Глобальные элиты в схватке с Россией - Александр Проханов

Ученый вынужден был, однако, признать: ситуация могла начать ухудшаться задолго до начала 1980-х (т. е. президентства Рональда Рейгана и осуществленного им консервативной революции), что, во-первых, объясняется традиционной высокой «ролью денег в нашей политической системе»; во-вторых, «отсутствием массовых организаций, представляющих и поддерживающих голос простых граждан»; в-третьих, «драматичным упадком профсоюзов в стране в последние 30 или 40 лет; и наконец, отсутствие в США «социалистической или рабочей партии».

Интервью завершается исключительно интересным вопросом и столь же интересным ответом Гиленса. Вопрос: «Ваше исследование напоминает слова Денниса Кусинича [прогрессивного конгрессмена от штата Огайо, неудачно баллотировавшегося в президенты от Демократической партии в 2004 и 2008 гг. – А. Д.], сказанные им несколько лет назад, во время экономического спада. По существу, он сказал, что классовая война закончилась, и рабочий класс её проиграл. Был ли он прав?» Ответ: «Похоже, что это так. Средний класс плохо пережил последние три с половиной десятилетия, включая рецессию. Политическая система отреагировали на кризис таким образом, что привело к довольно хорошему восстановлению экономических элит и корпораций».

Результаты исследования Гиленса и Пэйджа вполне соответствуют данным опросов организации «Американские исследования национальных выборов» (ANES). С 1964 по 2008 гг. ANES провела 21 опрос под названием «Служит ли правительство интересам всех?», в каждом из которых приняли участие в среднем от 1200 до 2800 граждан США. Полностью вопрос звучал следующим образом: «Согласны ли вы с тем, что правительство в значительной степени служит интересам немногих, заботящихся о себе, или служит благополучию всех людей?»

Кратко рассмотрим результаты опросов в историческом контексте.

В 1964 г. только 29 % американцев считали, что правительство США служит интересам немногих, и 64 % – что интересам всех. Напомню, что в том году был принят знаменитый закон «О гражданских правах», направленный на десегрегацию американского общества, а администрация Линдона Джонсона объявила программу борьбы с бедностью и построения «Великого общества».

Война во Вьетнаме отрезвила многих. В 1970 г. число американцев, считающих, что деятельность правительства отвечает интересам немногих, достигло 50 % против 41 %. А уже через 4 года, после скандальной добровольной отставки президента Никсона произошел обвал: 66 % высказались за первую точку зрения и только 25 % – за вторую.

В эпоху Рональда Рейгана, которого многие американцы считают одним из лучших президентов XX века, тенденция ненадолго сменилась: с 1980 г. по 1988 г. число считающих, что правительство США работает в интересах всех вырос с 21 % до 39 %, а несогласных с ними сократился с 70 % до 55 %.

Только один раз с того времени – после «нападения» на Америку и сентября 2001 года – доля американцев, разделявших вторую точку зрения («интересы всех»), ненамного превзошла первую («интересы немногих»): 51 % против 48 %.

Национальная трагедия объединила американцев ненадолго: президентство Джона Буша-младшего вызвало дальнейшее нарастание социальных антагонизмов. В 2008 г. американцы отвечали на те же два поставленных вопроса прямо противоположно тому, как они отвечали в 1964-м: в первом случае 69 % вместо 29 %; во втором – 29 % вместо 64 %! Добавлю еще пару деталей: если в 1964 г. на вопрос о политике правительства США в «интересах всех» ответили «да» 63 % мужчин и 65 % женщин, 63% белых и 68 % черных, то в 2008 г. соответствующие показатели составили: 26 % (мужчины), 32 % (женщины), 27 % (белые) и 32 % (черные).

Согласно другим опросам, проведенным той же организацией ANES, с 1966 г. по 2008 г. «доверие» американского народа правительству страны (trust in government) сократилось с 61 % до 26 %.

Следует оговориться, что взгляды американцев за последние несколько десятилетий столь кардинально изменились в отношении далеко не всех вопросов государственной политики США.

Скажем, на вопрос: «Согласны ли вы, что США выиграют, если будут заняты только внутренними делами и не озабочены проблемами в других частях мира?» – еще при президенте Трумэне в 1956 году ответили «да» только 25 % опрошенных, а в 2008 г. – всего на 5 % больше. Соответственно, ответили «нет» – 57 % и 67 %! Пик ответа «нет» приходится на 1998 г. (Югославия) и 2004 г. (Ирак): 81 % и 79 %.

Фактически, это означает консенсус американского населения. Если мы можем констатировать отрезвление «средних американцев» в отношении внутренней политики своей страны, то о внешней политике речь вообще не идёт. Есть о чем задуматься и не строить иллюзий в отношении того, что внешняя политика США станет менее интервенционистской в XXI веке.

Итоги лучше всего можно выразить словами профессора политологии Университета Сан-Франциско и автора книги «Русофобия: антироссийское лобби в США» Андрея Цыганкова: «В условиях американской элитарной и управляемой демократии объективное понимание российских реалий затруднено. Из «рационального выбора хорошо информированных граждан» (так демократию определял Джозеф Шумпетер) демократия всё больше превращается в выбор политических элит, формирующих взгляды плохо информированной общественности».

3. Формирование американской элиты. Не всё так просто!

Российские исследования часто ограничиваются внешними, преимущественно описательными признаками формирования американской элиты.

К последним чаще всего относятся: масонство (с его многочисленными символами, включая Конституцию США, денежные знаки, карту Вашингтона и т. д., а также с его многочисленными представителями, включая, по крайней мере, 14 президентов США, последними из которых были оба Рузвельта, Гарри Трумэн и Джеральд Форд), Трехсторонняя комиссия, Бильдербергский клуб, прочие тайные общества и «мозговые центры». Среди последних назову только самые влиятельные: Совет по международным отношениям (Council on Foreign Relations), Брукингский институт (Brookings Institution), Корпорация РЭНД (RAND Corporation), Центр стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies), Фонд Карнеги «За международный мир» (Carnegie Endowment for International Peace), Гуверовский институт (Hoover Institution).

Конечно, не всё так просто, и в самих Соединенных Штатах нет консенсуса относительно роли элит в Америке. Профессор философии МГИМО (У) МИД РФ Г. К. Ашин выделяет основные соперничающие позиции и, своего рода, три главных дискуссионных вопроса:

• нужны ли сильные независимые элиты в США (и других развитых индустриальных странах)?

• выливается ли наличие сильных независимых элит в эксплуатацию (населения)?

• управляются ли Соединенные Штаты элитой (элитами)?

Если «критические теории элиты» отвечают отрицательно на первый вопрос и утвердительно на два последних, то «функциональные теории элиты» говорят: «да – нет – да», а «плюралистические теории элиты» говорят: «нет – да – нет».

Исключительно любопытное исследование формирования американской элиты было проведено Джонатаном Уэйем из Дюкского университета (штат Северная Каролина).