Нити судьбы - Сергей Шхиян

— Сейчас пообедаем и уйдем, — сказал я, не давая ему открыть рта.

Он ничего не ответил и, выдержав паузу, будто не услышал того, что я сказал, передал приглашение хозяев присутствовать сегодня вечером на званном ужине.

Было похоже на то, что недавний конфликт сошел нам с рук без последствий. Однако ни на какие приемы я идти не собирался, уже по той причине, что не хотел выглядеть ярмарочным медведем.

— Передайте, своим господам нашу благодарность, но, к сожалению, у нас на этот вечер другие планы.

— Чего ему нужно? — поинтересовалась Марфа, на которую белые чулки управляющего почему-то производили завораживающее впечатление.

Я для нее перевел хозяйское приглашения и объяснил, почему отказался. Не знаю, каким образом, но мажордом меня понял.

— Если вас смущает одежда, — сказал он, — то могу вас уверить, прием будет для узкого круга лиц и можно прийти запросто. Вполне достаточно обычного смокинга.

— Ты что! Издеваешься?! — воскликнул я. — Какой смокинг! У меня нет ничего кроме этого старого камзола, в котором не пойдешь даже на рыбалку, всю рыбу распугаешь!

Управляющий искренне удивился:

— Если вы пожелаете, то новая одежда будет готова через час. Я тотчас же пришлю портного.

Теперь удивился я:

— Что значит, новая? Перешьют чью-то старую? Спасибо, но чужих обносков нам не нужно.

Мажордом озабоченно нахмурил лоб, потом что-то понял и объяснил:

— Вы, наверное, долго жили в провинции потому, не в курсе дела, у нас тут в имении есть свой мастер, которому можно заказать любое платье. Одежду шьют автоматы по заданной программе. Для этого нужно знать только размер и выбрать фасон…

— Мне нужно новое платье и белье! — вмешалась в разговор Марфа на вполне современном русском языке.

Управляющий поклонился, а я посмотрел на девушку примерно так же, как Электра недавно смотрела на говорящего Полкана.

— Тогда позвольте сейчас же прислать портного, — сказал он, будто вопрос о нашем присутствии на приеме уже решился.

— Ладно, присылайте, — вынуждено согласился я.

— Ты откуда знаешь, такие слова? — лишь только за мажордомом закрылась дверь, спросил я Марфу.

— Какие еще слова? — не поняла она.

— Ты только что сказала, что тебе нужно новое платье и белье!

— А что я должна ходить как черница? Сам посмотри, во что они здесь одеваются! Та же Электорка! Им, значит, все можно, а мне вообще ничего нельзя?!

— Во-первых, не Электорка, а Электра, ты её ещё электричкой назови, а во-вторых…

В этот момент я вспомнил, как булгаковский Воланд общался с москвичками во время сеанса белой и черной магии и решил провести эксперимент:

— А тебе какие духи больше всего нравятся?

— Духи? — переспросила Марфа. — Ну, не знаю, — она задумалась, — пожалуй, «Кристиан Диор», ну, а если проще, «Шанель».

Что тут можно было сказать? Первый день в новом времени Марфа прожила не зря! Всего час общения с массажисткой, и какие потрясающие результаты!

Не успели мы, что называется «мявкнуть», как пришел портной. Хороший такой портной, с аршином под мышкой, сантиметром на шее, в «смазных» сапогах и почему-то с моноклем на шнурке.

Как и положено портному, он чахоточно подкашливал, источал миазмы самогонного перегара и через слово матерился. В этом, как мне показалось, он, создавая образ старинного мастерового, перепутал портного с сапожником.

— Шиться будем или как? — спросил он, ни к месту, добавив пару матерных слов.

— Будем, — согласился я.

— Тебе поддевка, а бабе сарафан?

— Мне смокинг, а даме вечернее платье, — подтвердил я. — Можно посмотреть модели?

— Это нам раз плюнуть, — небрежно ответил он и, развернул принесенный с собой экран и повесил его на стену.

— Кому сначала будем выбирать, тебе или бабе?

— Если можно, то мне, — поспешно попросил я, предполагая какое время, может занять рассматривание женских мод. — Сначала выберем мне смокинг, а потом дама…

Марфу гибкий белый экран заинтересовал, и она внимательно его осмотрела, кажется, надеясь как-то использовать для пошива платья. Но, подумав, отвергла:

— Слишком толстая холстина, будет топорщиться.

Портной ее протест проигнорировал и вывел на монитор модели смокингов. Марфа увидев человека прямо на стене, потеряла дар речи.

— Вот такой сшейте, — решил я, остановившись уже на третьей предложенной модели.

Теперь начиналось самое интересное. Портной вставил в глаз монокль и осмотрел Марфу. Свои впечатления он сформулировал одним кратким междометием: «Гм». Я его понял. Понять, что скрывается под балахоном черного сарафана и повязанным до глаз платком, можно было только при помощи рентгена. Однако уверенности портной не потерял, спросил:

— Шить будем что-нибудь подобное? У меня найдётся пара подходящих моделей.

— Что это он такое говорит? — подозрительно спросила меня Марфа.

— Интересуется, что ты хочешь сшить.

— Пусть покажет, что другие боярышни носят.

Я перевел.

— Но, у меня несколько десятков тысяч моделей! Пусть эта… пардон, не знаю, как назвать, бабушка, скажет что искать!

— Марфа, тебе, пожалуй, придется раздеться, а то он не знает какая у тебя фигура, думает, что ты старуха, — насмешливо сказал я.

— Пусть все покажет!

— Все его картинки посмотреть и недели не хватит.

Я с интересом ждал, что предпримет Марфа. Она сердито посмотрела на нас с портным, помедлила, видимо, не зная на что решиться и, вдруг, ничуть не стесняясь, сбросила с себя сарафан и размотала платок.

Я просто не учел того, что ради великой цели любая настоящая женщина не остановится ни перед чем!

— Э… — начал что-то говорить портной и замолчал. Монокль выскочил из его глазницы и закачался на шнурке, а он забыв и о нем, и об образе чахоточного пьяницы, сразу превратился в обычного молодого парня, смутился и отступил на несколько шагов.

— Теперь он видит, что я не старуха?! — гордо спросила Марфа.

Девушка, что ни говори, был чудо как хороша. Особенно теперь в мягком свете, с поднятой головой и распущенными волосами, пышными и воздушными после хороших шампуней.

— Э… — продолжил портной прерванную мысль. — Э…

Мне совсем не понравилась такая реакция на небезразличную мне модель.

— Ну, теперь вам все ясно? — спросил я. — Марфа, немедленно оденься!

— Если можно, еще чуть-чуть, я только сканирую форму, — парень так вспотел, что с носа упала капля. — Неужели это все свое, натуральное, без пластики?