Путь командарма - Сергей Бортников

Хаммельбург.

Начало декабря 1942 года

В общей сложности в Хаммельбургском лагере находилось свыше 18 000 советских офицеров, из них более 5000 попали в плен еще в декабре 1941 года. Узники тщательно проверялись гестапо на предмет выявления так называемых «особо опасных элементов» – политработников, интеллигентов, евреев. Их сразу же уничтожали. Только до лета 1942 года было расстреляно не менее 1100 «неблагонадежных» лиц.

Чтобы избежать печальной участи, некоторые из красных офицеров добровольно соглашались сотрудничать с фашистами. Из них в лагере вскоре создали комитет «Русской трудовой народной партии – РТНП», цель которой заключалась в свержении Советской власти при помощи фашистской Германии. Добровольные помощники СС немедленно доносили администрации лагеря об антифашистских настроениях некоторых товарищей по несчастью.

С другой стороны, находились и такие, кто и за колючей проволокой вынашивал планы сопротивления: мятежа, побега и даже вооруженного восстания. Самыми активными из них были Тхор и Шепетов.

Генерал-майора Тхора Потапов знал очень давно, еще со времен Халкин-Гола. Практически накануне Великой Отечественной войны Григория Илларионовича назначили заместителем командира 62-й тяжелой авиационной дивизии, входившей в состав 5-й армии!

А вот с Героем Советского Союза Иваном Михайловичем Шепетовым пришлось знакомиться уже в лагере. В августе 1941 года он командовал дивизией на Южном фронте и вскоре угодил в окружение. Но сумел вырваться из него, одновременно обеспечив коридор для выхода основных сил 18-й армии, за что ему и была присвоена высшая правительственная награда.

Командовал генерал не из щелей блиндажа, а с передовой, непрерывно находясь в самой гуще событий. В мае 1942 года, когда его 14-я гвардейская стрелковая дивизия снова оказалась в окружении, теперь уже под Харьковом, получил тяжелое ранение и попал в плен.

В планах Шепетова и Тхора был массовый побег из Хаммельбурга, но об этом ни Потапову, ни Музыченко они пока еще ничего не говорили…