Искра божья - Елена Глазырина

на брата за последние полгода, и вывалил на приятеля всю историю поисков одним сплошным потоком сбивчивых коротких фраз. Он рассказал про смерть оракула, поиски в святилище Феба, остроконы в сундуке деда и разграбленную могилу Адриана, про Кармину и поместье Строцци, про подслушанные разговоры и зреющий заговор Марка Арсино. Ещё минуту назад де Грассо даже не осознавал, как эти страшные тайны давили и сковывали его душу. А теперь он чувствовал, как огромная тяжесть медленно покидает его напряжённые, точно скрученные незримой судорогой плечи.

Пьетро слушал, не перебивая, разве что пару раз глубоко вздохнул и рассеянно потёр саднящий порез на щеке.

Наконец Джулиано замолчал и с надеждой посмотрел на приятеля.

— Ты полон сюрпризов, дружище, словно набитый дурак пёстрого лоскута, — пробормотал Пьетро, в задумчивости покусывая заусенец на указательном пальце правой руки. — Пожалуй, теперь мне уже не так страшно за наши бесполезные жизни. Идём, поищем Ваноццо. Надо всё ему рассказать и обдумать услышанное. Может, у нашего силицийского друга появятся светлые мысли о том, как нам распорядиться сокровищами твоих знаний.

Глава 69. Охота на Дафну

Хмельного и раскрасневшегося Ваноццо приятели отыскали в траттории «Последний ужин». Де Ори в одиночестве сидел за маленьким столом, с аппетитом поглощая сочившуюся от жира чесночную колбасу, ароматно скворчащую на толстой чёрной сковороде, в окружении артели полупустых глиняных кружек. Ваноццо приветственно замахал приятелям медвежьей лапищей, приглашая к себе, и его густой бас трубным рокотом пронёсся над шумной толпой разряженных гуляк.

Траттория полнилась веселящимися людьми. Звучали пьяные песни, переплетаясь с нестройным гомоном голосов. Почти все маски сейчас были сняты и в беспорядке развешены по стенам на вызолоченных стальных гвоздях. За соседним столиком пятёрка студиозусов азартно играла в «Гусёк», делая ставки и отчаянно метая на неровную, липкую от пролитого пива столешницу грубые кости. Ещё примерно столько же зрителей наблюдало за играющими, встречая радостными вскриками каждый удачный бросок и движение птичек из хлебного мякиша по раскрашенному вручную пергаментному полю.

Среди посетителей «Ужина» Джулиано заметил парочку учеников Дестраза. Несколько новичков сеньора Готфрида скромно занимали столик у конторки подавальщиц. Чёрно-красные куртки Лихтера и тёмно-зелёные дублеты де Либерти мелькали у ярко пылающего камина. Бирюзовое море девиц Обиньи плескалось справа под пышной гирляндой из пинии и остролиста, растянутой вдоль стены. Аврора, глянув на вошедших, сделала вид, что они незнакомы. Дафна быстро отвела глаза и спряталась за подругу. По счастью, хозяйки — румяной фрау Марты — в зале не наблюдалось, и Джулиано с облегчением выдохнул. Воспоминания о ночной оргии ведьм всё ещё продолжали будоражить пылкое воображение юноши.

Пьетро с размаху бухнулся на скамью рядом с приятелем и одним духом влил в себя одну из кружек, покрытую белоснежной шапкой пены; крякнул и потянулся за следующей.

— Здорово, дружище! Насилу же мы тебя сыскали. Хотели уже всё бросить и спать завалиться, — сообщил де Брамини, утирая безусый рот засаленным рукавом старого дублета.

— Ик, как ваши успехи? Удалось изловить саттаново отродье? — с ленцой в голосе спросил приятелей размякший от праздной сытости и покоя Ваноццо.

— Угу, — сказал Джулиано, подсаживаясь за стол с другой стороны от силицийца.

— И-и?

— Тебе не понравится то, что я сейчас расскажу, — хмуро сообщил низкорослый фехтовальщик, вгрызаясь неровными зубами в сочное рёбрышко, — но всё же: есть большая вероятность того, что наш унесённый бесами приятель находится в стенах обители Псов господних.

— Этого стоило ожидать, — сказал Ваноццо, утирая жир, текущий по крепкому подбородку. — Пора собирать вещи и седлать коней или у нас ещё есть время довершить последний ужин?

— Можешь не торопиться, — отмахнулся Пьетро, со значением поглядывая на Джулиано, — есть надежда, что всё обойдётся.

— Хвала всемогущему! — провозгласил Ваноццо, жестом подзывая одну из расторопных служанок, ловко снующих среди многочисленных столиков, точно серые мышки в житнице меж тугих кошелей с зерном. — Ещё пива, душечка!

Пьетро с удовольствием расправился с новой пинтой, выставленной на стол улыбающейся девицей. Затем он склонился к Ваноццо и быстро зашептал ему на ухо услышанное от Джулиано. Де Ори весьма достойно воспринял историю де Брамини. Во всяком случае, спокойнее, чем сам Пьетро. Он лишь пару раз икнул и сильно нахмурился к концу повествования.

— Умеешь же ты, Ультимо, влипать в передряги! — крякнув, пробормотал силициец. — Что будем делать, друзья мои?

— Я могу написать Селестии Боргезе, она всё же дочь Папы. Если сеньора меня вспомнит, у нас появится неплохой шанс выйти сухими из воды, — предложил Джулиано, рисуя пальцем в пене задумчивые каракули.

— Ты ещё Кармине напиши, — поддел его ехидный Пьетро, — у нас нет времени ждать её высочайшего ответа. Возможно, до рождества Суслика и не тронут, потому как не до него будет монахам — праздничные мессы сами себя не справят. Зато после оного они возьмутся за чернокнижника с удвоенной силой. И он им всё расскажет — даже то, чего знать не знал — выложит за милую душу.

Джулиано глубоко вдохнул и, задумчиво подвигав усами, произнёс:

— Не вижу иного выхода. Мне придётся покаяться перед отцом Бернаром и поговорить с Луккой.

— План, безусловно, хорош, — согласился Пьетро, — только его надо было исполнить давным-давно… Монах тебя, конечно, простит, но вот твой брат…Уверен, что благополучие семьи он ставит выше собственных идеалов?

Джулиано раздражённо тряхнул густыми кудрями.

— Надо всё хорошенько обдумать и взвесить, прежде чем добровольно положить голову в пасть льву! — подытожил де Ори, подняв указательный палец к белёным стропилам.

Время шло, но в усталые головы друзей не приходило ничего, кроме новых порций алкоголя.

— А давайте отловим кого-нибудь из милых кошечек, ограбивших де Грассо, и потолкуем с ними по душам, — предложил захмелевший Пьетро, подозрительно часто косясь на столик, занимаемый девицами Обиньи.

— Зачем? — удивился Джулиано. — Ты же уверен, что это был наш барбьери.

— Хм, я мог бы побиться с тобой об заклад, — заявил де Брамини, сощурившись, — но предпочту проверить свои догадки. Будет обидно, если окажется, что Спермофилус тут совершенно ни при чём.

— Ставлю аргент на невиновность Суслика, — пьяные глаза азартного де Ори нехорошо заблестели.

— Три против, — довольный Пьетро протянул Ваноццо руку.

— Идёт, — согласился де Ори, пожимая ладонь приятеля. — Ультимо, разбей, будешь свидетелем.

После соблюдения всех ритуалов пари друзья выпили ещё по кружке, не обращая внимания на гримасу отвращения на худом лице де Грассо, не любившего пиво, и Ваноццо заговорщицким шёпотом произнёс:

— Я знаю, как нам поймать Дафну.

Пьетро вопросительно приподнял редкие брови.

— Пока вы таскались по всему городу за чертями, я тоже времени зря не терял…

Джулиано криво улыбнулся, сдвигая