Дублин - Эдвард Резерфорд

И вскоре после этого он и его люди уехали.

А Финн О’Бирн улыбнулся им вслед. И принялся гадать, что они могут сделать с этой женщиной. Будет знать, как презирать его, Финна!

Бригид и Уильям почти уже добрались до того места, где огромное плато вдоль хребта гор Уиклоу резко обрывалось, падая вниз, к бассейну реки Лиффи, когда увидели троих всадников — мужчин в военных мундирах, а потому не слишком обеспокоились.

Они не спешили, перебираясь через горы. День был на удивление теплым. Когда всадники приблизились, Бригид и Уильям повернули лошадей немного в сторону, чтобы дать им проехать. Но те остановились.

Эти трое йоменов ехали уже несколько часов. Им было жарко, они устали и были слегка раздражены. Через горы вело несколько дорог, и люди Ионы разделились на несколько маленьких групп, чтобы проверить каждую из них. Им сообщили только то, что молодой человек — протестант из важной семьи и с ним следует обращаться осторожно, а женщина — папистка, дочь Конала Смита. Вот ее надо поймать и допросить.

Йомены представляли собой пеструю смесь. Даже в небольшом отряде Ионы Баджа имелись и солидные горожане, и парни, которые просто искали повода проявить жестокость.

Они приказали Уильяму и Бригид спешиться. Поскольку йомены были вооружены, им пришлось повиноваться. Один из йоменов, человек со светлыми волосами, немного старше двух других, тоже спешился. И повернулся к Бригид:

— Ты Бригид Смит?

— Я достопочтенный Уильям Уолш, — решительно вмешался Уильям. — Мой отец — лорд Маунтуолш, и эта леди находится под моей защитой. Советую вам дать ей проехать дальше.

— Да вы-то можете себе ехать, джентльмен, — проворчал мужчина. — Но вот эту женщину желает видеть капитан Бадж. У меня такой приказ.

Он бесцеремонно окинул Бригид одобрительным взглядом. За последние недели он, выгоняя разных папистов из их хижин, несколько раз сталкивался с весьма красивыми женщинами. Одну молодую жену паписта он в особенности запомнил. То был ночной рейд, и он застал ее одну в пустом коровнике. Конечно, она кричала, но те его товарищи, кто это слышал, лишь смеялись. Лакомый был кусочек. А эта зеленоглазая женщина одета как леди, но разве она не была просто дочерью того типа, что болтается на веревке на мосту возле Уиклоу? И местечко здесь тихое.

— Мы дождемся капитана здесь, — сказал он своим товарищам. — А вы проводите молодого джентльмена до Дублинской дороги.

— Я отказываюсь уезжать, — заявил Уильям.

— И что мы будем делать, Нобби? — спросил один йомен, ухмыляясь.

Нобби подумал, что в любом другом случае он просто убил бы мальчишку и сделал с женщиной что захочется. Но из-за приказа Баджа этот щенок-аристократ мог над ними издеваться.

И тут ему в голову пришло кое-что другое. Если парень заявляет о своей ответственности за бунтовщицу-папистку, то это совсем негоже для его положения. Ладно, он им покажет. Он посмотрел на спутника и многозначительно кивнул:

— Поможем молодому джентльмену найти дорогу.

Уильям хотел возразить, но два всадника лишь усмехнулись. Один из них схватил поводья лошади Уильяма. И как-то вдруг йомены развернулись и оказались по обе стороны от Уильяма. Действуя так быстро, что он просто не успел ничего предпринять, они схватили его за руки и увлекли за собой. Уильям сопротивлялся как мог, оглядываясь через плечо. А Нобби, просто для того, чтобы показать щенку, кто тут главный, наклонился вперед и схватил Бригид за грудь.

— А мы тут пока найдем чем заняться, — сказал он.

Бригид вскрикнула. Уильям с неожиданной силой вырвался на свободу. Оба всадника со смехом проехали еще несколько шагов и повернули обратно. Но Уильям бежал со всех ног к Бригид. И уже выхватил меч.

Нобби с проклятием дернул плащ на Бригид, но был вынужден повернуться к Уильяму. Бригид, пылая яростью, выхватила свой кинжал. Но этого Нобби не видел. Перед ним, задыхаясь, стоял Уильям с обнаженным мечом.

— Оставь ее в покое, ты, грязная скотина, или пожалеешь! — крикнул он.

Лицо йомена покраснело от злости. Он не собирался выслушивать такие оскорбления на глазах товарищей, да еще от какого-то поганого мальчишки. Забыв обо всех приказах, он еще раз выругался, тоже выхватил меч и бросился на Уильяма.

А Уильям от гнева побледнел. Ему ни разу в жизни пока не приходилось сражаться по-настоящему, но, в отличие от Нобби, он серьезно учился фехтованию. И когда йомен бросился на него, метя в шею, Уильям машинально встал в позицию, отразил удар и сделал выпад. И Нобби застыл, разинув рот, с мечом в сердце. Потом упал на колени. Уильям выдернул меч. Нобби рухнул на землю лицом вперед.

За спиной Уильяма двое йоменов в изумлении переглянулись. Такого не должно было случиться! Должны ли они теперь убить этого мальчишку? Они не знали. А Уильям уже повернулся к ним лицом. Он был чрезвычайно бледен, однако собран. Он держал меч, красный от крови, но Уильям не предлагал сразиться. Он ждал. Бригид поправляла на себе одежду. В ее руке был кинжал. Несколько мгновений царила полная тишина.

А потом они вдруг заметили примерно в полумиле другой отряд, поднимавшийся по тропе в их сторону, и один из йоменов с облегчением воскликнул:

— Это капитан!

Подъехав к ним, Иона Бадж с одного взгляда все понял. Ему не нужно было спрашивать, что здесь произошло. Он знал Нобби. И видел смущение и неловкость на лицах двоих йоменов, ярость Бригид и праведное негодование юного Уильяма.

Иона Бадж был мужчиной высоким, грубоватой внешности, но умел очень быстро думать. Он спешился. Спокойно подойдя к Уильяму, он слегка наклонил голову и попросил отдать ему меч. Уильям отдал ему свое оружие. Потом Иона шагнул к Бригид и вежливо протянул руку к кинжалу. Бригид неохотно уступила.

— Спасибо, — сказал Иона.

Он подошел к телу Нобби, перевернул его и, наклонившись, осмотрел рану. Потом осторожно, но решительно он воткнул кинжал Бригид в рану, а меч Уильяма насухо вытер о траву, выпрямился и посмотрел на спутников Нобби:

— Похоже, женщина его заколола, когда он пытался ее задержать.

Йомены уставились на него, но затем на их лицах вспыхнуло нечто вроде света понимания.

— Да, сэр. Так и было.

— Нет! — вскрикнул Уильям.

Он смотрел на йоменов в ужасе и изумлении.

— И вы, без сомнения, готовы в том поклясться? — продолжил Бадж, совершенно не обращая внимания на Уильяма.

— Да, сэр! Никаких проблем!

— Но все было не так! — закричал Уильям. — Этот человек пытался ее изнасиловать, а когда я окликнул его, бросился на меня. Это я убил его!

Бадж сурово посмотрел на двоих йоменов, потом на тех, что приехали с ним.

— Никаких сомнений, все поняли? С этого момента.

— Да, сэр, никаких сомнений, — поспешили подтвердить солдаты. — Она его заколола, точно.