Искра божья - Елена Глазырина

Брат уже где-то успел сменить парадное церковное облачение на удобный серый дублет и неприметные бриджи.

— Сам разберусь! — юноша мгновенно ощерился, перестав улыбаться.

— Идём, время поджимает. Нам надо всё успеть до смены караула в старом замке, — викарий бросил в брата холщовый мешок, лязгнувший металлом, и поманил за собой.

К удивлению Джулиано, Лукка повёл его не через ворота, выходящие на улицу, а куда-то в недостроенный флигель левого крыла. Оглядевшись по сторонам, брат снял с шеи серебряную цепочку с неприметным ключом и отпер свежеструганную сосновую дверь. Пока Джулиано осматривался, Лукка забрал из мешка потайной фонарь и огниво. Трепещущее пламя восковой свечи вскоре озарило голые сводчатые стены, пустые оконные проёмы и каменные перекрытия новенького флигеля.

— Чего мы тут забыли? — удивился младший де Грассо.

— Хочу проверить одну старую легенду об императоре Адриане, — Лукка прикрыл фонарь заслонкой, оставив лишь узкую щёлочку света, едва прорезавшую тьму, и направился вглубь анфилады полых комнат.

— Папа хранит здесь свой архив? — полюбопытствовал Джулиано, высоко задрав кучерявую голову.

— Хив-ив, — повторило за ним слабое эхо.

— Лучше, — викарий лукаво потёр ямочку на подбородке, — здесь начинается подземный ход в старый Папский замок. Он вырыт под ложем Тибра и выведет нас прямиком к библиотечной башне, в которой почивают мощи покойного императора.

— Я бы предпочёл обойти эту дыру поверху, — неуверенно пробормотал Джулиано, оглядывая широкую лестницу из желтоватого туфа, уходящую во мрак строительных лесов.

— Так надёжнее — нас никто не увидит, — отозвался Лукка уже спускающийся вниз.

— Ненавижу дьяболловы подземелья, — тихо проворчал Джулиано, догоняя брата.

Пологие мраморные ступеньки, накрытые деревянными сходнями, быстро закончились прямым сухим коридором с пустыми нишами по обеим сторонам, забитыми свежей доской. Проход в нескольких местах перегораживали стопки каменных пилястр, увенчанных головами фениксов. В полутьме спешившие братья то и дело запинались об инструменты и осколки туфа, оставленные в беспорядке торопившимися на гуляния каменщиками.

Вскоре коридор вывел к другой лестнице, ведущей наверх. Де Грассо легко взбежали по широким ступеням к крепкой, окованной блестящим железом двери. Лукка приложил палец к губам и, приникнув ухом к замочной скважине, прислушался.

Тихо щёлкнул ключ.

Дверь распахнулась без скрипа, впуская братьев в мрачную, пахнущую затхлостью и пылью галерею старого замка. Лукка снова замер, вслушиваясь в приглушённые, едва долетавшие с верхних ярусов невнятные голоса.

— Кажется, нам наверх, — прошептал Джулиано, склоняясь к брату, — если мне не изменяет память, дверь в библиотеку находится на втором этаже.

Лукка согласно кивнул и скорым бесшумным шагом направился к очередной лестнице.

Примерно через четверть часа братья благополучно миновали пустые галереи и переходы древней крепости, памятные Джулиано по его знакомству с Селестией Боргезе. Дверь с массивным бронзовым кольцом и замочной скважиной в виде совы оказалась не заперта. Оглушительно скрипнув, она медленно открылась, пропуская де Грассо в папское книгохранилище. Лукка поправил свечу в фонаре и уверенно спустился в самый низ башни.

Восемь колонн с листами аканфа в капителях, потемневшие от времени фрески с позолотой, окованные бронзой сундуки, ряды подсвечников и порфировый рельеф с головой императора в лавровом венке — всё находилось на тех же местах, что и при первом посещении усыпальницы Джулиано. Лукка быстрым шагом пересёк комнату и, откинув створку фонаря, присел на корточки рядом с багряным мраморным профилем Адриана.

— Как живой! — сообщил довольный викарий, не спеша простукивая порфировую крышку надгробия костяшками пальцев левой руки. — Дай-ка мне железную ворону[157] и подержи фонарь.

Джулиано послушно отошёл в сторону и привалился к серому мрамору древней колонны, с любопытством наблюдая за деловитым копошением брата вокруг каменной плиты.

— Надеюсь, папские гвардейцы уже достаточно подгуляли, чтобы не обращать внимания на подозрительный грохот у себя в подвале, — с усмешкой заметил он, когда очередной кусок раствора, скрепляющего плиту и кладку погребальной ниши, шумно обрушился на пол.

— Будь готов убить любого, кто спустится сюда следом за нами, — негромко сказал Лукка, откладывая в сторону очередной обломок.

Джулиано коснулся рукояти меча, проверяя, легко ли он выходит из ножен:

— Что ты хочешь найти в этой могиле?

— Доказательства, — Лукка вытер вспотевший лоб рукавом серого дублета.

— Ты научился допрашивать мертвецов? — Джулиано скептически хмыкнул.

— Меня вполне устроит отсутствие скелета в захоронении.

— А если ты его найдёшь?

— Посмотрим, — проворчал Лукка, забирая у брата фонарь и просовывая его в образовавшийся пролом. — Хм, кто-то там всё же есть. Помоги. Мне одному не сдвинуть эту тяжесть.

Совместными усилиями братьям удалось совладать с неподъёмным порфировым надгробьем, перекрывавшим вход в камеру с мощами великого императора. В пыльном, затянутом паутиной каменном ящике обнаружились серые от времени кости, накрытые тёмно-алым шёлком, местами рассыпавшимся от времени, старый ржавый меч, золотой венок на оскаленном черепе, скипетр с орлом и россыпь драгоценных колец.

— Зря мучились, — разочарованно заключил Джулиано, сплёвывая вековую пыль, осевшую на губах.

— Не скажи, — викарий поднёс ветхий черепок к глазам и неожиданно широко улыбнулся, — этот череп совершенно точно не принадлежал императору Адриану.

— Уверен? Он сам тебе нашептал? Венец есть, жезл на месте — какие тебе ещё нужны доказательства?

— Череп женский, — сообщил Лукка, перекидывая костяк из одной руки в другую, — посмотри, какая изящная нижняя челюсть. Надбровные дуги почти полностью отсутствуют, и в целом он мелковат для сорокалетнего мужчины.

— Откуда такие познания? — удивился Джулиано, недоверчиво разглядывая бренные останки в подрагивающем пламени свечи.

— Сеньор Рафаэлло был весьма любезен. Он щедро поделился со мной недавними изысканиями в области человеческой анатомии.

— Это ещё ничего не значит, кости могли заменить давным-давно…

— Ага, грязные ублюдки! Вот вы и попались! Нечего было шуметь в библиотеке! — чей-то дребезжащий голос, раздавшийся от входа, заставил вздрогнуть обоих мародёров. — Бросайте награбленное и идите ко мне с поднятыми руками. Да так, чтобы я их видел!

Кричавшим оказался маленький сутулый человечек в бурой мантии с большими заплатками на локтях, застиранном ночном колпаке, свисавшем ему на костлявую грудь, и мягких стоптанных туфлях. Прищурившись, он целился в братьев из тяжёлого старинного арбалета, заряженного ржавым болтом. Старик то и дело облизывал растрескавшиеся бледные губы и громко шмыгал мясистым сизым носом, на котором поблёскивали толстые хрустальные линзы в роговой оправе.

Братья перекинулись короткими взглядами. Лукка едва заметно кивнул в сторону выхода и медленно наклонился, чтобы положить череп в разорённую могилу.

— Мы ничего не взяли, сеньор, — попытался оправдаться Джулиано, потихоньку сдвигаясь с линии обстрела за ближайшую гору сундуков, — и даже не собирались.

— Так я тебе и поверил. Ищи дурака, — проворчал человечек, беспокойно водя арбалетом из стороны в сторону.

Лукка плавно