Сердце ведьмы - Марина Колесова

– Это невозможно, родная. Как только ты вылечишь сердце, научив независимой вибрации, мы больше не встретимся.

– Знаешь, что мне хочется сейчас сделать?

– Догадываюсь. Превратить себя в инвалида, чтобы привязать меня. Но ты не сделаешь это.

– Уверен?

– Уверен. Ты не столь эгоистична, и твоя любовь ко мне не равна желанию обладать. Поэтому отпустишь и постараешься исцелиться, как можно скорее, чтобы порадовать меня этим и окончательно освободить от всех обязательств перед тобой. Я уверен в тебе, поэтому и сбросил карты.

– Скорее всего, ты прав, но как же мне плохо…

– Я знаю, поэтому здесь. Хочешь свою вибрацию на мальчика солью, чтобы тебе приятнее с ним развлекаться было?

– Я хочу другого, – Миранда подняла голову и устремила напряжённый взгляд на призрака, – можешь в его тело войти?

– Раз хочешь, не вопрос, – усмехнувшись, проговорил он, – любой каприз в рамках дозволенного.

– А как много дозволено тебе?

– Немало, моя девочка. Как, впрочем, и тебе, и мне хочется, чтобы ты не потеряла эти возможности.

– Я постараюсь, любимый, особенно если сейчас порадуешь.

– С удовольствием. Всё для тебя, – призрак приблизился к телу лежащего на столе графа и, нависнув над ним, медленно как бы растворился в нём.

Тело, изогнувшись, дёрнулось, и с губ графа сорвался сначала хриплый стон, а потом он голосом Вальда прошептал:

– Ну ты и постаралась, это же свихнуться можно от такого возбуждения.

– Момент, любимый, сейчас станет легче, – Миранда порывисто шагнула к столу и, склонившись над телом графа, прижалась губами к его губам.

Её тут же обхватили мускулистые руки и начали жадно ласкать, а потом порывисто сдёргивать с неё платье.

Через пару минут два обнажённых тела сплелись в сладострастных объятиях на огромном массивном столе, заставив его скрипуче стонать под напором их страсти. А немного погодя к стонам стола добавились возбуждённые стоны и сдавленные крики Миранды, испытывающей продолжительный сильнейший оргазм.

Привлечённый её голосом, в кабинет осторожно заглянул дворецкий и, поняв, что хозяйка вне опасности, быстро закрыл дверь, всей душой уповая на то, что его неуместное любопытство замечено не было.

Когда Миранда обессилено и истомлённо замерла в объятиях графа, нежно оглаживающего её по плечам, он голосом Вальда негромко поинтересовался, удовлетворена ли она и может ли он её оставить?

– Да, любовь моя, можешь идти. Только воспоминания все его сотри об этом.

– Само собой, лишь блок физиологической памяти с заданной вибрацией нетронутым оставлю, а остальные новообразованные за этот период нейронные связи, ответственные за восприятие, уберу. Так что получишь прекрасного любовника, возбуждающегося лишь от одного взгляда на тебя и готового любой каприз исполнить. Думаю, это вариант гораздо лучше инкуба будет, а надоест, блокируешь область мозжечка, и мальчик сможет тебя забыть без особых проблем.

– Ты виртуоз. При таком раскладе Ал даже блоком не сможет его завязку со мной убрать. Вряд ли он догадается, что здесь мозжечок задействован.

– На это и расчёт. Так что развлекайся, любимая, и не поминай лихом.

– Ты лучший. Я люблю тебя.

– Я знаю и люблю тебя тоже. Будь счастлива, маленькая моя, – к её губам прижались губы графа, даря долгий прощальный поцелуй, а потом тело его обмякло, и скользнувший вдоль плеча Миранды могильный холод дал понять, что её любимый их покинул.

***

Полежав немного на столе, Миранда высвободилась из объятий бесчувственного тела и, отпихнув его в сторону, слезла со стола. Посмотрела на разорванное платье и белье, валяющееся под столом, саркастически хмыкнула и громко позвала дворецкого.

Тот не заставил себя ждать, вошёл и, взглянув на неё, быстро потупился, скороговоркой проговорив:

– Звали, хозяйка, чем могу помочь?

– Халат из моих комнат принеси.

– Момент, хозяйка, – дворецкий скрылся за дверью.

Его торопливые шаги сначала стихли, но вскоре зазвучали вновь, и он, войдя в кабинет, подал ей халат, при этом старательно отводя взгляд в сторону.

– Что-то ещё, или могу быть свободен, хозяйка?

Накинув халат, Миранда указала на бесчувственное тело молодого графа:

– Одежду его сюда принеси и разбросай на полу, потом его тоже на пол переложи, в двери щеколду выдвини и сломай, когда очнётся, скажешь ему, что он меня изнасиловал, закрыв дверь. И тебе пришлось выбить щеколду и слегка его оглушить. Напугай его, что я истерила, и хотела его оскопить, но ты уговорил не делать это и дождаться брата. Намекни, что будет неплохо, если завтра утром он постарается извиниться передо мной. После чего проводи, уложи в постель и напои. Вина не жалей.

– Хорошо, хозяйка. Через сколько он примерно очнётся?

Шагнув ближе к столу, Миранда коснулась пальцами лба Диего и, задумчиво взглянув на потолок, уверенно проговорила:

– Минут пятнадцать у тебя точно есть.

– Тогда без проблем успею всё сделать, как вы желаете, хозяйка.

Удовлетворённо кивнув, Миранда ушла к себе.

Глава 62

Диего очнулся лёжа на полу, в голове неприятно шумело и сознание плыло. Помотав головой, он с трудом облокотился и, приподнявшись, огляделся. Он был раздет, его одежда валялась поодаль, а чуть ближе валялась разорванная одежда сестры Алехандро.

– Чёрт, – пробормотал он, медленно поднимаясь с пола.

В голове не было никаких воспоминаний, способных разъяснить что случилось с ним, почему он в таком виде и откуда здесь разодранное платье и женское нижнее бельё.

В это время в кабинет заглянул дворецкий:

– Очнулись, милорд? Вот и славно. Вам помочь одеться?

– Лео, что здесь произошло?

– Вы странный вопрос задаёте, милорд. Я намерен был спросить это у вас, с чего вдруг Вы заперли здесь хозяйку и начали насиловать её, несмотря на её крики, и делали это до тех пор, пока я не выломал щеколду и не оглушил вас немного.

– Я изнасиловал её? – недоверчиво переспросил Диего, но внимательно осмотрев себя, понял, что этот вопрос излишен, поскольку и следы бурного секса наличествовали, и плечи его были порядком исцарапаны явно женскими ноготками.

После чего, потирая голову, задал следующий вопрос:

– Чем оглушил меня?

– Извините, милорд, я постарался сделать это максимально безопасно для вас, – дворецкий кивком указал на лежащую неподалёку большую деревянную статуэтку с наклеенным на основание мягким куском фетра.

– Оригинальное орудие, ты выбрал.

– Это первое, из наиболее безопасных вещей, что попалось под руку.

– Радует, что хотя бы пытался оценить, что безопасно