Россия. Путь к Победе. Горбачев-Ельцин-Путин-? - Алексей Кофанов

Борис Ельцин старше Горбачева на месяц. Он родился 1 февраля 1931 года в неизвестном месте[132]Свердловской области. Его деда раскулачили. За что? Сам ЕБН признал, что дед «имел водяную мельницу и ветряную, имел молотильную машину, имел постоянных батраков…»[133]. Местный феодал.

Отец же президента три года отсидел. Он и его друзья «проводили антисоветскую агитацию, ставя целью разложение рабочего класса и внедрение недовольства существующим правопорядком. Используя имеющиеся трудности в питании и снабжении, пытались создать нездоровые настроения, распространяя провокационные слухи о войне и скорой гибели Советской власти»[134]. Тем же потом занялся и его сын…

Николай Ельцин освобожден в 1937-м. Не ждали? Нам ведь внушили, что тогда только сажали всех без разбора!

Такая вот генетика… Впрочем, родство с врагами народа ничуть не помешало: в 1955-м Борис получил диплом инженера-строителя в Уральском политехническом. Разоблачителям «сталинского террора» полезно иметь это в виду.

А вот дальше складывалось не по-горбачевски туго. Восемь лет Ельцин вкалывал прорабом и мастером, до главного инженера дослужился лишь в 1963-м. Вскоре возглавил домостроительный комбинат, людям жилье возводил. Что сказать? Молодец!

Тогда же он надумал делать бизнес в партии и стал рядовым членом райкома в Свердловске. Горбачев в его годы правил комсомолом целого края!

Но и у Бориса сдвинулось. Через пять лет он получил отдел строительства в обкоме — тут исток его взлета, ключевой момент. О назначении на должность вспоминает его тогдашний шеф, секретарь обкома Я. Рябов:

«Оказалось, что мои друзья учились с Борисом и прямо говорили о его амбициях, устремлениях к власти любым путем. Как говорится, он готов перешагнуть не только через товарищей, но и «через родную мать». Говорю: «А как вы его оцениваете с точки зрения дела?» Задумались. А потом отвечают: «Здесь вопросов нет — сделает все, что угодно, «разобьется», но выполнит поручение начальства».

Я пригласил Б.Н. на беседу. Могу объективно сказать, что он не рвался на эту работу, но после нашего разговора дал согласие. В конце встречи я ему сказал, что решил «рекомендовать Вас, хотя характер Ваш имеет недостатки, это надо иметь в виду и не допускать в работе с людьми».

Вместо того чтобы сказать: да, действительно характер у меня не сахар, надо будет следить за собой, он мне задал вопрос: «Интересно, кто же Вам, Яков Петрович, мог это сказать?» Позже он вычислил этих друзей и не дал им хода»[135]Российский кто есть кто. 1999. № 4 (13).}.

Интересно? Жажда власти, самоуверенность, мстительность…

Но его взяли. Рябов продолжает: «Как я понял (но, к сожалению, значительно позже), Борис вел себя как типичный подхалим и карьерист, старался исполнять все мои пожелания. И мне это импонировало, я и не думал, что это его тактика для дальнейшего стратегического рывка в карьере».

Рывок состоялся. Спустя восемь лет (в 1976-м) он возглавил обком. Стал свердловским князем — ровней ставропольского князя Горбачева! Только тот достиг этой отметки в 39 лет, а Ельцин — лишь в 45.

На Урале курортов нет, кремлевцы расслабляться туда не ездили, так что карьера Бориса застряла. Девять лет он рулил местным хозяйством и перспектив роста не имел: ведь большинство обкомовских вождей на этом посту и закруглялось.

Чтобы самоутвердиться, выстроил самое высокое в Союзе здание обкома (на Октябрьской площади Свердловска), которое народ прозвал — Член партии. Хотел ли ЕБН компенсировать так некие комплексы, не знаю.

Но вообще-то он был хорошим князем. Развивал сельское хозяйство, строил жилье и дороги, ограничил чрезмерную вырубку леса. При нем начали копать свердловское метро… И в «докняжий» период много полезного сделал на Урале, курируя важные стройки. Будто знал, что дальше предстоит только ломать!

Прервись его карьера на том уровне — добрая память бы осталась…

Впрочем, и тогда случилось странное: снос Ипатьевского дома. Этот полутораэтажный[136]особняк, в котором люди Якова Свердлова ритуально убили семью русского царя, стоял себе до 1977 года. Даже считался историко-революционным памятником всероссийского значения[137]. Но в 1975-м Политбюро решило дом снести. Кто это предложил? «Вы будете смеяться», но опять-таки Андропов… Общество охраны памятников противилось два года, но затем решение стало неотвратимым.

Ельцин едва вступил в должность. И получил «решение высшего органа страны, официальное, подписанное и оформленное соответствующим образом. Не выполнить постановление Политбюро? Я, как первый секретарь обкома, даже представить себе этого не мог», — утверждал он в мемуарах. И наверное, не врал.

А если вдуматься: ну, убили бывшего царя, который своей апатией обрек страну на муки. Это убийство уже ни на что не повлияло; своей жизнью Николай навредил России гораздо больше, чем смертью. Дом архитектурной ценности не имел. Ну снесли — что трагедию-то разыгрывать?