Троя - Ирина Измайлова

– Это же наши! – ахнул Терсит. – Вот, точно вижу – наши... Эй, люди, эй, проснитесь!

Молодой первым поднял голову и привстал, опираясь на руки. Его лицо было облеплено мелким крошевом гальки, через левую щеку тянулась косая ссадина и ниточки крови ползли от нее к подбородку.

Он всмотрелся, видя лишь две темные фигуры – заходящее солнце было как раз за спиной Ахилла и Терсита.

– Не убивайте нас, троянцы! – сказал он хрипло. – Или убейте меня одного: мой старый отец не участвовал в штурме Трои и отговаривал от этого царей. Хотя бы его пощадите!

– Антилох! – воскликнул Ахилл, узнав голос молодого воина раньше, чем разглядел его лицо. – И... Нестор?! Морские духи! Да как вы попали сюда?!

Антилох тоже узнал своего базилевса и вскочил на ноги, хотя его шатало от слабости и усталости.

– Нет! – крикнул он в отчаянии. – Не надо! Разве я не служил тебе, не прекословя ни в чем? Разве я был в чем-то хуже любого из твоих воинов, богоравный Ахилл? Зачем ты пришел за мной?!

– Перестань! – Пелид понял, в чем дело, и спешил разуверить юношу, от страха совершенно потерявшего голову. – Я знаю, кем ты меня считаешь, но я...

– Не лишай меня жизни! – вновь крикнул Антилох, скользя на камнях и отступая спиной вперед. – Без меня погибнет отец, а он ведь любил тебя!

– Антилох, как тебе не стыдно!

Это произнес старый Нестор, от шума тоже проснувшийся Он привстал на колени и почти спокойно наблюдал за происходящим.

– Неужели ты не видишь, что он живой? – воскликнул мудрый старик, успокаивая сына. – Тень мертвеца не могла бы перевернуть лодку. И потом, смотри: у него перевязано колено, и на повязке выступила кровь. Тени не источают крови. Он живой, говорю тебе!

– Колено я расшиб, ворочая плиты в зале титанов... – улыбнулся Ахилл.

– Да живой он, можете проверить! – вмешался Терсит, хватая Пелида за локоть. – Вот, я же его трогаю!

Антилох, наконец, пришел в себя.

– Но... Если так, то... Ахилл, прошу тебя, дотронься и до меня! Я не хочу сомневаться!

Некоторое время спустя они все вместе уселись возле костра, разожженного царицей Гекубой. Нестор и его сын жадно ели жареную рыбу и ореховые лепешки. Когда же они немного пришли в себя, старик сам, не дожидаясь вопросов, стал рассказывать:

– Когда Троя пала и наши воины, почти все пьяные и одуревшие от крови, стали грузить добычу на корабли, началась ссора. Многие начали припоминать мне, что я не одобрял плана Агамемнона и Менелая врасплох захватить Трою...

Когда мы вышли в море, вновь разгорелся спор, и тут кто-то из воинов стал кричать, что меня надо лишить моей части добычи, потому что я не штурмовал город и хотел помешать им... Я пытался их образумить, но в море они еще напились – на судне было несколько бочек вина... Корабль Неоптолема оказался далеко впереди, остальные базилевсы еще дальше, а на нашем корабле заправлял кормчий Ликон, который всегда меня не любил. Он назвал меня «старым трусом и предателем». Я не мог не возмутиться. Но сказал лишь несколько резких слов. И тут воины кинулись на меня.

– Я пытался защитить отца, – подхватил Антилох, – но их было много. Его ударили раз и другой и сбросили в море. Я кинулся за ним, и пока отец приходил в себя, поддерживал его на воде. Берег был уже очень далеко, мы думали, что утонем, тем более, что начался шторм, но тут мы увидели в волнах обломок мачты. Возможно, это наш корабль не выдержал бури, может, другой.

Нам с отцом удалось спастись, ухватившись за эту мачту. Когда утром шторм утих, мы увидали, что нас принесло назад, к Троянской бухте.

– Я понял, что боги карают нас за гибель великого города, – сказал Нестор печально. – Мы с сыном были полуживые от холода и усталости... Нам нечем было развести огонь, и идти мы не могли. Набрали устриц и съели их сырыми. Потом увидели лодку, забрались под нее и сразу уснули. Вот и все. Если вы позволите нам здесь остаться, хотя бы какое-то время, мы постараемся быть полезными вам.

– Конечно, оставайтесь! – сказала Гекуба, ласково подавая старику чашку с немного разбавленным водой хлебным вином. – Верно, Гектор, пусть остаются?

– Двое здоровых мужчин для нас сейчас – дар богов, – ответил Гектор.

За день ему стало настолько лучше, что вечером он с помощью Ахилла сумел выйти к костру и полулежал на травяной подстилке, наслаждаясь свежим морским воздухом после продымленного тесного шатра. Ступать на поврежденную ногу троянский герой еще не мог, она сильно болела, но остальные раны заживали быстро и уже не вызывали опасений.

– Надо готовить лодку, братец, – сказал он Ахиллу, вновь называя его так, как когда-то звал погибший друг. – Утром отправимся к Агелаю. И хорошо бы, погода продержалась до полудня – к вечеру, думаю, опять заштормит – видишь, какие облака?

– Я помогу с лодкой! – сказал Антилох, доедая свой ужин и залпом допивая вино.

– Тебе надо отдохнуть, – возразил Ахилл. – Пентесилея мне поможет. И Троил с Терситом. А ты побудь у костра с царицей и посторожи шатер.

За ночь они сумели сделать некое подобие весел. Простой и остроумный способ их изготовления предложил Антенор – ему случалось видеть такие приспособления у варваров. В одной из соседних рощиц срезали несколько прямых стволов ореха с развилкой на высоте в пять-шесть локтей, очистили от веток и коры, а получившиеся в конце каждой палки рогатины обтянули кусками конской шкуры, прошив их ремешками. Такой «лопастью» вряд ли можно было оттолкнуться от дна или от берега, но для этого годился и другой конец весла, а грести при достаточной сноровке труда не составляло.

Утром, пока Ахилл и Пентесилея проверяли лодку, спускали ее на воду и подгоняли поближе к шатру, Крита с Троилом, придумавшие нести дежурство вдвоем, заметили на равнине нескольких лошадей. Юная амазонка заявила, что легко их поймает. Лошади могли пригодиться, и Гектор, у которого девочка спросила разрешения отлучиться, кивнул: «Лови!»

Меньше, чем через час Крита прискакала на вороном коне, ведя в поводу еще одного коня и двух кобыл. Лошади были не оседланы, но взнузданы, что очень помогло амазонке. Вероятно, во время штурма Трои скакуны убежали из горящего города.

Этой находке больше всех обрадовался Ахилл: в огромном вороном жеребце он сразу узнал своего Рея. Красавец-конь тоже узнал героя, потянулся к нему мордой и довольно зафыркал.

– Если бы еще и Тарк нашелся! – воскликнул Пелид и в задумчивости замолчал.

– Думаешь, его убили? – спросила Пентесилея.

– Не думаю. Его взял Гектор, когда... когда был убит я. Тарк жил во дворце, в покоях Андромахи. Во время штурма его не видели ни Гектор, ни Троил. Ахейцы едва ли убили бы мою собаку. Но он мог убежать на поиски Андромахи, которую очень любил и которую я когда-то приказал ему охранять. Он мог найти ее и мальчика. Если так, то он и сейчас с ними.

– Это поможет нам искать их! – воскликнула амазонка обрадованно, – рабов ахейцы увезли много, а второго такого пса нет!