Спецназ ГРУ. Элита элит - Михаил Болтунов

Братья

…20 октября 1965 года в московской семье Данилиных родилась двойня, мальчики. Старшего назвали Юрием, а того, который появился на две минуты позже, — Анатолием.

Однако уже в школе Анатолий обогнал в росте брата и стал вроде как за главного. Его всюду принимали без проблем: в спортивные секции по легкой атлетике, по гимнастике. А позже он туда приводил Юрку. Толя, позанимавшись каким-то видом спорта, вскоре терял интерес к занятиям, а Юра, наоборот, оказался терпеливым, упорным, настойчивым. Практически всюду он обходил брата, добивался лучших результатов. Например, в русских народных танцах так преуспел, что руководитель студии, встречаясь с родителями, настаивал отдать Юрку в институт культуры. Уверял, что их него вырастет большой артист.

Но карьера артиста-танцора не прельщала Юрия Данилина. После окончания школы братья пошли учиться в училище связи, которое располагалось на Таганке. Закончили его вполне успешно, а тут и время подошло в армии служить.

В те годы не принято было бегать от армии, считалось позором, коли парень увильнул от службы. Да и в мыслях такого не держали — увиливать.

Юрия и Анатолия Данилиных, как братьев-двойняшек, в армию забрали вместе, в одну часть. Сначала в учебку в Актюбинск, а потом на Крайний Север, на мыс Шмидта. Тогда и увидели братья, какой он на самом деле — край света.

Их воинская часть официально именовалась Центром дальней связи «Рубин», а на солдатском языке — просто «точкой». Народу на «точке» — всего тридцать человек. Десять офицеров да двадцать солдат. Несколько щитовых домиков, накрытых общей крышей, кунги по четыре кровати в каждом и… антенны.

Огромные, взметнувшиеся ввысь на сорок метров красавицы антенны. И на них огоньки спартаковские, вперемешку, красные с белым.

Командиры, говоря о важности их службы, упирали на то, что в случае войны и нападения на Советский Союз именно им предстоит сообщить в Москву о страшной беде.

Беды, к счастью, не случилось. Две зимы со снегом под крышу и морозом в 50 градусов пролетели быстро. И вот он, радостный дембель. А за ним неизбежные размышления: что делать дальше? Куда податься?

Юра решил вернуться в Москву, а Анатолий — уйти в «загранку», устроиться на торговое судно, и. прощай, столица.

Однако с загранплаванием не вышло, и он, приехав домой, устроился в булочную грузчиком. Решил подумать, осмотреться.

Юрий пошел работать по специальности — на телефонный узел. Однажды он признался брату:

— Ты помнишь, когда мы демобилизовались и пришли в военкомат, там офицер из КГБ с нами беседовал…

— Помню.

— Я позвонил ему. Завтра иду на собеседование.

— Ну, удачи тебе, Юрок.

Так определился в жизни Юрий. А Анатолий все еще размышлял. В связь его не тянуло, хотя и училище, и армейский опыт за плечами были. Но не хотел, не лежала душа. Однако понимал и другое: не жизнь же ему куковать в этой булочной.

А Юрий тем временем прошел строгие кагэбэшные проверки и был принят в Комитет государственной безопасности. Как позже он расскажет брату, в 15‑е управление, в оперативно-постовую службу.

Что там была за служба, Юрка особо не распространялся. С другой стороны, и Анатолий с расспросами не лез, понимал: секретность, безопасность. Словом, считал: о чем можно сказать, брат и сам расскажет.

Не будем забывать, это было время, когда КГБ боялись и уважали. Были, конечно, и те, что ненавидели. Но братьям Данилиным Комитет государственной безопасности ненавидеть было не за что. Вышли они из рабочей семьи, отец работал на ЗИЛе, мама — на заводе «Стройдеталь».

Всего добивались своими руками — уважения в коллективе за честный труд, сначала комнаты в коммуналке, потом квартиры. Словом, обычная советская семья — работали, растили детей.

Теперь один из них, Юрий, уже определился: он был прапорщиком КГБ.

Однажды и Анатолий разыскал телефон, который дал офицер госбезопасности в военкомате. Позвонил. Ему сказали: приезжайте. Поначалу подумал, что это, как у Юры, 15‑е управление, оказалось — 7‑е. Но тогда он ничего этого не знал.

Анатолия выслушали, долго беседовали с ним, расспрашивали, а потом сказали, что пригласят вновь.

Но прошел месяц, другой, третий, — казалось, о нем забыли. Однако он терпеливо ждал. По Юрке знал, что проверяют долго. Не такая это простая организация, чтобы пороть горячку.

Настоящая, боевая работа

Однако прошли долгие месяцы, и 9 мая 1988 года стал его первым рабочим днем в 7‑м управлении КГБ. Начался он необычно. Во всяком случае, не так, представлял начало своей службы прапорщик Анатолий Данилин. Ждал каких-то инструктажей, изучения обязанностей или чего-нибудь в этом роде. Но заместитель начальника отдела по политчасти Олег Балашов сказал совсем иное.

«Сегодня едем на кладбище, где похоронены погибшие сотрудники группы „А“».

Прапорщику Данилину стало как-то не по себе. Он старался не глядеть в глаза замполиту. Ему казалось, что только он один, к стыду своему, не знает, что это за группа «А».

У входа на кладбище их встретил подтянутый, худощавый человек, вместо руки — протез. Оказалось, это полковник Валерий Емышев, участник штурма дворца Амина в Афганистане. Там он был тяжело ранен в руку.

«Наша БМП остановилась на углу дворца, — рассказал Емышев. — Мы выскочили. Перед нами освещенный прожекторами дворец. Боевые машины газуют. И под прикрытием брони двигаемся вперед.

Бежим. Темно, ничего не видно, только пули свистят вокруг.

Над входом во дворец козырек, колоннада по кругу. Вбежали внутрь…»

Емышев говорил о том, как они шли на штурм, как его ранило, как погибли бойцы «Альфы» Дмитрий Волков и Геннадий Зудин, у могилы которых и стояли молодые сотрудники КГБ.

Так вот оказывается, какое героическое подразделение входит в их 7‑е управление. Рассказ полковника Валерия Емышева поразил молодого прапорщика. Вот где настоящая, боевая работа.

Позже он узнает, что их замполит, полковник Балашов, тоже в прошлом «альфовец», а потом откроется вся удивительная история группы «А»: контртеррористическая операция в городе Сарапул в 1981 году, освобождение заложников в захваченном самолете в Тбилиси в 1983‑м.

Теперь он знал твердо — его место там, в легендарной группе «Альфа». И он попадет туда, чего бы это ему ни стоило.

Постепенно узнавая, как живут, служат, тренируются бойцы антитеррористического подразделения, Анатолий Данилин только утверждался в своем желании. Теперь уже служба в 6‑м отделе «семерки» казалась ему скучной и кислой: ну что тут интересного — проверить документы, пропустить, опять проверить, опять пропустить.

Да, без их пропускного режима тоже никуда, это важное и нужное дело, но есть для этого другие люди. Им нравится такая служба, ему — нет.