он решил избежать конфликта с другими кланами и переместил всё поселение хоть и подальше от золотого озера, но зато поближе к людям.

— Понимаю, к чему ты клонишь. Думаешь раз Борбул — довольно молодое поселение, то мне не удастся найти ни одного тролля. Но я уже нашёл.

— В смысле⁈ Где?

— Подними глаза…

Гимн задрал подбородок и прищурился. Повисла тишина. Попутчики стояли с приоткрытыми ртами и смотрели наверх.

Заинтересовавшись происходящим, я напрягся и расширил своё видение. Вскоре я обнаружил, что на одном из бесконечно высоких деревьев ветки переплетены друг с другом в форме гигантского птичьего гнезда. И на этой вот плетённой платформе стоял дом. Чем-то он напоминал пчелиный улей, но всё же это был настоящий дом, собранный из брёвен и палок.

— Аймон, хочешь интересный факт?

— Давай. Вещай.

— В силу того, что после мутации у троллей сохраняется острота эльфийского слуха, им неприятно жить вместе с вечно орущими орками. Вот они и строят свои дома на деревьях недалеко от поселений.

— Ты повторяешься, Гимн. Хоть немного и другими словами, но недавно ты об этом уже рассказывал.

— Нет, не повторяюсь… я просто устал… Вон, гляди там сухой участок есть. Давай передохнём немного?

— Пошли. Я не против.

Вскоре они выбрались на свободный от грязи островок. Аймон подошёл к высокой траве и начал бить её ногами.

— Эм, ты чего траву лупишь?