К теплым морям. Том второй - Sgtmadcat

Судьи, судя по лицам, ни слова на ислас не поняли, но Марио вежливо поклонился, выглядел представительно, говорил уважительным тоном, и почтенным старцам это льстило. Тем более, что сидеть на жаре и смотреть на вялые пируэты двух торговцев, которые уже сильно жалели, что вынесли свои дрязги на арену, было невыносимо скучно. Предыдущих поединщиков, к их облегчению, выставили вон, после чего жестом показали, что можно начинать.

Кто-то сверху кинул Омару саблю. Старпом взял его на заметку и жестом приказал Уру, прикрывавшему их с крыш, проследить. Зрители загалдели делая ставки — этот бой обещал быть интересным.

Сходится противники начали плавно, внимательно следя за движениями друг друга и остановились в трех шагах. Качнувшись сперва влево, потом вправо Омар попытался спровоцировать Марио, но тот не шелохнулся. Только кончик его шпаги, как стрелка компаса, двигался все время нацеленный противнику в лицо. Решив продолжить провокацию, Омар отвел саблю в сторону и хотел поманить оппонента, попутно выкрикивая насмешки, но едва успел парировать стремительный выпад. Отскочив он ощупал щеку, на которой кончик шпаги оставил длинный порез и посмотрел на Марио, который с презрительной усмешкой делал то, что не позволил сделать ему — зажав дагу тремя пальцами, оставшимися двумя манил его под хохот публики. Зарычав, уязвленный Омар кинулся в атаку. Зрители взвыли от восторга — противники стальными вихрями сталкивались со звоном мелькавших как крылья стрекозы клинков, расходились и снова шли в атаку.

Сперва казалось, что преимущество на стороне Омара — он постоянно давил заставляя Марио отступать и пятится, но быстро выдохся преследуя более легкого и подвижного противника, который ловко ускользал от всех попыток загнать в угол. Так что, уже Омар начал отступать сам, надеясь набрать дистанцию и перевести дух, однако Марио не собирался позволять ему это сделать и перешел в контратаку, быстро прижав его к краю арены.

Видя, что положение становится угрожающим Омар метнул в Марио кинжал и перехватив саблю двумя руками принялся ожесточенно рубить целясь в клинок шпаги. Расчет был ясен — шпага бы не выдержала мощного сабельного удара и переломилась, оставляя противника с короткой дагой, однако Марио, изящным движением, каждый раз убирал оружие из под удара и снова возвращал его на прежнее место, а после третьего взмаха сделал выпад нанося укол в плечо. Выронив саблю Омар затравленно озираясь прижался к стене.

— Вы понимаете ислас? — осведомился Марио, — Я предлагаю вам сдаться…

— Что? Духу не хватает меня прикончить?

— Нет. Думаю, что для мясника вроде вас, милосердие будет хуже чем смерть.

— Хочешь показать, что ты лучше меня еще и в этом?

— Почему нет? Не вижу ничего зазорного в том, чтобы превзойти кого-то в благородстве.

— Радуйся пока можешь… Сейчас ты победил, но я тебя запомнил…

— Надеюсь хорошо запомнили, ибо при следующей встрече я намерен снова одержать верх…

Марио, отсалютовав шпагой сперва Омару, потом судьям и зрителям, развернулся, переворачивая клинок чтобы вложить его в ножны… Омар, выхватив неповрежденной рукой короткий нож спрятанный в поясе, взмахнул им бросаясь вперед…

Промахнувшись острием шпаги мимо ножен, Марио, не оборачиваясь, сделал шаг в сторону и выставил клинок назад. Зрители взорвались овациями, от которых площадь заходила ходуном. Мало того, что бой получился красивым, так еще и такой драматичный финал: милосердие, подлый удар в спину и немедленное возмездие! Обернувшись, Марио уперся ногой в грудь упавшего на колени и хрипящего Омара, выдернул шпагу, которая застряла в ребрах, достал белоснежный платок, вытер оружие и швырнул его на лицо поверженного противника вызвав новый взрыв восторженных воплей.

— Пижон… — прокомментировал увиденное Капитан, — Но дерется красиво… Я смотрю вы подготовились?

— Разумеется… — пожал плечами Старпом.

— А меня предупредить, что мне надо за спиной следить?

— Ты думай о Фаввазе. Твою спину мы берем на себя.

— Спасибо, конечно, но… Ладно… Молодцы — так держать…

Капитан хотел сказать, что его все равно стоит ставить в известность, но передумал. Вся эта суета уже изрядно утомила. Сев на каменную скамью он подпер голову кулаком уставившись в никуда. Лицо его выражало безмятежное спокойствие человека, который отбросил все тревоги и размышления, оставив только непоколебимую готовность здесь и сейчас сделать то, что делать не хочется, но надо.

* * *

— Я тебе говорил не подходить ко мне на людях?! — Тиран раздраженно обернулся на Фавваза, который ворвался в его ложу на Площади Поединков, — Что если нас увидят вместе?

— Плевать! Эти псы перешли все границы!

— Что опять?

— Их ручной гуль обоссал мне всю обувь!

— И ты из-за этого сюда вломился!? Совсем с головой не дружишь?

— Но он пробрался ко мне в дом! Это карается!

— Ишак! Что я должен сказать суду старейшин? Что я предъявлю им в качестве доказательств? Твои обоссаные туфли? Или ты думаешь, что сможешь таким образом избежать поединка? Так я тебе скажу, что нет. Тебя не ограбили — тебя просто оскорбили. Наказание за это то же: поединок. Или ты думаешь, что у тебя будет больше шансов в драке с гулем? Уверяю — нет. Кстати — твой план с Омаром провалился. Пока ты оплакивал свою обувь, их фессалиец пинком выкинул его на арену и прирезал.

— Что?!

— Ты слышал. Все твои планы проваливаются один за другим. Поэтому прекрати думать сам и дай думать мне.

— Мне не нужно чтобы ты за меня думал!

— Серьезно? Когда ты исполнял мои приказы, все было отлично. Но стоило тебе начать самому заключать союзы и сделки, как все посыпалось.

— Ты хочешь сказать, что я глупец?!

— Да… — кивнул Аль Аргез, и равнодушно посмотрел в перекошенную от злости рожу Фавваза, — Поэтому мне приходится думать за двоих. А теперь пошел вон и постарайся сделать так, чтобы тебя никто не видел…

Фавваз, ругаясь под нос, удалился. Аль Аргез бросил быстрый взгляд по сторонам и увидел, что из противоположной ложи им радостно машет Дахр.

— Проклятье…

— Нижайше прошу прощения, за то что смею давать вам совет… — стоявший рядом Думал низко поклонился, — Но мне кажется, что Фавваз начал искать самостоятельности от вас.

— Ты так думаешь?

— Это всего лишь мое скромное мнение…

— Продолжай…

— Это очень плохой знак. Он тяготится тем, что находится в вашей тени и, вместо благодарности, испытывает лишь ревность. Это, господин, всего лишь вопрос времени. И вы знаете, что за этим последует.

— Думаешь он меня предаст? Пусть попробует — сделает себе только хуже.

— Без сомнения, господин… Без сомнения… Но, это может отвлечь вас в ненужный момент. Ваши враги