Голос бездны - Андрей Ветер

Лариса прижалась губами к рту племянника.

– Пойдём…

Но их остановил пронзительный звонок домофона.

– Кто там? – Лариса никого не ждала.

– Лариса, это Сергей.

Тем более она не ждала Лисицына. Она не встречалась с ним после того вечера, когда он зашёл и сказал, что видел её машину возле горящего бомжа. Она заверила его, что он ошибся. Больше он не появлялся. Больше она не хотела видеть его. И вот он пришёл. Пришёл совсем некстати.

– Если я помешал, я загляну позже, – послышался его голос.

– Нет, всё нормально, – она нажала на кнопку и открыла дверь в подъезде.

Она повернулась к Денису:

– Я думаю, что Сергей к нам ненадолго.

– Кто такой Сергей?

– Журналист.

– Правда журналист? – заинтересовался мальчик и пошёл к двери. – Я бы хотел познакомиться с журналистом.

Лисицын остановился, увидев перед собой мальчика.

– Ты, должно быть, Денис? – он протянул руку.

– А вас звать Сергеем, – мальчик серьёзно пожал руку. – Лара сказала, что вы – журналист.

– Она тебя не обманула, – Лисицын снял куртку и посмотрел на хозяйку. – А ты сказала, что я хороший журналист?

– Не успела, – она улыбнулась весьма естественно, но Сергей заметил некоторую натянутость. Не укрылось от его глаз и то, что женщина пыталась незаметно оправить свою одежду.

– Хочешь кофе? – она прошла мимо него на кухню.

– Не откажусь.

Лисицын взглянул на Дениса, и понял, что поговорить с Ларисой так, как ему хотелось, не получится. При мальчике нельзя было даже намекать на то, о чём Сергей догадывался. Придётся зайти в другой раз. Но на другой раз откладывать было нельзя. Другой раз был непозволительной роскошью. Лариса вполне могла свихнуться окончательно, если ещё не свихнулась.

– Значит, вы хороший журналист? – спросил Денис, его щёки пылали.

– Хороший. Но не в том смысле, что я положительный, а в смысле «профессионал».

– Я бы хотел стать журналистом. Мне кажется, что у меня получится.

– Попробуй. Дело не такое уж хитрое, как представляется многим, но далеко не такое простое, как о нём судят дилетанты…

Сергей вернулся на кухню.

– Денис, ты позволишь мне перемолвиться с твоей тётей несколькими словами?

– Пожалуйста. Я подслушивать не имею привычки.

– Спасибо.

Лисицын прошёл на кухню. Там стоял густой запах кофе.

– Вкусно, – сказал он.

– Это только запах, – улыбнулась она, посмотрев через плечо. – Ты ехал мимо?

– Нет, я ехал к тебе.

– Я же просила тебя не приходить больше ко мне. Больше никакого секса…

– Я совсем по другому делу, – он покрутил пальцами лежавшую на столе чайную ложечку.

– Что же тебя привело?

– Бомжи, – он внимательно следил за Ларисой.

– Бомжи? – она удивилась вполне искренне.

– Бомж, облитый бензином, и бомж, убитый вчера вечером в Зачатьевском переулке.

Лариса повернулась к Сергею и холодно посмотрела ему в глаза.

– Ты говоришь о чём-то совершенно мне непонятном.

– Лариса, я видел твою фотографию, когда ты смотрела на пожар. Мне рассказывали, как ты взирала на взрыв, на разорванных людей. Я видел тебя почти в упор, когда ты уезжала с пустыря, где сгорел бомж. Всё это могло быть случайными совпадениями. Ты везде могла оказаться случайно.

– Я везде оказалась случайно.

– Но последние несколько дней ты встречалась с местными бродягами и договаривалась с ними о том, чтобы они убили для тебя кого-нибудь.

– Бред! – Выражение её лица было холодным, почти безучастным.

– Ты слишком любишь зрелища, я помню как ты расспрашивала меня о Пляске Солнца.

– Это когда индейцы рвут себе кожу на груди? – Лариса прищурилась. – Ты красиво рассказывал, ты вообще умеешь увлекать всякими историями…

– Не уводи меня в сторону… Ты сама говорила, что тебе нужны острые впечатления. Послушай, я хочу тебе помочь. Я не могу позволить тебе погибнуть по глупости. Ты понимаешь меня? Я хочу тебе помочь. Но для этого ты должна рассказать мне всё, ничего не скрывая.

– Что я должна рассказать?

– Например, как ты заказала бомжам убийство, чтобы немного притупить свой голод, свою жажду.

– Ты говоришь полную ерунду. – Её голос был спокоен.

– Я был вчера там. Я видел, как тебя повели туда. Я видел убитого парня. Скажи, зачем ты ходила туда? Ты хотела посмотреть, как его убьют?

– Ты говоришь ерунду. Ты сам спятил, Сергей, – она поставила на стол кофе. – Думаю, что я не приглашу тебя к столу. Мне было бы неприятно сидеть рядом с тобой после того, как ты высказал мне столько гадостей.

– Лариса, – Сергей понизил голос почти до шёпота, – я всё про тебя знаю. Ты больна, тяжело больна. Я хочу помочь тебе. Ты кубарем катишься вниз. Я не знаю, какие у тебя отношения с мальчиком, но я видел, как он тебя обнимает. Я не имею ничего против того, что ты спишь с племянником. Пусть так, в конце концов бывает настоящая любовь, и ей плевать на общественную мораль. Но у тебя расстроена психика. Ты способна на неадекватные поступки. Я не удивлюсь, если ты вдруг признаешься, что отец мальчика погиб от твоей руки или по твоему заказу.

– Бред. В ту ночь ты был у меня.

– Всё могло произойти раньше. Это детали. Я говорю о другом, я говорю о тебе. Послушай, посмотри мне в глаза. Я хочу помочь тебе. Я не собираюсь звонить в милицию.

– Бред, – она повторяла это слово с одной и той же интонацией и ни разу не повысила голос, ни разу не возмутилась.

– У меня нет сейчас никаких доказательств, Ларис, но я уверен в том, что ты больна. Я чувствую это, сердцем чувствую, потрохами. И я знаю, что твоя болезнь не позволит тебе сидеть долго сложа руки. Скоро ты захочешь новых эмоций и пойдёшь на новые преступления. Я не могу допустить этого. И вот что я скажу тебе: я буду караулить тебя, я буду всё время где-то рядом, и я схвачу тебя за руку. Это будет доказательством моей правоты. Но если я не успею остановить тебя, то тебя не остановит уже никто. И ты пропадёшь, ты погибнешь. Твоё безумие тебя сожрёт.

– Ты говоришь полную чушь, Сергей.

Она взяла его за локоть и провела к двери.

– Ступай. Ты сказал всё, что хотел.

Он ухмыльнулся, глядя на её спокойное лицо, и вышел.

Лариса вернулась на кухню. В следующую секунду рядом вырос Денис.

– Почему он ушёл так скоро?

– Я попросила его уйти.