Островитяне - Мэри Элис Монро

С Лоуви и Мейсоном я встретился на основном причале. Они разговаривали с каким-то мужчиной, рыжеволосым, с подстриженной бородой.

Когда я подошел, он сразу повернулся ко мне.

— А, привет. Ты же Джейк Поттер, верно?

— Так точно.

— А я Рэндал Пайпер. Старший пожарный на острове. Меня называют Пожарник Рэнд.

— Да, сэр… в смысле, да, мистер Пожарник Рэнд.

Я услышал, как Лоуви захихикала.

— А я знал твоего папу, когда он был маленьким. Он был моим лучшим другом.

Я вгляделся в него.

— Так вы тот рыжеволосый мальчишка на фотографии? Который висит на ветке?

— Я самый, — засмеялся он. — Я лучше всех на острове лазал по деревьям.

Когда он улыбнулся, я узнал мальчика с фотографии.

— То есть вы Рыжик?

Он откинул голову назад и снова захохотал.

— Ух, давно не слышал этого прозвища. Так меня только твой папа называл. Как он там? Есть новости?

Меня будто ударили в солнечное сплетение. Я засунул руки в карманы, опустил голову.

— Мама говорит, он будет долго поправляться. Ему, э-э… ему отняли ногу.

— Господи, — прошептал Пожарник Рэнд. — Не может быть. Поди поверь в такое. Как это ужасно, Джейк. — Он закрыл глаза и некоторое время молчал. Потом с усилием выдохнул и заговорил: — Одну вещь я знаю наверняка. Твой папа — настоящий боец. Он никогда не сдается.

— Да, сэр.

Он ласково сжал мне плечо.

— Он жив, а это самое главное. Тяжелые времена, Джейк, но он обязательно выкарабкается. Он очень сильный. Эрика Поттера так просто не сломаешь. — Рэнд хлопнул меня по плечу. — Уж поверь мне. Поверь — ради него.

Я кивнул, потом отвернулся. Не хотел, чтобы он видел слезы у меня на глазах. Скинул рюкзак, достал оттуда конверт. Взял в руку, ощущая его тяжесть. Внутри лежали письмо и страничка с моими рисунками. «Это тебе, папа», — подумал я. И бросил конверт в почтовый ящик.

— Письмо папе? — догадался Пожарник Рэнд.

— Да, Пожарник Рэнд.

— Уверен, новости от тебя пойдут ему на пользу.

Я низко надвинул кепку на глаза.

— Спасибо. Мне пора.

Я повернулся и пошел обратно. Лоуви и Мейсон молча проводили меня до электромобиля.

— Сочувствую тебе, дружище. — Мейсон положил руку мне на плечо.

— Я уверена, что он поправится, — сказала Лоуви, а потом обняла меня, чем очень удивила.

Я так и застыл, когда она обвила меня руками.

Лоуви тут же меня отпустила и принялась перебирать свою цепочку с черепашкой.

Мы все стояли в неловком молчании.

— Что будем сегодня делать? — спросил Мейсон.

Я передернул плечами.

— Мне все равно.

— Хочешь пойти на пляж? — спросила Лоуви. — Сейчас отлив, походим по берегу. Посмотрим, кого там вынесло из океана.

Я покачал головой, утер пот со лба.

— Слишком жарко. — Самому было противно, что я такой сварливый, но я ничего не мог с собой поделать.

— А может, посидим у меня дома? — предложил Мейсон. — Там прохладно. В видеоигры поиграем.

Я вспомнил, что Хани не разрешает мне играть в видеоигры — но ведь это относится к ее дому, не к дому Мейсона. И потом, ей, похоже, сейчас не до меня. Мне сегодня тоже ни до чего. Хочется в прохладное место и не думать про папу.

— Давай, — сказал я, пожимая плечами. — Чего нет-то?

Мы расселись по своим электромобилям. Черный пластмассовый руль раскалился на солнце. Мейсон показал нам дорогу к своему дому. Когда мы подъехали, я страшно удивился. Дом был огромный — гораздо больше, чем у Хани. Собственно, два дома, соединенные крытой террасой. Я поставил электромобиль в тени, подошел к поджидавшим меня Мейсону и Лоуви.

— А кто с вами живет? — спросил я Мейсона.

— В смысле? Тут я и родители.

— Но у вас же два дома!

Он оглянулся через плечо, увидел, куда я указываю. Рассмеялся.

— Да ну тебя! Это гостевой дом. Мама говорит — потом тут будет ночевать няня.

— Няня?

— Ну которая будет смотреть за ребенком. Когда он родится.

Я покачал головой.

— Вы, похоже, богатые.

Мейсон пожал плечами.

— Наверное. Я даже не знаю. Многие нас гораздо богаче.

«А многие вас гораздо беднее», — подумал я, но вслух этого не сказал. Лоуви поймала мой взгляд, мы скорчили одинаковые рожи. Да, Мейсон явно богатый.

Мейсон стукнул меня локтем по локтю.

— Я страшно голодный. Мама сегодня ездила за продуктами. Пошли поедим.

У меня заурчало в животе. Вот уж не откажусь.

Дом Мейсона оказался настоящим дворцом, спрятанным среди леса. Внутри — огромные помещения с белыми мраморными столешницами, блестящими деревянными полами. И там было чисто. Все лежало на своих местах. Даже пахло там приятно — свежевыстиранным бельем.

Мне стало завидно. Грустно было думать о том, какая грязища в доме у Хани. Да, она пытается навести порядок, я ей помогаю. Но сегодня она снова взялась за старое.

Мейсон открыл огромный холодильник из нержавеющей стали. Я стоял и таращился в изумлении. Внутри — чисто-пречисто. На полках полно фруктов, все мне знакомые, совсем свежие, а еще пакеты с молоком, апельсиновый сок, стаканчики с йогуртом — этикетки обращены наружу, прямо как в магазине.

Мейсон вытащил большой контейнер с нарезанным мясом и сыром. Я подошел поближе и стал смотреть, как он его открывает. Сыр совсем свежий. Никакой плесени. Я взял контейнер с мясом, принюхался.

— Ты чего? — с легкой обидой спросил Мейсон.

— Прости. Видимо, привычка.

Мейсон бросил на меня удивленный взгляд, поставил на стол виноград, морковные палочки, пакет шоколадного молока. Передал нам тарелки и чашки.

В животе у меня так громко заурчало, что Лоуви повернула ко мне голову и подняла брови.

— Кое-кто проголодался, — усмехнулась она.

«Знала бы она», — подумал я. И навалил себе на тарелку всего подряд. Закрыл глаза, откусил от бутерброда. Вкусно так, будто я попал в рай. Я принялся уплетать бутерброд.

— Джейк, ты будто ешь в последний раз в жизни! — заметила Лоуви.

Я налил себе полный стакан шоколадного молока и пожал плечами.

Я сделал себе второй бутерброд, а потом мы с Лоуви забрали свои тарелки и вслед за Мейсоном пошли в общую комнату. Она была огромной, как и все в этом доме. Сюда бы поместились три моих лофта. Впрочем, я бы не променял свой лофт ни на одну комнату на свете.

Я плюхнулся на бин-бэг, Мейсон сунул мне в руки игровой контроллер. Повернулся к Лоуви.

— Ты будешь играть?

Лоуви покачала головой и ушла с тарелкой на диван.

Мейсон сел на второй бин-бэг, включил телевизор.

— А где твоя мама? — удивилась Лоуви.

— Мама много лежит в постели, — объяснил Мейсон, запуская