Пять баксов для доктора Брауна. Книга 6 - М. Р. Маллоу

— О господи.

— Да.

— Я бы согласился на вторую порку, только, чтобы не это.

— Я бы и сам согласился на что угодно, но, увы, сэр, этого никак нельзя. Придется нам ехать и плясать деревенские танцы.

— Это фигуральное выражение? — спросила доктор.

— Оно буквальное, — мрачно отозвались двое джентльменов.

— Форд любит деревенские танцы, — добавил Маллоу. — И не любит тех, кто их не любит.

— Ненавижу, — глухо выговорил его компаньон, — ненавижу.

Но он тут же взял себя в руки и сказал:

— Однако, у нас есть десять дней.

— Что, мистер Саммерс, — поинтересовалась доктор Бэнкс, — уже не так терзают мысли о бессмысленности существования?

— Нет. Не терзают.

Саммерс полез в карман брюк.

— Не курите, пожалуйста, — сказала доктор Бэнкс, не дожидаясь, пока он спросит позволения. Вы и так курите слишком много.

— К-какая же вы кобра, а!

— Потрясающая, — кивнул Маллоу. — Фантастическая. Невероятная! Компаньон, ты б сказал доктору спасибо, что ли.

— Убью, — пообещал Саммерс. — Обоих.

— Куда же вы денете трупы? — поинтересовалась доктор Бэнкс.

— Закопаю в саду под яблоней.

— Протестую. Желаю быть закопанной под ивой. «Ибо да воздастся каждому по делам его».

— Вот это как скажете, — задушевно произнес коммерсант. — Для вас я даже расстараюсь на хорошую яму.

Доктор подарила ему улыбку.

— Как мило с вашей стороны.

— Эй, на палубе! — возмутился Дюк. — А где же «спасибо, мисс Бэнкс»?

Доктор щурилась на огонь в камине, как будто ее вообще ничего не касалось. Лицо Д.Э. сделалось каменным и в комнате воцарилась пауза.

— Что ж, спасибо, мисс Бэнкс, — светским тоном произнес он, наконец.

— На здоровье, мистер Саммерс, — милостиво кивнула доктор.

— Кстати, — спохватился коммерсант, — сколько я вам должен?

— Двенадцать долларов, — не моргнув глазом, сообщила она.

Это было почти в три раза больше обычной платы за визит.

Д.Э. молча встал, подошел к бюро, вынул деньги.

— Дорого берете, — съязвил он, усаживаясь обратно.

— Пришлось повозиться, — парировала она и постучала костяшками пальцев по столешнице. — Мистер Маллоу, может быть, вы вылезете из-под стола и присоединитесь к нам? Или вам там больше нравится?

Дюк уже рыдал, мотая головой.

— Да у вас и правда истерика, — голос доктора звучал озабоченно. — Угостить вас успокоительным?

— Угостите! — простонал Маллоу, утирая слезы и выбираясь. — Ой, мама, не могу!

Саммерс фыркнул.

— Панихида отменяется, — сказал он. — Ладно. Примем, сэр, все, что нам уготовлено. Уготовившие сами виноваты.

Мистер Маллоу переменился в лице.

— Э, э! Ты же обещал!

— Обещал, обещал, не ной. Я покамест ничего и не делаю. Никто не помешает вам плясать кадриль.

— Что, что?

— Нам плясать кадриль.

— Это хорошо, — успокоился Маллоу. — Великолепно. Замечательно. И будет еще лучше, если ты продолжишь в том же духе.

— О, — съязвил Саммерс, — я догадывался, сэр, что вы испытываете тайную привязанность к деревенской кадрили.

Пока двое джентльменов обменивались любезностями, доктор подумала, что теперь можно и уйти. Часы медленно били полдень. В полированном корпусе все еще шипело и звенькало, когда Саммерс хлопнул себя по лбу и бросился опять к телефону.