Два месяца в лесах - Джозеф Ноульс

Рассказчик не раз испытывал смертельный ужас при виде этого пса, выбегающего из ворот и бешено лающего на прохожих.

Если бы мой знакомый безбоязненно не обращал никакого внимания на лай злого пса, пёс угомонился бы очень скоро и спокойно принялся бы обнюхивать ноги прохожего.

Будь я на месте прохожего, я бы и тогда не стал разговаривать с невежливым псом. Я выразил бы полнейшее равнодушие к нему. Это вселило бы в его собачий мозг убеждение, что я его господин, повелитель.

Не думайте, что вы можете сказать какому-нибудь свирепому псу — «милая собачка!», — выражая интонацией вашего голоса беспредельный страх, и этим отделаться от своего свирепого преследователя. Пёс отлично поймёт, что вы его боитесь.

Когда я жил на Медвежьей Горе, меня ежедневно навещал дерзкий чипманк, северо-американская белка. Он вступал со мной в долгую беседу, набивая свой рот крошками моей пищи и убегал прочь для того, чтобы зарыть их. Иной раз он являлся ко мне по три, по четыре раза в день, и при этом вёл себя так, будто и не замечал моего присутствия.

В один прекрасный день, занимаясь приготовлением форели, я услышал невероятную возню за своим шалашом. Я заглянул туда и увидел яростное сражение: мой чипманк дрался с большой красной белкой. Красная белка вторглась во владения чипманка. Это не могло ей пройти безнаказанно.

Сражение было воистину свирепо, так как сражались такие маленькие существа, как чипманк и другая белка. Они кружились по сторонам, прорывались сквозь заросли и кустарники, перелетали через стволы поваленных деревьев, взлетали на деревья и слетали опять на землю. Временами они так сплетались между собой, что можно было видеть только один мохнатый шар, катавшийся по земле. Расходясь, они отдыхали одно мгновение, тяжело дыша, а затем возобновляли битву.

В конце концов пламенный маленький чипманк одолел красную белку и прогнал её из своих владений.

С этого времени белка стала приходить в наши места каждый день и, не подходя близко, принималась издавать сердитые крики и невнятную брань по адресу чипманка — красная белка издаёт звуки, похожие на лай. Иногда она начинала лаять и на меня, так как знала, что чипманк мой приятель. В эти минуты чипманк подходил близко ко мне, играя у моих ног, хотя я никогда не выражал желания завязать с ним дружбу.

Я прекрасно понимал, что происходило в душах обоих маленьких животных.

Я вспоминаю инцидент, случившийся в ранние годы моей охотничьей карьеры.

Однажды весенним утром мой товарищ-зверолов дал мне стальной медвежий капкан, попросив меня отнести его к известному месту у скал. — Вы легко найдёте это место, — сказал он мне, — там стоит высокий дуб, а под ним вы увидите медвежью берлогу.

Я быстро пошёл по указанному направлению и нашёл дуб, о котором говорил мой товарищ. Затем я открыл медвежью берлогу. Расставляя капкан, я увидел лося, стоявшего футах в двадцати от меня. Он глядел на меня в упор и не шевелился. Я также стоял совершенно спокойно. Мне было ясно, что старый бродяга над чем-то ломает голову. Его изумление относилось ко мне. Очевидно, он ждал, что я что-нибудь предприму. Оба его уха были устремлены вперёд.

Спустя несколько мгновений, он откинул одно ухо назад и стал прислушиваться к звукам позади себя. Я всё ещё не шевелился. Вскоре я заметил, что лось слегка повернул голову и откинул назад оба уха. Он говорил самому себе: «Я не могу быть вполне спокоен за свою шкуру. Это странное существо ведёт себя слишком уж непонятно».

Однако, большого страха он не обнаруживал. Я был неподвижен.

Было очень любопытно наблюдать его. Я подумал: интересно, насколько я успею приблизиться к нему прежде, чем он обратится в бегство?

Животное поймало мою мысль налету. Оно сразу сообразило, что я собираюсь приступить к действиям, но только не знало, что именно я собираюсь предпринять. Не сводя с него глаз, я поднял руку к плечу и осторожно снял цепь капкана. С той же осторожностью я положил цепь на выступ скалы.

При этом я не двинул ногой и не переменил положения. Лось видел, что я сделал. Он только не был уверен в том, сошёл ли я с места или нет, и продолжал выжидать.

Внезапно я сделал решительный прыжок в его сторону и очутился приблизительно в десяти футах от него. Лось побежал. Я помчался за ним с той быстротой, на какую только был способен.

Он бежал к пожарищам. Кинувшись в заросли, он неожиданно запутался в них задними ногами. Выбраться было трудно. Он был в моих руках. Однако, он и теперь не испугался, а приготовился к бою. Короткая и жёсткая шерсть на его спине вызывающе вздыбилась. Он даже не пытался высвободить свои ноги, а только смотрел и ждал. Я поговорил с ним немного и обошёл его вокруг. Я видел, что он ждёт от меня чего-то иного. Продолжая беседовать с ним, я по временам отворачивался в сторону и делал вид, что занят.

Настроение лося изменилось. Шерсть на его спине стала опускаться. Вероятно, он думал: «Вот странный человек! Гнался за мной всю дорогу, а теперь, когда поймал меня, ничего со мной не делает, — только стоит и разговаривает?».

Затем он начал освобождать свои ноги. Очутившись снова на воле, он повернул голову и посмотрел на меня. Я казался ему совершенной загадкой. Он не знал, что и подумать обо мне.

В конце концов он медленно двинулся вперёд, оборачиваясь и глядя на меня через каждые несколько шагов.

Главной мыслью его было: «Я не могу разгадать этой глубокой тайны!».

Я уверен, что после того, как я перестал его видеть, он все ещё продолжал следить за мной сквозь деревья чащи.

Мысли всех обитателей леса столь же просты и доступны пониманию, как мысли этого лося.

В лесах одно из интереснейших животных — бобры. За время моей одинокой жизни в лесу я часами наблюдал за бобрами. Их неизменное трудолюбие и умение работать, не затрачивая бесплодно материала, энергии и времени, казались мне истинным вдохновением.

Их запруда перегораживала собой горный ручей. Они значительно расширили образовавшийся пруд, и он принадлежал им теперь по праву. Из года в год, по мере увеличения числа работников, плотина бобров становится выше и прочнее. Разрастаясь, она задерживает всё большее количество ветвей, кольев и брёвен, плывущих по течению, что сильно облегчает бобрам труд по перетаскиванию строительных материалов к воде. Плотина бобров