Бог Войны - Бернард Корнуэлл

— Защитником.

— Королю-воителю, — осторожно сказал он, — не требуется ни защитник, ни учитель. Ему просто нужны... — он помедлил. — Советники?

— У любого короля советчиков в избытке, — сказал я.

— Но обычно им требуются советы, с которыми они согласны. Советник, идущий против монаршей воли, долго не продержится, — улыбнулся Домналл. — Отличный сыр!

— Козий.

— Если у тебя есть лишний, мой король обрадуется подарку, господин. Он обожает сыр.

— Я распоряжусь, чтобы подготовили.

— Ты щедр, — снова улыбнулся Домналл, — и похоже, твой король-воитель нашел советника, который с ним согласен.

— У него есть Вульфхельм, — презрительно бросил я.

Вульфхельм был новым епископом Контварабургским и имел репутацию пламенного проповедника. Я его не знал.

— Уверен, что король Этельстан прислушивается к своим священникам. Он известен своим благочестием, верно?

— Как и его дед.

— Однако король Альфред не брал себе в главные советники норвежца, — Домналл поколебался, — или мне следовало сказать «в компаньоны»?

— А следовало ли?

— Они вместе охотятся, вместе молятся в церкви, едят за одним столом.

— Ты говоришь о Ингилмундре.

— Ты знаешь его?

— Немного.

— Он молод и красив, как я слышал?

— Молод.

— И у короля Этельстана есть и другие... советники. Илдред из Марлеборга предлагает свои советы, когда Ингилмундр отсутствует. — Я промолчал. Я слышал об Илдреде, молодом воине, заработавшем репутацию, сражаясь против южных валлийских королевств. — Но Ингилмундр, похоже, из них главный... советник. Ты знаешь, что король щедро наделил его землями в Виреалуме?

— Знаю, — ответил я.

Ингилмундр был норвежским ярлом, который бежал из Ирландии со своими последователями и занял земли в Виреалуме, широкой полосе между реками Ди и Мерз. Там, в крепости, которую Этельфлед приказала построить в Брунанбурге, чтобы защититься от набегов норвежцев по реке Мерз, я и познакомился с Ингилмундром. Я вспомнил привлекательного и дружелюбного молодого человека, заслуживающего доверия не больше, чем неприрученный ястреб. Однако Этельстан ему доверял. Ингилмундр ему нравился.

— Я слышал, — продолжил Домналл, — Ингилмундр стал добрым христианином!

— Этельстана это порадует, — сухо отозвался я.

— Да, я слышал, что Ингилмундр радует его, — улыбнулся Домналл, — в особенности его совет насчет Нортумбрии.

— А именно? — спросил я.

Вопрос выдавал мою неосведомленность, но для чего же еще Константин мог прислать Домналла, если не удивить меня?

— Нам говорили, Ингилмундр заявляет, что Нортумбрия — дикая, непокоренная земля, которая по праву принадлежит Этельстану, и ей нужен жесткий правитель. Возможно, норвежец? Норвежец-христианин, который поклянется в верности Этельстану и примется без устали обращать язычников, наводнивших северные земли.

Я помолчал, обдумывая сказанное. Мне эти слова не понравились.

— И откуда же, интересно, король Константин столько знает о советах товарища по охоте?

Домналл пожал плечами.

— Ты получаешь весточки из других стран, лорд Утред, и мы тоже. А королю Оуайну, нашему новому другу, — он любезно кивнул мрачному Дифнвалу, брату Оуайна и командиру его воинов, — посчастливилось иметь и других друзей, некоторые из которых служат Анлафу Гутфритсону... в Ирландии.

Я ничего не сказал, но снова ощутил леденящую дрожь. Анлаф Гутфритсон, двоюродный брат Сигтрюгра и Гутфрита, известен как безжалостный и блистательный воин, выковавший себе устрашающую репутацию, когда победил своих норвежских соперников в Ирландии. Я мало что знал о нём, кроме того, что он молод, быстро заработал репутацию воителя и что он претендовал на трон Нортумбрии как родич Сигтрюгра, но его намерения не мешали мне спать по ночам, потому что Ирландия далеко от Эофервика и Беббанбурга.

— В Ирландии, — многозначительно повторил Домналл.

— Ирландия далеко, — коротко заметил я.

— Хороший корабль покроет путь от Страт-Клоты до Ирландии за полдня, —впервые заговорил Дифнвал. Голос у него был грубый и невыразительный. — Даже меньше.

— И какое отношение имеет Анлаф Гутфритсон к Ингилмундру? — спросил я Домналла.

— Год назад, — вместо него ответил Дифнвал все тем же ровным голосом, — Ингилмундр и Анлаф встречались на острове Мон. Как друзья.

— Они оба норвежцы, — отмахнулся я.

— Друзья, — веско повторил Домналл.

Я просто смотрел ему в глаза. Секунду я не знал, что сказать. Первым порывом было возразить ему, отрицать, что Этельстан мог быть настолько глуп, доверившись Ингилмундру. Я хотел защитить короля, которого вырастил как сына, любил как сына и помог взойти на трон. Но я поверил Домналлу.

— Продолжай, — так же невыразительно, как и Дифнвал, сказал я.

Домналл расслабленно откинулся назад, как будто понял, что я получил сообщение, которое он мне привез.

— Есть два варианта, лорд Утред, — сказал он. — Первый — король Этельстан присоединяет Нортумбрию к своему королевству. Он создает этот... как его? Инглаланд? — насмешливо произнес он. — И отдаст Нортумбрию другу, человеку, которому доверяет.

— Ингилмундру, — буркнул я.

Домналл жестом остановил меня.

— И кто бы ни правил в Нортумбрии, Ингилмундр или кто-то другой, Этельстан захочет укрепить свои северные границы. Он будет строить бурги, улучшать существующие и захочет, чтобы в тех бургах сидели верные ему люди.

Конечно, он говорил о Беббанбурге.

— У короля Этельстана нет причин сомневаться в моей верности.

— И он захочет, — продолжил Домналл, будто я ничего не говорил, — чтобы эти люди были христианами.

Я молчал.

— И второй вариант. — Домналл подлил себе эля, — Ингилмундр старается занять место правителя Нортумбрии, и как только укрепится в Эофервике, а Этельстан будет далеко от него, в Винтанкестере, пригласит сюда Анлафа Гутфритсона. Норвежцам требуется королевство, так почему бы не то, что зовётся Нортумбрией?

Я пожал плечами.

— Ингилмундр и Анлаф перегрызутся между собой, как хорьки. Лишь один из них может стать королем, но ни один не подчинится другому.

Домналл кивнул, словно принимая мою точку зрения.

— Не забудь о том, что их объединяют враги. Общие враги могут даже хорьков превратить в друзей.

Он улыбнулся, кивая на Дифнвала в подтверждение своих слов.

Дифнвал не ответил на улыбку.

— У Анлафа Гутфритсона есть дочь, — сказал он, — и она не замужем. Ингилмундр тоже не женат.