Поединок. Эндшпиль - Виктор Державин

Всё это можно было сделать совсем по-другому или вообще не делать и не создавать лишних рисков, особенно в бумажной части вопроса. Но я считал по-другому, серьёзно к этому относился, и именно для меня всё это было принципиальным.

Нино едва слышно прочла этот текст.

Зашли в ресторанчик. Заказал виски. Первым делом Нино расписалась в нескольких бумагах, и я их аккуратно убрал.

Как только принесли виски, налил в стаканы примерно по сто пятьдесят граммов.

— Что ты делаешь? — воскликнула Нино.

— Так положено сама знаешь где. Правда, туда надо опустить звёздочки, но обойдёмся без этого.

— Но я…

— Это традиция. До дна.

— Спасибо тебе, Витя, за всё.

Нино резко опрокинула стакан. Едва не задохнулась, но справилась всё-таки.

Прямо, смело, нарочито посмотрела мне в глаза.

Закусила оливками, а потом несколькими тонко нарезанными ломтиками ростбифа.

— Ты не жалеешь? — спросил я её.

— Нисколько! Помнишь, как мы ещё чуть больше десяти лет назад издевались над словом «идейная»?

— Конечно. Типа сумасшедшая комсомолка или коммунистка.

— Именно. А сейчас я уже по-другому думаю. Идейного не купишь, не перекупишь. Идейным не нужны богатства. Им нужны деньги, но только чтобы прожить. И заставить идейного невозможно. Идейный, как герой повести Джека Лондона «Мексиканец», всегда найдёт возможность победить. Я горжусь тем, кем стала. Мне нравится моя профессия. Я о такой даже и не мечтала. Ты даже не можешь себе представить, как мне всё нравится. В этой профессии я самая настоящая идейная, как те дуры из парткома.

— Отлично сказала. Сам об этом думаю. Но мне моя нынешняя профессия не нравится. Я пришёл в неё, скорее, под давлением обстоятельств, и мне сложно. Я мечтал совсем о другой карьере.

— А я обожаю перевоплощаться. Обожаю играть с людьми. Обожаю добиваться своего! То, чем я занимаюсь, было бы лучше, чем театр, если бы были зрители. Как мне их не хватает!

— Я твой зритель, иногда в зрительный зал заходит Вильте, и Родина смотрит на твоё творчество.

— Мне не хватает оваций, цветов, афиш, поклонников и признания. Как я об этом мечтала!

Я кивком головы подозвал официанта и на ухо ему объяснил, какие три букета цветов принести.

— Нино, ты стала сама знаешь кем — это признание. Признание многих миллионов человек. Не исключено, что за наши с тобой дела Родина нас отметит как-нибудь государственными наградами. Это будет овация миллионов. Давай-ка выпьем.

Как только мы закусили, пришёл официант и положил букеты на соседний столик.

— Нино, это тебе от твоего верного поклонника, самого преданного зрителя твоего театра — от меня. За твой талант! Ты лучшая в мире актриса!

Вручил ей самый красивый букет — композицию из разных цветов.

— Этот букет от имени многих миллионов зрителей, которые нас не видят, но знают, что мы есть. Я хочу, чтобы он символизировал для тебя миллион алых роз.

Вручил второй букет из ста одной алой розы.

— А это букет от нашей фирмы.

Вручил ей скромный букет из пяти красных гвоздик.

— Я потрясена, — промолвила Нино.

— Пойдём на воздух.

Мы спустились к прибою.

Я достал листик с рисунками эмблем ГРУ Генштаба и Главного оперативного управления Генштаба.

— Как видишь, знак ГРУ скромный и аскетичный, состоит из красных гвоздик. Это символично, так как малая эмблема нашей с тобой фирмы состоит из изображения серебряной трёхпламенной гренады (а это исторический знак гренадёров — наиболее подготовленных военнослужащих элитных подразделений) на стилизованном цветке красной пятилепестковой гвоздики, лепестки которой имеют по пять зубцов и окаймлены серебряным кантом. Красная гвоздика — это символ стойкости, преданности, непреклонности и решимости в достижении поставленных целей.

Мне нравится этот скромный, аскетичный, лаконичный знак (эмблема), он точно передаёт суть военной разведки.

— Смотри, как выглядит знак (эмблема) нашего основного заказчика, Главного оперативного управления Генштаба.

— Шестопер — это символ военного верховенства и руководства, свиток карты с изображением синей и красной стрел — основные функции Главного оперативного управления в части планирования применения Вооружённых Сил Российской Федерации и оперативного управления войсками (силами) в военное время. Хочу, чтобы ты хорошо понимала, кто пользуется той информацией, которую мы с тобой достаём, и кто требует от нашей фирмы тематику. Позднее мы с тобой изучим структуру нашего Генштаба и министерства — это необходимо, для того чтобы у тебя в голове всё сложилось. Мне важно, чтобы ты понимала, а не просто делала, что я тебе говорю.

Листик с рисунками сжёг.

Мой замысел выглядит со стороны несколько пафосно, но символично, особенно с учётом творческой натуры моей подчинённой. Для такой натуры всё, что я проделал, — вовсе не фанфары виртуальные и не «брызги шампанского». Она пришла в военную разведку по призванию, по зову сердца и души. Вроде бы…

Сложно это понять? Очень.

Но надо уважать своих подчинённых, учитывать их особенности и использовать их (в этом нет ничего плохого). Для неё это роль в большом театре, очень большом и самом важном. В театре, в котором служат, а не просто поют. Как она мне говорила? Говорила, что она не была танцовщицей за деньги, что для неё театр — это призвание, служба. Сегодня она по-настоящему выведена мною на сцену. Теперь как штатная прима-балерина уже на самой настоящей службе. Я всячески подводил её к мысли о том, что она уже на главной сцене этого театра, уже по дороге к главной роли в одной из центральных постановок этого великого театра. Но я не произнёс таких слов. Специально это сделал. Рекомендации наших спецов говорили о том, что с такими людьми не надо этого делать, нужно обязательно оставлять немного для их развитого воображения. И относиться к этому их воображению нужно с уважением, учитывать его.

Выдержал паузу. Она была нужна для того, чтобы воображение Нино смогло дорисовать эту картину и зафиксировать её, а мне нужно было оставить в её сознании очень яркий и прекрасный отпечаток. Желательно навечно. Отпечаток, который у любого формирует такое чувство, как чувство долга перед Родиной. Получение пресловутых «золотых» погон офицера — это один из таких моментов, далеко не единственный, но самый торжественный.

В этот момент я представил себя Драматургом или, точнее, одним из Драматургов в одной из постановок этого очень Большого, Великого,