Код Средневековья. Иероним Босх - Валерия Александровна Косякова

Рис. 64. Иероним Босх. Триптих «Святые отшельники», ок. 1505 г. Palazzo Ducale, Venezia.

Центральную же часть Босх посвятил своему патрону – святому Иерониму, церковному писателю, аскету, создателю канонического латинского текста Библии. В этой сцене Иероним отвергает язычество: он сидит коленопреклонённый посреди разрушенного капища, позади него падает идол, на переднем плане разворачивается смертельная схватка монстров. Иероним призывно указует на распятие, находящееся в его алтаре. Примечательно, что от распятия берёт начало цветущее дерево (к слову, сухие и безжизненные ветви у Босха фигурируют в языческом и еретическом контексте). Пути Христа противопоставлено другое изображение, на которое указует святой – всадник пытается оседлать единорога. Единорог – сакральное райское животное, приманить его может лишь дева (в качестве образа непорочного зачатия иногда писали Марию и спящего на её коленях единорога), а насильственный акт со стороны мужчины (демона) может восприниматься как святотатство. Средневековые бестиарные книги и теологические трактаты предлагали символически толковать единорога в качестве образа Христа, воплотившегося во чреве Марии. Единый рог представляет собой единство Бога и Христа. Малый размер единорога является символом смирения и скромности Христа, ставшего человеком. Жестокость единорога означает, что никто не может понять силу и мощь Бога. Покушение на единорога в этой сцене может трактоваться как взятие под стражу и предание смерти Иисуса, как акт еретичества.

Триптих полон рассуждений на тему истинного и ложного, возвышенного и падшего, земного и небесного. Быть может, на создание триптиха Босха вдохновила «Книга высшей правды» нидерландского мистика Яна ван Рёйсбрука. В трактате отшельники Антоний, Иероним и Эгидий воплощают три степени восхождения к высшей правде. Жития всех трёх отшельников отражают аскетический идеал и умерщвление плоти, воспетые в трактате «Подражание Христу» Фомы Кемпийского: «Какую силу самоотречения являет нам жизнь святых отцов, удалившихся в скиты! С какими долгими и мучительными искушениями приходилось им бороться! Как часто одолевал их дьявол! Как жарко и много молились они господу! Как велико и горячо было их рвение к усовершенствованию своего духа! Какое мужество выказали они, ведя битву со своими пороками!».

Рис. 65 а. Святой Иероним у Распятия.

Рис. 65 б. Бесстрашная Юдифь, обезглавившая Олаферна, изображена на внешней части алтаря. Под ней: трус, прячущийся в корзине, из его задницы торчит ветка, на которой сидит демоническая сова: прячься – не прячься, а от расплаты не уйти, эту же сцену Босх изобразил на рисунке с ведьмами (глава 3, рис. 78 а, б).

Тёзка Босха

Змееподобные ящерицы ползут по странной формы каменистой пещере, обвитой колючими растениями и сухими тёрнами. Святой Иероним, простёршись ниц, истово и самоуглублённо молится, прижимая распятие к груди. Он будто пытается скрыться от обступившего его суетного мира. Красное кардинальское облачение отброшено, в созерцательной молитве он наедине с Богом. Застывшая фигура передаёт духовный поиск.

Святой Иероним, отец Церкви и переводчик Библии, как и многие другие святые, претерпевал искушения: лукавые помыслы, насылаемые дьяволом, вызывали сомнения в истинности веры во Христа. Популярнейший святой Средневековья, один из столпов католической церкви, как и прочие аскеты, посвятил себя молитве и епитимье в пустыне. Босх явно питал интерес к столь значимой персоне, в своей работе он создал легко идентифицируемый образ, написав классические атрибуты святого вокруг него: красные кардинальские одежды – шляпа и облачение (примечательно, что они отброшены, как ненужная шелуха), книга (перевод Библии), лев (его компаньон) и камень, коим он побивал себя. Пейзаж на заднем плане кажется на редкость умиротворённым, однако различные расставленные Босхом символы напоминают о присутствии зла: болотистая пещера-келья полна упадка и разложения, тёмная сова сидит и зорко смотрит с ветки пня, справа на переднем плане лежат остатки петуха, который был, по-видимому, проглочен счастливо спящей хитрой лисой. Иероним в своём житии описывает, как его медитации в глуши были прерваны сладострастными видениями. Мир полон искушений и тревог. Символами похотливых помыслов являются огромные гниющие плоды, напоминающие растительный мир «Сада земных наслаждений». Лишь полностью вверив себя воле Господа, Иероним сумел побороть искушение и смирить свою плоть – такова мораль картины.

Рис. 66. Святой Иероним на молитве, ок.1500 г. Museum voor Schone Kunsten, Gent.

Бородатая святая

Столпотворение, возгласы, недовольные лица мужчин полны злобы и удивления. Одни закрывают лицо и глаза руками, другие указуют перстом, юноша потерял сознание – такой эффект произвела распятая на кресте, подобно Христу, длинноволосая коронованная особа. Её вид, судя по реакции и обстановке, шокирует мужское сообщество, святая, изображённая на центральной створке, позорна и постыдна для них.

На протяжении долго времени сюжет этого весьма плохо сохранившегося триптиха, оставался исследовательской загадкой. На правой створке в окружении дьявольских отродий и мучителей узнаётся фигура святого Антония, но кто те двое мужчин на левой створке? Один из них похож на аскета-пустынника, другой – на военного-путника. Присмотревшись к дальнему плану, замечаем прочие странности: из пещеры выглядывает подозрительный мужчина, будто бы изгнавший путника, на которого замахивается мечом другой, подле него собака, а дорога ведёт к кресту; справа видим медведя, осёдланного воронами. Ещё дальше – группа людей тащит гигантскую рыбу (кита) из вод, а в море – кораблекрушение, уцелевшие судна устремляются к стенам чудесного города (рис. 68).

Рис. 67. Иероним Босх. Распятая мученица, ок. 1495–1505 гг. Palazzo Ducale, Venezia.

Центральная панель также не предвещает однозначных ответов. Кто эта женщина – святая, мученица, окружённая разъярённой толпой насильников и праздных зевак? Святая Юлия Корсиканская, карфагенская рабыня, была распята подобным образом, потому что отказалась поклоняться языческим богам. Но, скорее всего, перед зрителем сцена из жития девы Вильгефортис – эта святая никогда не существовала, но была весьма почитаемой мученицей Позднего Средневековья.