Троя - Ирина Измайлова

– Амазонка! – простонал он, и его колени дрогнули. – Я пропал!

– Пропадешь, если по счету «три» не будешь рядом. Раз, два...

– Я уже здесь! – и он упал к ногам воительницы, понимая, что она не шутит и убьет его так же легко, как его приятелей, вздумай он ослушаться. – Что... чего... чего ты хочешь?

– Царь Трои хочет говорить с тобой. Иди за мною. А чтоб тебя снова не повело в сторону, я тебя свяжу.

– Царь Т... Тр... Но ведь...

– А будешь болтать, отрежу уши! Твой язык нам еще понадобится!

– Итак, – спросил час спустя Гектор, разглядывая одуревшего от страха разбойника, – ты с одного из кораблей Пейритоя... А ведь отец запретил ему появляться в этих водах! Что ему нужно?

Царь великой Трои сидел на грубой деревянной скамье, возле оплетенной виноградом стены старой хижины, в спокойной и небрежной позе, будто занимал отцовский трон. Траурный темно-синий хитон, пятнистая шкура пантеры на плечах, сколотая серебряной застежкой, и, вместо венца, широкий кожаный ремень, подхвативший густые волосы – все это прихотливое великолепие нищеты, вместе с могучей фигурой и тонким прекрасным лицом молодого царя, придавало ему особенное, ни с чем не сравнимое величие.

– Что нужно Пейритою? – повторил он, и разбойник содрогнулся под его взглядом.

– О... он... мы хотим захватить корабли! – с трудом выговорил Листон.

– Какие корабли? – удивился Гектор. – Здесь нет никаких кораблей.

– Это ты так думаешь, великий царь! – воскликнул Листон. – А они... они стоят в бухте, в восьми стадиях от южной оконечности большой бухты, в заливе, между рифами. Если я тебе расскажу о великом обмане и раскрою подлость, совершенную против тебя... против вас всех, ты оставишь меня в живых?

Губы Гектора презрительно покривились.

– Я еще не знаю, о чем ты собираешься рассказывать, а ты уже ставишь мне условия? Плохое начало.

– Я расскажу тебе, из-за чего ахейцы нарушили договор и напали на Трою. Одна из причин – убийство Ахилла, но не она главная...

– Вторая причина – подмена какой-то части дани. Тоже мне – тайна! Не торгуйся, говори, или я пошлю моих людей привести кого-нибудь другого с ваших кораблей. Ты видел, как легко у них это получается.

Листон перевел дыхание и, подавляя дрожь, сказал:

– Царь Гектор! Ведь ты – Гектор, я не ошибаюсь, второго такого мужа нет во всей Ойкумене!.. Ты слышал, что произошло, но не знаешь, КАК это произошло и не знаешь, КТО тебя предал! Узнав все, как есть, ты лучше сможешь решить, что и как делать, и сможешь вернуть свое и наказать тайных врагов. Обещай только, что меня не убьешь, и я все расскажу и раскрою тебе все планы Пейритоя. Мне ни к чему хранить ему верность: он обманывал нас всех при дележе добычи, как последний базарный мошенник! Обещай, что оставишь меня в живых и не вернешь Пейритою, и я...

– Вот Пейритою я тебя точно не верну! – усмехнулся Гектор. – И, думаю, ты ему уже не понадобишься. Ему было сказано: держаться за сотни стадиев от Троады, так пускай пеняет на себя! Хорошо, даю слово – по моему приказу ты не умрешь. Говори.

– Благодарю тебя! – разбойник захлебнулся от радости. – Если ты даешь слово, то так оно и будет!.. Ну так слушай...

Рядом с Гектором, прислонившись к стене хижины, неподвижно стоял старый Нестор, с другой стороны, опираясь на меч – его сын Антилох. Пентесилея была за спиной пленника, положив на плечо свою секиру. Остальные слушали весь разговор, оставаясь в хижине.

– Двоюродный брат твоего отца Анхис подменил дань в двенадцати бочках, которые Приам приказал ему заполнить из его личной казны, – сказал Листон и удовлетворенно умолк, видя, какое изумление и какой гнев отразились на лице царя. Гектор даже не пытался скрыть их.

– Дальше! – резко приказал он. – Откуда ты это знаешь?

– Слушай же, о великий царь! Рабы Анхиса наполнили бочки камнями, а сверху насыпали понемногу золота и ценностей, думая, что ахейцы вскроют бочки, уже вернувшись домой. Но обман раскрылся, и цари ахейцев воспылали злобой. Кто-то из лазутчиков Анхиса донес ему, что в ахейском стане неспокойно, и что, скорее всего, Агамемнон уже знает о подмене дани. Анхис испугался и тайно велел нагрузить три своих корабля этим украденным золотом. Корабли он еще прежде тайно спрятал среди рифов, вдали от гавани. В ночь нашествия ахейцев Эней и его воины прорвались из города, и Анхис ушел с ними. Они были готовы к этому! Сели на корабли и отплыли. Анхис думал продать свое золотишко в Египте или еще где-то, где оно в цене. Но корабли попали в шторм, два из них были повреждены, и пришлось брату Приама вернуться и стать на прежнем месте – за рифами. Сейчас они уже почти все починили. Но покуда шла починка, Эней поссорился с одним из своих воинов и как следует его поколотил. Тот убежал, спасаясь от гнева этого громилы, который кулаками плющит камни, нашел где-то лодку и хотел, идя вдоль берега, добраться до Фригии, или еще куда-нибудь. Ну, и по дороге встретил нас! Пейритой недавно прослышал про падение Трои и думал, не удастся ли ему перехватить какой-нибудь ахейский кораблик с троянским добром. Да не тут-то было – ахейцы уплыли очень быстро. Но энеев дружок из желания отомстить этому драчливому герою все нам рассказал! И вот теперь Пейритой ждет завтрашнего утра, а завтра утром, как сказал пленный, корабли Энея выйдут в море. Тут-то Пейритой и нападет на них – в море Эней не сможет так лихо драться, как на земле. И с ним всего семьдесят воинов, их едва хватило, чтобы были гребцы на всех трех кораблях. Так что все двенадцать бочек золота должны достаться Пейритою.

– Он думает, что имеет на них право? – голос Гектора прозвучал глухо.

– Он же не знает, что у Трои есть царь, и что...

Листон запнулся и замолчал.

– И что ему по-прежнему нельзя разбойничать в Троянской бухте? Ну что же – я напомню ему об этом. Сколько у него людей? Мои люди видели четыре корабля.

– На каждом по сто с лишним воинов. Всего нас было четыреста сорок два человека, считая самого предводителя.

– Да, с малым войском Пейритой в море не выходит! – Гектор вновь усмехнулся. – Хорошо. Ты сказал все, что мне было нужно.

– И теперь ты меня отпустишь? – голос разбойника дрогнул.

Молодой царь поморщился.

– Даже странно... Прежде Пейритой не брал на свои корабли трусов. Я сдержу слово, грабитель! Ты не умрешь. Но отпустить тебя сейчас будет неразумно. Пентесилея! – обратился Гектор к амазонке. – Проверь, надежно ли он связан, и запри его в одном из погребов. Особенно его бегство нам повредить не может, но лучше, чтобы он посидел взаперти. Ступай.