Ночной визит - Николай Алексеевич Киселев

Они устроились за соседним столиком, отхлебывая пиво, громко переговаривались. Из их разговора Сергей понял, что подгулявшие приятели сегодня свободны от работы, а завтра заступят в ночную смену.

На другой день Сергей появился в закусочной в часы окончания работы. Он пришел первым и занял место за столиком. Вскоре закусочная стала заполняться народом. Среди рабочих он узнал веснушчатого паренька. Тот, видно, спешил. Мест за столами не было. Но, когда паренек с кружкой пива в руке проходил мимо Сергея, тот окликнул его:

— Садись, друг! Я ухожу.

Паренек благодарно улыбнулся и сел.

С той поры Сергей стал наведываться в закусочную часто. И его надежды оправдались. Прошла неделя, и он опять встретился с веснушчатым пареньком, кивнул ему, как старому знакомому:

— Присаживайся. Место свободное.

Некоторое время они пили пиво молча. Потом Сергей, как бы невзначай, спросил:

— С этой недели в дневной работаешь?

— В дневной. — Паренек поморщился, покрутил головой. — Гульнули вчера… До сих пор в голове метель…

— Ну, это легко поправить! — Сергей проворно поднялся, подошел к стойке, взял бутылку водки, колбасы, сыра, принес еще две кружки пива. — Чем убился, тем и лечись, — пошутил он, разливая водку по стаканам. — За знакомство! Тебя как величать?

— Иваном.

— А меня — Валерием. Пей, Ванюша! — Сергей поднял стакан, звонко чокнулся с пареньком и залпом выпил водку.

Паренек, видно, чтобы не отстать, сделал то же самое.

— Вот это по-нашенски, по-рабочему! — одобрил Сергей, запивая из кружки.

Вечером, когда стемнело, Владимир подошел к маленькому домику, утопавшему в пожелтевших кустах сирени, и постучал. Дверь отворила стройная молодая женщина.

— Эльвира Леоновна? — вежливо осведомился Владимир.

— Да, это я, — ответила женщина, с порога вглядываясь в незнакомого посетителя.

— Я разыскал вас по просьбе друзей, — сказал Владимир, входя в дом и плотно затворяя за собой дверь.

— Друзей? — удивилась женщина. — Вы меня пытаетесь интриговать. Я прямо сгораю от любопытства. Каких же?

— Наших общих, американцев.

Эльвира отшатнулась:

— Что вы сказали? У меня нет друзей американцев.

— Напрасно вы так думаете. Сейчас американцы друзья всем тем, кто в войну был близок к немцам.

— Я не знаю никаких немцев! Что вам нужно?!

— Спокойно, спокойно, Эльвира Леоновна. Шеф уверял меня, что вы весьма уравновешенная женщина, а он редко ошибается.

При слове «шеф» Эльвира пожала плечами; было видно, что она успокаивается.

— Не понимаю, что же вам, собственно, нужно?

— Мне хотелось бы узнать, где находится Петерсон?

Эльвира Леоновна снова заволновалась:

— Откуда вы знаете о Петерсоне?

— Я знаю не только это. Мне известно, что немцы выдали вам фремденпасс…[1]

Эльвира в изнеможении опустилась на стул.

— После войны я не видела Петерсона, — пробормотала она.

Владимир пристально взглянул на нее:

— Дайте-ка ножницы.

Все еще в растерянности Эльвира Леоновна встала, взяла с туалетного столика ножницы и подала гостю. Он отвернул полу пиджака и, нервно тыча остриями в подкладку, подпорол ее. На пол вывалились аккуратно свернутые бумаги. Владимир бережно поднял их и развернул.

— Вам знакомо это?

— Боже мой! Боже мой!.. — Эльвира Леоновна побледнела. Она узнала подписанное ею обязательство сотрудничать с гитлеровской разведкой.

— Вот видите. Друзья за границей у вас все-таки есть.

— Боже мой! Боже мой!.. — повторяла женщина, прижимая ладони к пылающим щекам.

— Успокойтесь, — сказал Владимир. — В чужие руки эти документы не попадут. Где вы сейчас работаете?

— Я чертежница.

— Сколько получаете?

— Немного… — Женщина все еще смотрела на странного гостя со страхом.

— Ваши друзья американцы, — сказал Владимир, — будут очень рады, узнав, что вы живы и в добром здравии. Они умеют хорошо благодарить за помощь, — слово в слово повторял он то, что приказал ему выучить инструктор Джон.

— Но… но что от меня потребуется? — спросила Эльвира Леоновна, понемногу приходя в себя.

— Вы замужем? — вместо ответа спросил Владимир.

— Зачем вам это знать?.. Нет, не замужем.

— Прекрасно. Так вот. Поручения будут пустяковые. Первое — приютить на время одного человека.

— Человека? Кто он?

— Молодой мужчина, — сказал Владимир и улыбнулся. — Приблизительно такой, как я.

Женщина тоже улыбнулась:

— Если такой, то я согласна. Но как я узнаю, что это тот самый человек?

— Он вам передаст привет от меня. Между прочим, меня зовут Валентином. Прошу прощенья, что не представился.

После этого Владимир простился с новой своей знакомой и быстро вышел. Но он не ушел. Спрятавшись за углом, он стал наблюдать за домом: не побежит ли Эльвира доносить на него. Однако женщина никуда не вышла, и вскоре в ее окне погас свет.

На другой день рано утром Владимир вновь был около дома Эльвиры Леоновны. Спрятавшись, как и накануне, он дождался, когда она вышла, и пошел за ней на некотором расстоянии. Он проводил ее до здания, где помещалась проектная контора. Там, очевидно, Эльвира работала, и, успокоившись, решил, что все в порядке.

Однажды, как бы случайно, Сергей встретился с Иваном на улице.

— Ванюша! Друг! Вот встреча! И надо же так! Я как раз свободен! Пошли, друже, дернем по маленькой!..

Долго уговаривать Ивана не пришлось.

— Получка? — спросил он, подмигнув.

— Ага, в самый раз угадал!

— А у нас — завтра только.

— Ну, значит, вовремя я тебя встретил.

И Сергей с торопливостью человека, решившего во что бы то ни стало угостить приятеля, потащил паренька в знакомую закусочную.

Сели за столик. Сергей тратил деньги с необычайной щедростью. Иван спросил:

— Ты что же — премиальные получил?

— Точно, Ванюша, премиальные.

Распили одну бутылку, взялись за вторую. Сергей болтал без умолку, рассказывал анекдоты, веселые истории, почти ни о чем Ивана не расспрашивал и совершенно покорил простодушного паренька.

— Ну, а теперь на воздух надо, проветриться, — решительно объявил он, заметив, что Иван уже порядком охмелел.

Они долго бродили по окрестностям. И шпион, как будто бы совершенно случайно, привел паренька к проволочной ограде, давно уже замеченной им в лесу.

— Это что еще за линия Маннергейма? — шутливо удивился он, делая вид, будто собирается перелезть через проволоку.

— Что