Учитель - Филип Жисе

— Наверное, я, — отозвался щуплый парнишка, бросив взгляд на старика.

— Тогда я буду за вами, — сказал Александр Петрович, прислоняясь к стене. Он бы с радостью присел на лавочку с поролоновой седушкой, но они все лавочки поблизости оказались заняты. Александр Петрович посмотрел на толпу, собравшуюся перед кабинетом, и вздохнул, часа два, как минимум, придется здесь просидеть.

— Надо было что ли газету какую купить? — подумал Александр Петрович. — Ну, что ж тут поделаешь уже? Придется стенки рассматривать.

Дверь в кабинет под номером «222» открылась, выпуская посетителя, девушку лет двадцати в узких джинсах и кофточке, и закрылась за старухой с карточкой, толщине которой позавидовала бы даже Библия.

Час прошел, два, а Александр Петрович все также стоял перед дверью, ведущей в кабинет «222», правда, теперь он не стоял у стенки, а сидел на лавочке. Наконец-то подошла и его очередь. Старик поднялся с лавочки и вошел в кабинет.

— Здравствуйте, — поздоровался Александр Петрович с врачом, мужчиной сорока-сорока пяти лет, с маленькими усиками. Врач сидел за столом и что-то записывал в карточку, одной из множества, стопкой стоявшей рядом на столе. Напротив врача сидела девушка и также водила ручкой по бумаге.

— Ассистентка, — догадался Александр Петрович.

— Здравствуйте, — отозвались и врач и ассистентка. — Присаживайтесь, — сказал врач, указывая на стул, прислонившийся к письменному столу. — Подождите немного. Мне надо заключение дописать.

— Конечно, конечно, пишите, — сказал Александр Петрович и принялся рассматривать помещение. Небольшая комнатка с двумя состыкованными письменными столами, стеклянный шкаф с папками и карточками за спиной у ассистентки, еще какой-то шкафчик за спиной у врача, вешалка, одиноко стоявшая у двери, и кушетка у стены. Александр Петрович заглянул в окно. В воздухе кружился снег.

— Первый зимний снег, — пронеслось в голове у Александра Петровича. — Зима все-таки пришла.

Снег начал идти еще ночью. И когда Александр Петрович вышел из дома, все вокруг уже было покрыто белым мохнатым одеялом зимы. Машины и дорога, крыши домов и деревья. Ничто не укрылось от этих маленьких невесомых белокрылых звездочек. Александр Петрович вспомнил, как обрадовался, увидев снег. Он любил зиму и не понимал, почему ее не любят другие. Холодно говорят.

— Зато красиво, — подумал Александр Петрович и улыбнулся.

— Людочка, я закончил. Отнеси, пожалуйста, эти карточки в регистратуру, — попросил врач, откладывая ручку в сторону и протягивая помощнице стопку медицинских карточек.

— Хорошо, Николай Васильевич. Давайте отнесу.

— Спасибо, — поблагодарил Николай Васильевич и посмотрел на старика. — Так. Теперь возвращаемся к вам. Вы с чем ко мне пожаловали?

— Да, желудок беспокоит. В регистратуре к вам направили.

— Это правильно, — сказал врач. — Разденьтесь по пояс. Мне надо вас послушать.

— Как скажете, — Александр Петрович снял свитер и повесил его на спинку стула. Затем наступила очередь рубашки и майки.

Раздевшись, Александр Петрович поежился. В комнате было прохладно.

— Нет, не садитесь, — попросил врач, заметив, что старик решил вернуться на стул. — Подойдите ко мне.

Александр Петрович подошел к врачу. Холодная головка спектроскопа заставила его вздрогнуть, когда прижалась к его груди.

— Дышите… дышите… не дышите, — командовал врач, водя головкой спектроскопа по груди Александра Петровича.

— Повернитесь ко мне спиной, — попросил он.

Александр Петрович развернулся.

— Дышите… дышите… не дышите, — вновь услышал он. — Хорошо, присаживайтесь на стул. Я давление померяю. Спектроскоп сменил тонометр.

— Сто пятьдесят на девяносто. Для вашего возраста вполне нормально. Лягте пока на кушетку, — сказал врач и принялся что-то писать в карточке.

Александр Петрович двинулся к кушетке.

— Раньше жалобы были на желудок? — спросил врач, тыкая пальцами старика в живот.

— Давно еще. Когда был молодой, язву заработал, но давно было, — повторил Александр Петрович. — С тех пор редко когда беспокоил желудок, а вот последние несколько дней спасу не дает.

— Понятно, — сказал врач. — Вставайте и одевайтесь. Я направлю вас на анализы. Сдадите общий анализ крови, анализ мочи. Потом посмотрим, думаю, стоит и кровь с вены взять.

— Начинается, — едва не произнес вслух Александр Петрович. — С вами только свяжись.

— Хорошо доктор. Что-то сейчас можете сказать? — спросил Александр Петрович, одеваясь.

— Только после анализов. Может язва вернулась, может, съели что-то не то. Вариантов много, но вы же хотите знать наверняка, не так ли?

— Хотелось бы, — улыбнулся Александр Петрович.

— Тогда посмотрим, что покажут анализы.

— Спасибо, доктор, — поблагодарил Александр Петрович. Рука скользнула в карман брюк и вытащила на свет заранее заготовленные пятьдесят гривен. — Вот, возьмите, — пробормотал он, чувствуя, как краска покрывает лицо. — Это вам.

— Спасибо, — сказал врач, пряча полтинник в карман халата.

— А карточку вы мне отдадите? — спросил Александр Петрович, бросив взгляд на раскрытую карточку на столе.

— Нет, карточку мы потом в регистратуру передадим. Мне надо еще анамнез написать.

— Что написать? — не понял Александр Петрович.

— Да вы не обращайте внимания, — рассмеялся врач. — В следующий раз, когда придете, возьмете ее в регистратуре.

— А потом к вам? — спросил Александр Петрович.

— Конечно, ко мне и только ко мне, — улыбался врач. — Как только результаты анализов будут готовы, сразу ко мне. Будем дальше заниматься вашим здоровьем.

— Хорошо доктор, — сказал старик, поворачиваясь к двери. — Тогда я могу идти?

— Подождите еще минутку, — остановил его врач. — Присядьте пока, — указал он на стул. — Я вам направление на анализы выпишу.

— Ах, вот оно еще что, — пробормотал Александр Петрович, присаживаясь на край стула.

— Да это не долго. Минута и вы свободны.

— Ну, вот, — мгновение спустя врач протянул старику листочек. — С этим в лабораторию на первом этаже. Только анализы захватить не забудьте.

— Спасибо, доктор, — сказал Александр Петрович, забирая из рук врача направление. — Теперь я могу идти?

— Теперь можете, — отозвался тот. — Только не забудьте, как только получите на руки результаты анализом, сразу ко мне.

— Хорошо, хорошо, — сказал Александр Петрович, выходя в коридор. — Не забуду.

Покинув кабинет доктора, старик спустился на первый этаж, забрал одежду из гардероба и вышел на улицу. Снег продолжал кружиться в воздухе. Мороз, словно забияка, щипал за нос и уши. Александр Петрович натянул шапку на голову и двинулся к остановке.

— Не все так страшно, как казалось, — подумал Александр Петрович. — Только хлопотно это все. Анализы неси, результаты жди, снова к врачу иди, а потом еще куда-то обязательно направят. Врачи любят это дело. Да только толку с их направлений, как с Шарика молока, — старик улыбнулся, вспомнив о собаке. — Когда-то думал, что