Кровь дракона - Ольга Крючкова

Женщина провела гостя в дом, тот скинул плащ, и они расположились в небольшой гостиной, в углу которой размеренно горел очаг.

– Римская отопительная система вышла из строя… Надо нанять знающих людей в Констанции… – объяснила она, не зная с чего начать разговор. – Поэтому я вынуждена отапливать помещение… От озера по вечерам постоянно тянет влагой… Ноги стали болеть…

– Я привёз тебе письмо от королевы Утты, – сказал Румольд, извлёк свиток из потайного кармана шерстяного плаща.

– Что случилось? Утта никогда не присылала своего человека… – удивилась вдова, не в силах оторвать взор от гостя. Ей хотелось отбросить все формальности и утонуть в его объятиях.

– Дело чрезвычайной важности… Прочти скорее… Мы ещё многое должны успеть до полуночи.

Ульрика, удивлённая словами гостя, распечатала свиток и углубилась в чтение. По мере того, как она читала, лицо всё более наливалось кровью.

– Великий Логос! Отдать Кримхильду за лангобарда! Неслыханно! – возмутилась она.

– Вскоре отряд лангобардов достигнет виллы. Утта пошла на хитрость и передала им ещё одно письмо… Только так она могла быть уверенной, что лангобарды отужинают и заночуют здесь…

– Что ты намерен делать? Как мы можем расстроить планы короля Агинмульда? – вопрошала Ульрика.

Из складок туники Румольд извлёк небольшой флакон.

– Вот, в нём смерть посланника и его людей…

Ульрика смотрела на некогда любимого человека расширенными от ужаса глазами.

– Другого выхода нет?.. – робко спросила она.

– Нет. Яд действует безотказно, если его добавить в вино. Лангобарды заснут после ужина и… не проснуться.

– А трупы?..

– Погружу на телегу и отвезу к озеру. Их никогда не найдут. – Уверенно сказал Румольд.

– Делай, как считаешь нужным. Я исполню роль гостеприимной хозяйки. Однако мне кажется, что гибель послов только отсрочит замужество Кримхильды…

– Будем надеяться, что всё изменится к лучшему… – ответил Румольд.

Он не удержался и рывком привлёк к себе Ульрику. Женщина тотчас обмякла в его сильных руках. И не в силах сопротивляться соблазну, прильнула к его груди.

…В гостиную вошёл слуга, тот самый, что встретил Румольда.

– У ворот стоит целый отряд, госпожа. Всадники похожи на разряженных лангобардов. Один из них назвался Альбоином и сказал, что привёз вам важное послание…

Румольд и Ульрика многозначительно переглянулись.

– Дерек, зови гостей в дом, прикажи позаботиться конюшим о лошадях. Я пришлю управляющего и прислужниц, пусть займутся лангобардами. Сама же приведу себя в порядок, негоже встречать послов неприбранной.

Дерек с поклоном удалился.

– Не бойся, – сказал коннетабль и приобнял Ульрику за талию, – если, что я смогу защитить тебя.

Та натянуто улыбнулась.

– Не сомневаюсь… Если, лангобарды начнут бушевать, у меня на вилле достаточно мужской прислуги, дабы утихомирить их. К тому же в двух лигах отсюда, недалеко от Констанции, расположен римский пост. За пару сестерций солдаты перережут всех лангобардов. Нам следует поспешить, если мы не хотим вызвать подозрений. Тебе нужно переодеться в постое платье.

– А твои люди… Они не выдадут меня? – обеспокоился Румольд.

– Никогда. Они были преданы моему покойному мужу. Мой супруг всегда был справедлив по отношению к ним.

Ульрика удалилась. Вскоре в гостиной появился здешний управитель, пожилой алеман.

– Вот, – протянул он Румольду тунику. – Госпожа приказала тебе переодеться. Ты будешь прислуживать лангобардам? Говорят, во внутренний двор въехал целый отряд…

Румольд молча кивнул, скинул нарядную тунику и быстро облачился в простую, серого цвета, изрядно застиранную.

Алеман оценил внешний вид незнакомца.

– А ты крепкий. Это хорошо, мало ли что этим дикарям на ум взбредёт. Идём…

Управитель, Румольд и ещё двое крепких на вид слуг встречали гостей в атриуме[22]. Лангобарды ввалились в помещение шумной толпой. Альбоин тотчас же решил взять инициативу в свои руки.

– У меня послание из Ворбетамагуса для вашей госпожи…

Управитель учтиво поклонился.

– Я передам послание госпоже. Она, увы, ещё не готова принять вас…

Альбоин усмехнулся, решив, что вдова прихорашивается, дабы появиться перед мужчинами в надлежащем виде.

– Я всё понимаю! – ответил он и протянул управителю свиток, скреплённый печатью королевы-матери.

– Тем не менее, прошу вас, располагайтесь, – пригласил управитель. – Наверняка, вы устали с дороги. Я распоряжусь подавать ужин…

При упоминании об угощении Альбоин, довольно крякнул и обратился к своим дружинникам:

– Садитесь за стол… Но помните, что мы в доме почтенной вдовы. И ведите себя подобающим образом.

Дружинники сбросили дорожные плащи и тотчас переместились за стол, не заставив приглашать себя дважды. Они настолько проголодались, что позабыли даже опустить пару-тройку сальных шуточек в адрес хозяйки.

Словно по волшебству в атриум вошли прислужницы, они несли в руках подносы, нагруженные овощами, фруктами и жареным мясом. Лангобарды тотчас оживились. Ещё несколько девушек расставляли оловянные тарелки, в которые прислужницы тотчас наполняли едой. Лангобарды так проголодались, что сразу же набросились на съестное, ловко орудия своим кинжалами.

Двое юношей внесли в атриум большой кувшин вина и поставили его недалеко от входа. Пока они наполняли напитком глубокие глиняные чаши и подносили их гостям, Румольд вылил всё содержимое флакона в кувшин. Теперь дело было сделано, оставалось только ждать.

Лангобарды насытились и изрядно выпили, когда в атриум вошла Ульрика. Выглядела она безупречно: белоснежная туника, перехваченная изящным золотым пояском, рукава скрепляли две крупные необычайной красоты золотые фибулы; волосы были уложены тщательным образом; изящные тонкие запястья украшали массивные золотые браслеты… От Ульрики исходил столь нежный аромат, что захмелевшие лангобарды тотчас встрепенулись, почувствовав присутствие знатной женщины.

Румольда захлестнула волна ревности. Ему хотелось обнажить меч и рассечь любого мужчину, присутствовавшего в атриуме от темени до пупа, дабы тот не смел даже взирать на несравненную Ульрику.

Хозяйка приблизилась к столу. Альбоин тотчас вскочил с места и поспешил к ней, в надежде на то, что ему удастся провести ночь в её сладостных объятиях. Лангобард усадил хозяйку подле себя и пытался вести с ней светский разговор. Посол уже успел изрядно выпить и разгорячённый вином и буквально пожирал хозяйку глазами. Остальные же лангобарды старались вести себя чинно, но разве что исхитрялись схватить за зад или грудь подвернувшуюся служанку.