Дар - Мария Унт

Я проснулась от яркого света за окном. Открыла глаза и удивилась: в комнате по-прежнему никого не было. Откинув одеяло, я убедилась, что события ночи вовсе не приснились мне. С удивлением я заметила, что другая моя нога тоже в полном порядке, – огромный синяк бесследно исчез.

Я села на кровати и поняла, что и боль в груди прошла. Тогда я начала разматывать бинты на пальцах и переломанной руке. К моему восторгу и пальцы, и рука были совершенно здоровы.

– Как новенькая! – сказала я вслух и поспешила встать с кровати.

От резкого подъема у меня потемнело в глазах, и я была вынуждена сесть на край постели. Приступ дурноты прошел, и, осторожно встав, я начала искать свою одежду. На полу я нашла довольно широкую и теплую шаль Сабрины, которую она, очевидно, уронила ночью, выбегая из комнаты. Завернувшись в нее, я подошла к двери и повернула ручку. Я была в полной уверенности, что дверь не поддастся, и с величайшим удивлением обнаружила обратное. Приоткрыв ее, я никого не увидела и осторожно вышла в коридор. Мне хотелось скорее выбраться из этого дома. Я не слышала никаких звуков, пока спускалась по лестнице. Наверное, было очень рано, и все еще спали, а может, покинули дом вслед за Сабриной. Спустившись на первый этаж, я оказалась в таверне. Везде стояли стулья и столы. Выход находился в нескольких футах от меня. Я ринулась к двери. Меня не смутило даже то, что я была босая. Увы, дверь оказалась заперта. «Нужно искать заднюю дверь», – решила я, но тут услышала голос Джерома:

– Куда это вы собрались, леди?

Я обернулась и увидела, как он в своем ярком и пестром цирковом костюме стоит за барной стойкой и потягивает вино из бокала.

– Вы поражаете нас своим удивительно быстрым выздоровлением. Должен сказать, что никогда прежде не видел такого. Все наши фокусы – сплошная мишура по сравнению с вами.

Тут он с удивительной для его грузного тела легкостью перепрыгнул через стойку и направился ко мне.

Я не знала, следует ли мне бежать, и стояла завернутая в шаль, в оцепенении глядя на него.

– Милая, я прошу простить мне мою былую грубость. Я думаю, что такое доброе и очаровательное создание, как вы, уже успело позабыть все наши маленькие недоразумения. Вы же знаете, я действовал, исходя из обстоятельств, – сказал он с самым невинным видом.

– Ошибаетесь, я ничего не забыла, – ответила я.

– Ну-ну, не будем снова ссориться. Я мог оставить вас помирать на куче этих бревен, но нет, я вызвал самого лучшего в этом городе врача. Неужели вы не чувствуете себя обязанной мне?

– Нисколечко.

– Вы так молоды, так мало знаете жизнь. Пройдет время, и вы скажете мне спасибо. Не хотите ли поесть? Помнится, после прошлого инцидента с Джо у вас был волчий аппетит. Посмотрите налево! Видите? Стол накрыт специально для вас.

Я действительно умирала с голоду и, увидев обилие пищи на столе, не удержалась. Ноги сами понесли меня к яствам, и я набросилась на еду. Сладкое, соленое, жареное, вареное, мучное – я все ела вперемешку. Джером сел напротив меня и дружелюбно улыбался, время от времени подливая мне воды в бокал.

Почувствовав, что наелась, я отложила вилку и нож в сторону и внимательно посмотрела на Джерома.

– Сейчас, когда вы насытились и успокоились, я думаю, мне будет проще поговорить с вами.

– Я слушаю.

– Я хочу предложить вам сделку. Если мне не изменяет память, убегая с Алессандро, вы хотели колесить по миру с цирком, участвовать в представлениях. Я могу научить вас трюкам и фокусам, гораздо более впечатляющим, нежели те, что вы видели у себя в городке. Даже вашему Алессандро ничего не известно о них. Вы были бы звездой цирка, сколотили бы себе целое состояние и прославились бы. Вы смогли бы с достоинством вернуться домой.

– Что с Алессандро? – спросила я, вспомнив, что ничего не знаю о нем с той самой ночи на крыши.

– С ним все в порядке. Не беспокойтесь. Так что вы скажете на мое предложение?

– Я не понимаю одного, если я вам так нужна, почему вы предлагаете это только сейчас? – спросила я.

На секунду Джером замялся, но тут же ответил:

– Вся наша поездка была маленьким испытанием для вас, которое вы успешно прошли.

Я вспомнила о том, что говорил мне Алессандро. Про «них» и про то, что «они» давно занимаются похищением девушек, а также про то, что его сестра находится в опасности из-за «них».

– Мне кажется, вы мне врете. Я была нужна вам не для этого, но сейчас ваши планы почему-то изменились, – сказала я.

Джером резко встал и подошел ко мне. Я тоже встала и в упор посмотрела на него.

– Я хочу спасти вас, а вы сами отталкиваете меня. Хорошо, я скажу вам правду, раз вы так настаиваете. Вас везли сюда, чтобы передать в руки одному джентльмену. Я же предлагаю вам свободу.

– Что еще за джентльмен, и зачем я ему нужна?

– Долго рассказывать. Мы могли бы обсудить это во время нашей поездки. Экипаж уже ждет нас на улице. Нам нужно поспешить, пока еще рано.

– Вы не ответили про джентльмена. Я не сдвинусь с этого места, пока вы не расскажете мне о нем, – настаивала я.

– В таком случае придется тащить вас, – Джером уже было схватил меня за руку, как вдруг сзади нас раздался знакомый низкий мужской голос.

– Браво, браво, мой добрый друг Джером! – сказал мужчина, выходя из-под лестницы. – Я стоял тут с самого начала вашего разговора и слышал всю вашу душещипательную беседу от начала до конца.

Незнакомец вышел на свет. Он был высок и очень хорошо одет. Даже издали я уловила запах дорогих духов. Его темные волосы были зачесаны назад. Бледная кожа придавала ему болезненный, но в тоже время аристократичный вид. Его лицо со столь правильными чертами лица было мне знакомо.

«Да это же тот человек, которого я видела у доктора Айзека», – вспомнила я.

– Энтони Шелдон к вашим услугам, – обратился он ко мне. – Помнится, мы встречались с вами, только при других обстоятельствах.

– Энтони, – сказал Джером и тут же нервно сглотнул, – ты все не так понял. Я просто…

– Я все прекрасно понял. Ты предложил бежать ей сейчас только потому, что увидел, насколько она необычна. С ней ты бы смог устраивать хорошие представления и наживаться на ее страданиях. Это нехорошо. Тем более что ты вез ее сюда не для этого, – спокойно сказал Энтони Шелдон.

– Да нет же, я… – Джером не успел договорить, потому как Энтони молниеносно оказался возле него и, схватив за горло, приподнял над землей.

– Слушай меня, жалкий пес, – начал Энтони, – я сохраню тебе жизнь только для того, чтобы ты сегодня же собрал своих жалких людишек и убрался вместе с ними. И чтобы наши пути больше не пересекались! Или, клянусь, ты пожалеешь, что родился на свет!

Энтони разжал руку, и задыхавшийся Джером рухнул на пол, судорожно кашляя.