Дар - Мария Унт

«Значит, Алессандро был всего лишь шпионом. Но почему он тогда говорил о своей сестре Ясмин и о том, что мне лучше бежать?» – подумала я.

– Так что же это за миссия? – спросила я.

– Пока что рано об этом говорить, – ответил Энтони. – Кстати, наверху, под кроватью, лежит чемодан. Соберите туда все, что вам может понадобиться в течение ближайшего времени. Платья, как вы уже успели заметить, висят в шкафу. Все остальное поищите в комоде, под зеркалом. Как только будете готовы, спускайтесь вниз.

– Мы куда-то уезжаем?

– Вопросы здесь задаю я. Подойдите сюда! – приказал Энтони.

Я боялась его. Не знаю почему, но за время нашего разговора он начал вызывать во мне дикий ужас. Тогда я еще не знала, о чем меня предупреждал Алессандро, но подсознательно чувствовала опасность. Надо было попробовать сделать что-либо для побега, но страх сковал меня.

– Вы не расслышали? Подойдите сюда, – еще раз повелительным тоном сказал Энтони.

Я встала и подошла к нему. Зная о его физической силе, мне не хотелось проверять ее на себе.

– Дайте мне свою руку, – приказал он.

Я протянула ему свою дрожащую руку и почувствовала, как ледяные пальцы сжали мое запястье. Хватка у него была сильной, но больше всего меня удивило его холодное прикосновение. Держа меня за запястье одной рукой, другой он поднял вверх манжету моего рукава, оголив локтевой сгиб руки.

– Какая тонкая, нежная, белая кожа, – усмехнувшись, сказал Энтони.

Вдруг я услышала щелчок, и в руке Энтони что-то блеснуло. Он резко провел этим предметом вдоль моей руки. Я даже не успела почувствовать боль, как предмет уже скрылся в рукаве мужчины.

Алой струей по моей руке полилась горячая кровь. Тут я почувствовала жгучую боль и попыталась вырваться, но Энтони держал меня мертвой хваткой. Тогда я попробовала ударить его рукой, но он перехватил ее и держал меня уже двумя руками. Быстро, словно кошка, он поднялся из своего кресла и в считанные секунды оказался у меня за спиной. Энтони держал меня так, что я не могла пошевелиться, тогда как моя правая рука с порезом оказалась вытянутой вперед. Повернув голову, я увидела, что мужчина сосредоточенно смотрел на мою руку, не обращая внимания ни на что вокруг себя. В отчаяньи, понимая, что не могу ничего сделать, я истошно закричала.

Энтони сильно тряхнул меня и ровным спокойным голосом, так обычно говорят о самых простых и обыденных вещах, сказал мне на ухо:

– Если ты не прекратишь орать, я отрежу по большому пальцу с каждой твоей маленькой ручки.

Меня испугала не сама угроза, а ледяной и спокойный тон, каким она была сказана. Поэтому я решила замолчать. Не поверить угрозе Шелдона было просто невозможно.

«Все же Алессандро был прав. Я попала в опасную ловушку. Нужно что-то делать», – подумала я.

От испуга и переживаний я совсем забыла, из-за чего все это происходит и почти не ощущала боли. Когда я снова посмотрела на свою руку, то увидела, что кровь перестала течь. Рана затягивалась очень быстро, и от пореза осталась лишь царапина с запекшейся кровью по краям, а через какое-то время и сама царапина пропала. Рука была снова целой и невредимой, только немного запачканной кровью.

Энтони резко отпустил меня, и от неожиданности я оступилась и упала на пол. Но он, как будто не замечая меня, отвернулся к окну и сказал что-то. Я не расслышала всей фразы, уловила только ее конец «…неужели я нашел это?».

Я встала и, осторожно выйдя из комнаты, сразу кинулась к входной двери, которая, конечно же, была заперта. Я бросилась в другой конец дома, пробуя открыть по пути все двери, но они были заперты. Незарешеченные окна были заколочены досками. Я в ужасе понимала, что мне некуда бежать. И никто не придет мне на помощь, хотя бы потому, что никто не знает, где я нахожусь. Даже если родители обратились в полицию, вряд ли меня станут искать так далеко от дома. Если им удалось проследить путь циркового каравана, то сейчас я была далеко и от него. Надежды на спасение со стороны не было. Меня могут убить, и никто не узнает об этом. Только в этот момент я наконец поняла, в какую страшную ситуацию попала. Цыганский табор показался бы мне сейчас раем.

Я стояла в темном углу, рядом с очередной запертой дверью, ведущей неизвестно куда. Сердце колотилось как бешеное, голова была полна мыслей. Как вдруг за спиной я услышала голос Энтони:

– Ты зря ищешь выход. Его здесь нет. Единственный выход для тебя – это собрать нужные тебе вещи и поехать со мной.

Я уже поняла, что лучше его не злить. Поэтому решила во всем подчиняться ему, по крайней мере, сейчас. А там будет видно. Не станет же он все время скрывать меня от внешнего мира? Я смогу выпрыгнуть из того же экипажа и убежать. Я повернулась к нему лицом и, смотря в пол, тихо спросила:

– Если я буду делать все, что вы мне говорите, вы меня потом отпустите?

– Даю слово, – сказал он.

Я знала, что он врет, как врал и тогда, когда объяснял, почему выбрал своей жертвой именно меня. Но что мне оставалось, кроме как согласиться с ним? Хотя бы на какое-то время.

– Хорошо. Я соберу вещи и спущусь вниз.

– Хорошая девочка, – услышала я вслед себе.

* * *

Мы выехали незамедлительно, как только я с чемоданом в руках спустилась в холл. На этот раз возле дверей нас ждал не экипаж, а большой автомобиль. Это была моя первая поездка на автомобиле. Жаль, что она случилась при таких обстоятельствах.

За рулем машины сидел водитель Энтони – бледный, светловолосый человек. Стоило мне закрыть за собой дверь, как он тут же завел двигатель и тронулся с места. Энтони опустил плотные шторы на окнах автомобиля, и мы погрузились в полумрак. Через какое-то время он закурил. Теперь я могла видеть ярко-красную огненную точку его сигары. Словно кровавый глаз, она смотрела на меня из темноты. От едкого табачного дыма мне стало плохо: закружилась голова и начало тошнить. Мне было так дурно, что я инстинктивно попыталась открыть дверь автомобиля, но она не поддавалась.

– Хотите сбежать? – услышала я голос Энтони.

– Мне дурно. Остановитесь, – взмолилась я. Энтони ничего не ответил, но через какое-то время взял меня за руку и положил на ладонь какую-то пилюлю.

– Проглоти это, и тебе станет легче, – сказал он.

– Откуда мне знать, что это не яд? – спросила я.

– Я мог убить тебя еще утром. Это было бы гораздо проще, нежели убивать тебя сейчас. Да и какой в этом смысл? – сказал Энтони.

Я проглотила таблетку, и через какое-то время мне действительно стало лучше, даже страх прошел, и в конце концов я задремала.

Меня разбудил свежий и прохладный поток воздуха, коснувшийся лица. Очнувшись от беспокойного сна, я увидела открытую дверь автомобиля и стоявшего возле нее Энтони.

Как только я вышла из авто, Энтони взял меня под руку и повел вперед. Была ночь, поэтому хорошенько разглядеть место, где мы остановились, у меня не получилось. К тому же я все еще была вялой после пилюли. Но все же я увидела, что мы идем к главному входу огромного, по всей видимости, старинного особняка, по обеим сторонам которого раскинулся парк. Тяжелая деревянная дверь, как по волшебству, отворилась. Оказалось, ее нам открыла полная женщина, державшая в руке серебряный подсвечник с толстой зажженной свечой.