Сердце ведьмы - Марина Колесова

– Понятно. Не смею мешать. Это в твоей власти.

– Ты хочешь здесь остаться? – озабоченно осведомился он и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Это не самое лучшее место, моя дорогая, да и небезопасное после того как новый сюзерен власть над этим пределом получил. Он молод и непредсказуем. Зачем тебе так рисковать?

– Разве я возражаю? – удивлённо приподняла она бровь.

– Я чувствую, что ты недовольна. Мне бы не хотелось насильно принуждать тебя.

– Ты вправе это сделать.

– Знаю, что вправе, но это не значит, что стану насильно принуждать. Успокойся. Всё будет к твоему удовольствию и тебе на благо. Поэтому спрашиваю и прошу. Так поедешь домой?

– Куда ж я денусь, особенно если ты уже купил моего единственного защитника. Конечно поеду.

– Вот и славно, моя хорошая. Всё хорошо будет. Поверь мне.

Граф отошёл от сестры и, отвязав Ларсена, велел собрать необходимые для переезда вещи.

Когда он, сложив необходимый скарб в несколько небольших узлов, сообщил что готов к отъезду, граф шагнул к нему и, властно протянув руку, потребовал отдать амулет.

– Хозяйка запретила мне им пользоваться, – потупившись, проговорил он.

– У тебя с мозгами как? Я приказал не надеть, а мне отдать! Мне повторить надо?! – граф произнёс это с таким напором, что больше спорить Ларсен не осмелился и, достав его из потайного кармана, отдал.

Граф молча забрал амулет и приказал своим ратникам готовиться к отбытию.

Глава 73

Когда Ларсен вместе с Гретой, как он привык называть Люсьену, в сопровождении хозяйки, хозяина и ратников добрался до замка на острове, где ему предстояло жить, сердце его печально сжалось. Он привык к лесным просторам, а здесь скалистый остров с небольшой рощицей. Даже дичи и то нет никакой. Только чайки гомонят на скалистых горных обрывах.

Однако выбирать не приходилось. Суровый вид хозяина и вымуштрованность всех встречающих их слуг свидетельствовали, что граф не привык не только к неповиновению, но даже возражениям, и явно скор на расправу.

Единственным, что вызывало некоторый оптимизм, это было его отношение к своей сестре. Достаточно было невзначай брошенной фразы его хозяйки, чтобы граф моментально отменил уже отданный приказ.

Так встречающего их дворецкого граф хотел наказать из-за не вытертых насухо после недавнего шторма досок причала, на которых хозяйка немного поскользнулась и чуть было не упала. Но её недовольно скривлённые губы и вопрос: «Ты считаешь это достаточным поводом, если не сообщал о своём прибытии?», заставили его тут же изменить своё мнение о целесообразности наказания. Он лишь потом, улучив момент, когда она не слышала, сквозь зубы процедил, обращаясь к дворецкому: «Ещё раз подобное повторится, и ты очень о том пожалеешь». То как тот вытянулся перед ним и, прижав руку к груди, шёпотом, чтобы хозяйке было не слышно, принялся уверять, что больше ни разу подобного он не допустит, показало, каким непререкаемым авторитетом пользуется хозяин замка у его обитателей.

В самом замке их встретила высокая женщина с довольно пышными формами, увидев которую, хозяйка удивлённо смерила её неодобрительным взглядом и обернулась к брату:

– Ал, кто это?

Тот тут же повернулся к дворецкому и жёстко скомандовал:

– Забери отсюда свою супругу, Лео. С этого момента ей тут не место.

Дворецкий моментально шагнул ближе к той и бесцеремонным жестом схватил за предплечье и потянул в сторону лестницы для слуг, прошептав при этом: «Идём быстро».

– Но, Ваша милость, – явно обескураженная этим приказом женщина, постаралась вывернуться из захвата Лео, – как же так?

– Поторапливайся! – повысил голос граф.

– Слушаюсь! – молодцевато отозвался Лео и, применив силу, грубо выволок всё ещё упирающуюся женщину из холла, при этом на губах его промелькнула злорадная усмешка.

Проводив их долгим взглядом, хозяйка обернулась к брату:

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Не озадачивайся. Я насильно женил Лео, подобрав не самую лучшую партию для него, и запретил ей перечить. Это было наказание за твоё похищение. Теперь, раз ты вернулась, правила игры я поменяю.

– Ты хочешь теперь уже ей запретить перечить ему?

– Само собой.

– Он расплачивался за мою потерю, а за что её хочешь заставить расплатиться?

– За отвратительный характер. Будь она ласковой женой, то проблем бы сейчас у неё не было.

– Ты выбрал именно ту, которая ласковой быть не может.

– Поэтому сейчас Лео займётся её перевоспитанием, и она сможет быть, по крайней мере, покорной.

– А если не сможет?

– С ним? С ним сможет, – уверенно произнёс граф.

– Я не смогла даже с тобой, – с усмешкой покачала головой хозяйка в ответ на столь безапелляционное заявление брата.

– Нашла кого сравнивать с собой. Ещё бы собаку с собой сравнила или кота, – поморщился он, не скрывая неприязненной брезгливости.

– Кстати, о котах. Где труп моего кота похоронили?

– Не смогли достать его труп. Извини. Прибоем унесло и течением. Так что в пучине вод его тело нашло последнее пристанище. А ты откуда знаешь о его кончине?

– Так он выжить и помог. Вот его на это спровоцировал, – хозяйка кивнула в сторону Ларсена. – Я об одном просила, а котик мой явно постарался по-другому всё вывернуть, свой посыл к моему добавив.

– Что ж, я благодарен ему за это. Блохастый оказался намного умнее, чем я предполагал. Ладно, прервёмся ненадолго, идёмте, переоденетесь с дороги, и за ужином продолжим разговоры.

На следующее утро граф уплыл, оставив их в замке на острове.

По тому, как вела себя Грета, Ларсен понял, что для неё здесь всё знакомо, ей всё нравится, и чувствует она себя в замке даже комфортнее, чем в их доме в лесу. Ему же было немного не по себе. Напрягало отсутствие хоть каких-либо заданий для него, и он маялся бездельем. Готовый помочь с решением любого возникающего вопроса дворецкий на всё его вопросы, чем бы он мог быть полезен, разводил руками и отвечал, что не в его компетенции хоть чем-то его озадачивать. Хозяйка на его сетования лишь улыбалась, предлагая отдыхать, наслаждаться морским пейзажем и прогулками по свежему воздуху.

***

Так прошло несколько недель, а потом, накануне полнолуния, на остров на большом корабле вернулся граф, и слуги долго разгружали какие-то большие ящики, к которым его не подпустили, несмотря его на предложения о помощи.

Ближе к ночи граф приказал Грете отправиться в их комнату и оставаться там до утра, а ему следовать за собой.

Они вышли из замка и прошли к роще, где