Корсары Южных морей - Эмилио Сальгари

– Что такое? Каноэ дало течь?

– Я вижу свет через амбразуру бригантины!

– Всего один огонек?

– Нет, есть еще один, ближе к корме.

– Отлично. Значит, англичане все-таки на борту.

В этот момент на корме бригантины блеснула яркая вспышка. Раздался оглушительный грохот, и над головой товарищей просвистело тяжелое ядро.

– Они нас заметили! – прокричал боцман. – Чертовы болваны! Здесь нужны не ядра, а картечь!

– А ты погромче крикни, – заметил Малыш Флокко, – может, они тебя и услышат. Ты что же, хочешь научить их, как нас побыстрей пустить ко дну?

– Ну да, я осел! А все-таки я не сомневаюсь, они вот-вот станут стрелять картечью. Не вовсе же дуралеи их канониры!

На палубе бригантины, которую больше не захлестывали приутихшие волны, показались фонари.

В туманной дымке возникли похожие на призраков силуэты людей.

С кормы, заглушая шум прибоя, донесся звучный голос:

– Кто вы такие?

– Англичане! – тут же прокричал в ответ Каменная Башка, который отлично говорил на языке этих спесивых островитян, притязавших на мировое господство.

– Кто вас сюда послал?

– Бергойн!

– Адмирал уже на Шамплейне?

– Эскадра встала на якорь у Вольф-Айленда. Двигаться вперед в таком тумане было бы безумием. Слишком велик риск разбиться о скалы!

– Значит, маркизу удалось добраться до эскадры адмирала?

– Маркизу? – прокричал Каменная Башка. – Мы его не видали!

– Он отплыл еще утром.

– В каком направлении? Нам навстречу?

– Да! Наше судно напоролось на скалы, и, если разразится новый шторм, нас разнесет в щепки, – отвечал англичанин. – Милорд взял с собой двадцать матросов и на баркасе поплыл на поиски вашей эскадры.

– Но мы его не встретили!

– Возможно, им пришлось пристать к берегу, чтобы залатать баркас.

Каменная Башка был вне себя от ярости. Маркиз снова ускользнул, а ведь бретонец уже не сомневался, что на этот раз ему не уйти! Это уже чересчур! Старый бретонец едва не лопался от злости.

– Бросьте нам трап! – прокричал он англичанам. – Мы поднимемся на борт! Еще неизвестно, что вы сделали с маркизом! Может, вы его убили!

– Чтобы мы предали милорда?.. Да здесь вся команда – верные ему шотландцы!

– Бросьте трап!

– Не так быстро, сэр, – отвечал англичанин. – Вы приплыли сюда в полных индейцами каноэ. Почему вы не в английских шлюпках?

– Мы бы не могли пройти в них над рифами по такому мелководью.

– Возвращайтесь завтра утром, когда мы сможем хорошенько вас разглядеть. Я не могу верить вам на слово.

– Тысяча чертей! – прорычал разгневанный Каменная Башка. – Вы намерены помешать нам подняться на борт?!

– Этим вечером вы на бригантину не взойдете, – твердо отвечал англичанин.

– В таком случае мы возьмем вас на абордаж.

– У нас в команде пятьдесят моряков, и мы сумеем за себя постоять! Поворачивайте к берегу, или я прикажу открыть огонь из пушек!

– Слишком поздно, любезный!

Обернувшись к индейцам, Каменная Башка прокричал:

– В атаку! На абордаж! Вперед! Окружайте корабль!

– К оружию! – закричал своему экипажу англичанин. – Стрелять из орудий бакборта! Канониры, по местам!

Двадцать каноэ, молниеносно отплыв друг от друга, чтобы легче было увертываться от картечи, устремились к судну. В ночном мраке зловеще зазвучала военная песнь индейцев.

– В атаку! Вперед! – продолжал кричать Каменная Башка. – Докажите мне свою отвагу!

Англичане открыли огонь из карабинов. Прогремели два пушечных выстрела.

Три изрешеченных картечью каноэ тут же пошли ко дну, будто игрушки из папье-маше. Миг – и от них остались лишь обломки деревянных каркасов на поверхности воды.

Воины же, среди которых было немало раненых, вплавь добрались до других каноэ и залезли внутрь.

Теперь индейцы были слишком близко, и англичане уже не могли стрелять по ним из пушек.

Каноэ окружили бригантину со всех сторон.

Несколькими выстрелами из карабина Каменная Башка заставил английских стрелков укрыться на батарейной палубе. Обнаружив свисавший с упавшей мачты веревочный трап, он вместе с Малышом Флокко, Ульрихом и Кровавым Пятном взобрался на борт.

Индейцы спустились из каноэ на скалы и с устрашающими криками, размахивая томагавками, бросились на абордаж.

Мгновение спустя палуба бригантины была полна манданов.

– Китовьи потроха! – воскликнул Каменная Башка. – Недурные у меня воины! Даже английских пушек и то не испугались!

Центральный люк был задраен. Два других в носовой части судна тоже. Англичане наглухо задраили крышки люков, чтобы помешать врагам пройти, и забаррикадировались в трюме.

Манданы с криками носились по капитанскому мостику, потрясая оружием. В своем кровожадном исступлении они уже предвкушали победу над англичанами. Еще немного, и они разграбят провизию бригантины.

Казалось, однако, что исчезновение врагов сбило их с толку.

– Тысяча колоколен! – прогремел готовый ко всему Каменная Башка. – Англичане попрятались от нас, будто трусливые лисы! Им от нас не убежать, верно, Малыш Флокко?

– Высадим крышки люков! – предложил юный марсовой.

– Да ведь они крепкие, как железо!

– Но у нас есть топоры!

– Ты прав, сынок.

– Папаша, что прикажешь делать? – спросил Ульрих, с трудом перекрикивая дикарей, которые во всю глотку извергали ужасные угрозы исчезнувшим врагам.

Каменная Башка в ярости сжал кулаки.

– Да плевал я и на бригантину, и на весь ее экипаж, – прорычал он, – ведь проклятому маркизу вновь удалось уйти, да еще на самом крупном баркасе! Тысяча колоколен! Хотел бы я запереть этого мерзавца в клетке, словно дикого зверя, и преподнести его в дар капитану нашего несчастного «Громовержца»!

– Не беспокойся, мы его из-под земли достанем, – сказал Малыш Флокко.

– Чтоб я навеки остался вождем дикарей с дюжиной жен и никогда больше не увидел берегов моей родной Бретани, если не поймаю этого подлеца-маркиза!..

В этот момент до наших друзей донесся гул артиллерийского выстрела.

– Это все та же пушка! – воскликнул юный марсовой.

– Это двадцативосьмифунтовое орудие, приятель, – отвечал боцман, пытаясь разглядеть вражеское судно во тьме и тумане.