Поединок. Эндшпиль - Виктор Державин

— Вот сейчас совсем успокоили.

— В ресторан не возвращайся, сразу садись в машину и поезжай. С богом, Виктор! С богом, родной! О родителях не думай. Любой вопрос. Любой! Только скажи, и всё решим. С богом!

Вернулся в Тихуану, а через час я уже был в США, в Сан-Диего. При пересечении границы к гражданину США вообще нет вопросов.

Прошёлся по Сан-Диего. Отличный город. Выбрал гостиницу и иду в ресторан. Присмотрюсь.

Попутно провёл эксперимент. Сначала заглянул в одну гостиницу и сказал, что мне не нужно оформление, — получил отказ. Но во второй гостинице мне это обошлось в двадцать долларов сверху. Отмечаем и этот момент. В той гостинице я разговаривал с белыми, а здесь с эквадорцами, как они сами сказали, и с ними мне понравилось иметь дела.

Утром у рецепции гостиницы меня поджидал местный полицейский — явно выходец из Латинской Америки.

Познакомились. Показал права.

— Почему вы не захотели показать документы в этой гостинице?

— Я намеревался привести сюда любовницу. У меня была назначена встреча с ней и сорвалась, к сожалению.

— Чего вы опасались, сэр? Вы добропорядочный гражданин.

— Жены. Она у меня настоящий шпион. Самый настоящий!

Чудодейственная сила правды.

Полицейский рассмеялся и отдал мне документы, успел проверить мои данные по небольшому планшету.

Ничего страшного. Это учения. Но в боевой обстановке это начало пути на погибель, во глубину американских руд.

Ошибочка вышла. Вывод, что с латиносами можно иметь дела, был слишком преждевременным, товарищ подполковник. Боевая учёба. Вспомнил лозунг на полигоне под Лугой: «Поле — академия курсанта». Чистая правда.

Из Лос-Анджелеса возвращаюсь в обратном порядке с короткой остановкой в Питтсбурге с целью внимательного изучения возможных изменений в снятой квартире.

Всё прошло нормально.

Я отработал вариант эвакуации, о котором никто не знает. Даже если где-то в ГРУ есть предатель, он мне не страшен. То, что знаю только я, — знаю только я.

Самое главное в случае провала — это вовремя понять этот самый провал и успеть среагировать. Достаточно небольшой форы, хотя бы десяти минут, и я оторвусь, уйду, обману. Дети… Но ничего не поделаешь. Будет время их забрать — заберём, и я постараюсь уйти с ними. Не будет времени — бежать самому. Потом буду думать, как с детьми решать. В конце концов, из тюрьмы я им вообще ничем и никогда помочь не смогу. Бр-р-р. Страшно…

Изначально мы с Вильте планировали, что она отработает свой вариант эвакуации и тоже не сообщит мне какие-либо детали. В этом случае даже пытки бесполезны, ведь я действительно ничего не знаю.

Когда вернулся домой и в общих чертах рассказал ей о своих подходах к организации дела, Вильте мне заявила, что не будет отрабатывать свой вариант, а лишь проследует как-то по моему маршруту и тоже его изучит.

Это просто не лень. Она поняла, что некоторые действия ей будет тяжело совершать. А ещё… А ещё она сказала, что ей иногда хочется просто положиться на своего мужа. Я тогда простил ей эту слабость и не придал большого значения.

Глава 2

Сегодня у нас с Нино «служебное совещание». Встречаемся в небольшом дорогом ресторанчике на променаде. Но сначала спускаемся по небольшой лестнице на пляж.

Очень холодно, ветер, но безопасно.

— Нино, есть формальность, которую надо будет в кафе решить молча.

— Какая?

— Нино, от имени Российской Федерации поздравляю тебя со вступлением в гражданство России! Паспорт изготовлен и ждёт тебя на Родине.

— Ура-а-а-а!!! — еле слышно и немного шутливо произнесла Нино.

— Кстати, и мне сообщили, что теперь у меня есть паспорт моей страны, и он тоже хранится там, где надо.

— У тебя не было паспорта?

— У офицеров его никогда и не было, достаточно было удостоверения личности офицера. Сейчас выписали.

— Здорово вообще-то!

— Здорово. Есть и вторая новость.

— Какая?

— Приказом министра обороны Российской Федерации тебе присвоено первое офицерское звание — младший лейтенант. Теперь ты офицер Вооружённых Сил Российской Федерации. Номер приказа и дату не помню, но ты её увидишь в бумаге, когда будешь расписываться за доведение приказа.

— Бумаге?

— Теперь ты в армии, и придётся познакомиться с военной бюрократией. Тот рапорт, что ты писала под мою диктовку о добровольном вступлении в состав Вооружённых Сил и принятии тебя на службу по контракту, попросили переписать. Он не по форме. Надо было писать рапорт о заключении контракта, ну заодно и остальное там подписать, несколько бумажек, а не в одной всё лепить. И про военную присягу отдельная бумага есть.

Нино не выдержала и в голос от души засмеялась.

— Подпишешь там несколько бумаг, теперь уже по их форме. Просто подпишешь. Так положено для порядка. Я заверю. Имею такое право.

— Ты что, нотариус?

— У нас командир воинской части имеет много полномочий нотариуса, в том числе скорбных. Но не будем об этом. Я пользуюсь правами командира воинской части.

— И что у нас за воинская часть такая? Сколько человек?

— Сколько? Сколько! Двое нас. Я и командир, и начальник штаба, и начальник разведки, и много ещё кто, а ты разведчик в стратегической военной нелегальной разведке. На самом деле нет никакой воинской части, но меня наделили этими правами.

— Поняла. А у нас всем министр обороны воинские звания присваивает?

— Нет, конечно. Министр присваивает только первое офицерское звание и полковника. Несмотря на то что ты теперь младший лейтенант, ты офицер, самый настоящий. То есть никто, кроме министра, не имеет права произвести в офицеры.

— А ты из училища своего тоже младшим лейтенантом вышел?

— Не вышел, а выпустился. Нет. Из высшего военного училища выпускаются лейтенантами. Не переживай, несмотря на то что ты младший лейтенант, должность у тебя старшего лейтенанта, то есть приравнивается к должности командира взвода, лётчика самолёта и так далее.

— А что это значит?

— Это значит, что, находясь на этой должности, при добросовестной и безупречной службе ты через два года станешь лейтенантом, а ещё через два года — старшим лейтенантом. А вот капитана тебе на этой должности не присвоят. Для этого надо занять капитанскую должность, то есть равную в войсках должности командира роты, а на флоте равную командиру корабля четвёртого ранга. Ты теперь офицер Военно-Морского Флота, потому что содержать твою должность будут за счёт общей численности офицеров Военно-Морского Флота, то есть числиться ты будешь в одном из номерных разведцентров, подчинённых разведывательному управлению ВМФ. Но твои документы — все, абсолютно все — будут храниться в сейфе