Сердце ведьмы - Марина Колесова

– Откуда они здесь? На острове ещё вчера ни одной козы не было, – не смог сдержать он удивлённого возгласа.

– Это подарок для тебя. Ты заслужил небольшое развлечение, – с лёгкой усмешкой пояснил граф, а потом достал из кармана его амулет и сделал жест, приказывающий подойти ближе.

– Нет, – Ларсен попятился, – хозяйка запретила мне его надевать.

– Я сам его на тебя надену. Иди сюда, – граф вновь поманил его.

Не смея поверить, что запрет может быть так просто нарушен и в то же время испытывая радостное предвкушение от неожиданно открывающихся вновь перспектив, Ларсен вплотную подошёл и, посмотрев ему прямо в глаза, тихо спросил:

– Хозяин, вы уверены, что ей это понравится?

– Это не твоя забота. Так что не бери в голову и развлекись по полной. Лишь козла не трогай, пусть самок покрывает, чтобы потомство регулярно приносили.

– Как прикажите, хозяин, – Ларсен постарался придать голосу безразличную покорность, тогда как внутри всё ликовало от обретённой вновь возможности следовать своему инстинкту и зову природы.

Амулет лёг на его грудь, и в то же мгновение всё тело начало наполняться первобытной силой, преобразующей каждую клеточку организма.

Он упал на колени, и из груди вырвался звериный вой, окончательно настраивающий его на новый облик. Тело начало изменять пропорции и покрываться шерстью. Голова вытянулась и приняла форму волчьей морды, на пальцах появились огромные когти, а зубы превратились в острые клыки.

Мышцы, напитанные энергией, напряглись, и он, сделав скачок, бросился в сторону скопления коз. Уже через пару мгновений одна из них оказалась в его когтистых, цепких объятиях, и его клыки впились в её шею, стремясь перекусить яремную вену.

Терзая молодую, нежную плоть он услышал за спиной полный негодования крик хозяйки: «Вот как ты мог, Ал?! Скотина ты мерзопакостная! Вот зачем?! Зачем?!», а потом звук нескольких звонких пощёчин.

Внутренне непроизвольно напрягся, но, несмотря на гнев хозяйки, не смог прерваться, поскольку прямого приказа остановить действо не было.

– Тихо, тихо, моя дорогая, – тем временем послышался в ответ негромкий голос хозяина, – не кипятись и не отвлекай мальчика. Ты и так очень долго держала его на голодном пайке. Дай наконец возможность утолить голод. Не мешай насладиться процессом в полной мере.

– Зачем?! Вот зачем, Ал?! – в голосе хозяйки послышались слёзы.

– Успокойся и чуть-чуть подожди, моя хорошая. Сейчас всё поймёшь, имей терпение.

– Почему тебе обязательно надо ломать чужие жизни?

– Ничего я не ломаю, а, напротив, стремлюсь дать возможность полноценно жить и ему, и тебе. У тебя извращённое восприятие из-за предвзятого ко мне отношения. Взгляни на ситуацию беспристрастно, и поймёшь, что я действую исключительно в твоих, а соответственно и его интересах.

– Какой мой интерес? Нет у меня никаких интересов!

– Потерпи немного, и будут, моя радость. Обязательно будут.

Голоса стихли, и Ларсен, полностью отдавшись внутренним инстинктам, погрузился в процесс пожирания жертвы.

Когда от козы остались лишь жалкие останки, и всё тело наполнилось пьянящим ощущением умиротворения и благодати, он услышал громкий и требовательный приказ хозяина:

– Иди сюда! Быстро! И на колени встань!

Оторвавшись от окровавленного скелета козы с остатками плоти и шкуры, Ларсен отряхнулся и быстро подошёл к стоявшему неподалёку от него графу.

Тот сжимал в крепких объятиях сестру и как только Ларсен приблизился к ним и опустился перед ними на колени, требовательным тоном проговорил:

– Мира, чуть наклонись и обхвати ладонями его голову!

– Я не понимаю, Ал, что за бред, зачем тебе это нужно, что ты задумал? – возразила она, пытаясь брезгливо отстраниться от его перепачканного кровью тела.

– Делай, что говорю! – рявкнул тот таким тоном, что Ларсен непроизвольно сжался.

– И не подумаю, – хозяйка дернулась в объятиях брата, стараясь высвободиться.

– Мирочка, не зли меня, если не сделаешь, я сейчас его наизнанку перед тобой выверну! Ты ведь знаешь, на что я способен, поэтому не нарывайся, по-хорошему тебя прошу, – сбавил тон хозяин, но в нём слышалась такая угроза, что по спине Ларсена пробежал непроизвольный озноб.

– На! Подавись ты уже этой своей властью надо мной! Сделала. Что ещё хочешь? – на голову Ларсена легли руки хозяйки, и её ладони плотно прижались к вискам.

В голове у него тут же всё поплыло, тело охватил лёгкий озноб, восприятие реальности дрогнуло, и сознание полностью отключилось.

***

Когда Ларсен пришёл в себя, он лежал на земле всё ещё в зверином обличье. Медленно приподнялся, огляделся.

Чуть поодаль от него, на серебристой от сияния луны траве лежал граф плотно сплетясь в объятиях с сестрой. Платье у неё было задрано и местами разорвано, а судя по запрокинутой голове, она была без сознания.

Негодование и ненависть полностью затопили его сознание: Каков подлец, воспользовавшись его связью с хозяйкой, перебросил на неё всю его энергетику, а потом, использовав инцест, откачал всё сам. Нет, он был не против поделиться с ним, но только не таким мерзким способом.

Преодолев слабость и головокружение, Ларсен медленно поднялся с земли, шагнул к своему новому хозяину и рывком, в который вложил все свои силы, отдёрнул его от сестры, хрипло выдохнув при этом:

– Побойся Творца! Лучше меня напрямую прикончи, чем такой мерзостью с сестрой заниматься! Я сам тебе всё отдам, но её ещё раз коснуться лишь через мой труп сможешь!

– Свали в туман! – на редкость беззлобно выдохнул граф, отпихивая его от себя – Никакая она мне не сестра по крови, так что инцеста не было, забудь и гуляй до утра.

– А кто она?

– Жена она моя! Жена! Только официально я это не могу оформить, поскольку церковники за ней охотятся, вот покойной моей сестрой и представлял её.

– Тогда почему она не стремилась к вам вернуться и не особо рада была видеть?

– Ты очень много вопросов задаёшь… Не по любви она свою жизнь с моей связала. Я люблю её, она меня нет, но зарок тем не менее мне дала. Так что сваливай в туман и не суй больше свой нос в наши с ней дела, а то не только без него, а без головы рискуешь остаться… Иди, гуляй до утра, развлекайся, можешь ещё парочку коз оприходовать, в случае необходимости, я потом ещё завезу.

– Я хочу быть уверен, что с ней всё в порядке.

– С ней более чем всё в порядке, но если так переживаешь, руку вон её тронь и всё поймёшь.

Ларсен, осторожно приблизившись, наклонился и коснулся руки всё ещё лежащей в