Ночной визит - Николай Алексеевич Киселев

Глава пятнадцатая

ПОИСКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Голос в телефонной трубке звучал едва различимо — очень уж далеко находился сельсовет, откуда позвонили майору Васильеву. С трудом улавливая смысл, Васильев то и дело просил повторить. Человек, говоривший с ним, очень волновался, и от этого голос его звучал совсем уж неразборчиво. Но Васильев все-таки понял. Утром в лесу школьница обнаружила шалаш и спавших в нем двух мужчин. Как только их заметили, они поспешили уйти.

Проверку сигнала поручили Коротичу.

Потрясшись по скверной дороге, размытой дождями, старший лейтенант приехал в село в самом отвратительном настроении.

— Ну, что тут у вас? — буркнул он, входя в дом заведующего магазином — человека, который звонил майору Васильеву.

— Да как докладывал, товарищ начальник, — суетился завмаг. — Шалашик в лесу… Туточки, недалеко. Километра три… Может, для начала Танюшку позвать? И мать ее, Серафиму Кузьминичну. Она тоже была там.

— Да, да, вызовите их, — кивнул Коротич, обрадованный тем, что можно еще хоть немного отдохнуть.

Заведующий убежал и скоро вернулся, ведя за собой молодую женщину и девочку лет двенадцати. Старший лейтенант неторопливо достал листок чистой бумаги, ручку и начал задавать вопросы. Он не спешил. И показания записывал медленно, часто переспрашивая Таню и ее мать.

Сегодня утром Таня пошла в лес искать убежавшую корову и вдруг наткнулась на длинные ноги в серых носках, торчавшие из шалашика, который она сразу даже не приметила. Девочка испугалась и бросилась бежать. Потом они с матерью пошли к шалашу вдвоем и увидели высокого сутулого мужчину в черном пиджаке и серых брюках. Он прицеплял к дереву какую-то толстую проволоку. Заметив женщину с ребенком, он торопливо сдернул проволоку с дерева, смотал ее и спрятался в кусты.

— Уже немолодой человек. При ходьбе хромает. Волосы белые, — говорила Танина мать.

— Седой?

— Может, и седой. Не разобрала. Спрятался быстро.

— А что делал второй?

— Какой второй?

— Ну, второй мужчина… — Коротич взглянул на завмага, который беспокойно заерзал на стуле.

— Второго я не видела, — сказала Таня.

— А плащ на дереве висел! — закричал завмаг. — Сама же, Серафима, говорила — плащ…

— Плащ, верно, — кивнула женщина. — Маленький плащ. Не того, видать, который проволоку вешал.

К шалашу пошли вместе с Серафимой Кузьминичной и ее дочкой. Завмаг тоже пошел. Долго пришлось плутать по оврагам и зарослям. Старший лейтенант разорвал рукав, зацепившись за какой-то сучок. Он был зол на завмага, чувствуя, что дело не стоит выеденного яйца.

Седой хромой человек… Среди лазутчиков нет ни старого, ни хромого. Плащ маленький, а оба оставшихся в живых шпиона — высокого роста. Но окончательно он дал волю своим чувствам, увидав, что вся трава вокруг шалаша, который они наконец отыскали, помята и истоптана. Видно, здесь перебывало уже много народу.

— Это что? Не могли организовать охрану! — накинулся он на завмага, считая его виновником всех своих мытарств. — Посмотрите! Здесь теперь сам Шерлок Холмс не разберется.

Он заглянул в шалаш. Там никого не было.

— Морочите голову занятым людям, — ворчал Коротич, возвращаясь в село. — Привлечь бы вас к ответственности за всю эту кутерьму.

Придя в сельсовет, он начал звонить полковнику.

— Сигнал пустяковый, — сообщил старший лейтенант, услышав в трубке голос начальника. — Обитатели шалаша по описаниям не подходят…

Полковник приказал проинструктировать колхозников и возвращаться обратно.

Но старший лейтенант, даже не прощаясь ни с кем, сел в машину и махнул рукой шоферу:

— Прямо! В город!..

Вскоре после отъезда Коротича в сельсовет прибежала запыхавшаяся Таня:

— Тот… Длинный!.. По лесу ходит!..

Группа колхозников во главе с милиционером — участковым уполномоченным — бросилась к лесу. По пути к ним присоединялись односельчане. Прячась по кустам, они осторожно окружили место, указанное Таней. Но там никого не было. Тогда уполномоченный разделил колхозников на группы по два-три человека и послал их в разные стороны. Люди рассыпались по лесу и вскоре увидели неизвестного. Сильно прихрамывая, он шел к старому сараю, одиноко торчавшему на опушке.

Колхозники подоспели к сараю раньше хромого и на чердаке, за дверью, в стоге гнилой соломы устроили засаду. Едва только неизвестный открыл дверь, как на него словно рухнула крыша. Он и сообразить-то еще ничего не успел, а на него навалились, скрутили руки.

— Ага! Попался, голубчик!..

Незнакомец не отбивался, не отстреливался и даже не ругался. Он покорно дал себя связать и только изумленно таращил глаза.

— Обыскать надо, — сказал один из колхозников. — У него, может, за пазухой бомба!

— Да что вы, граждане! — взмолился незнакомец. — Какая бомба! Вы меня за кого-то другого принимаете!

— Знаем, знаем, какой ты «другой». Тот самый и есть. Шпион.

Молодой парень вытащил из кармана у незнакомца паспорт.

— Ишь, подделал как! — проговорил он, разглядывая документ. — И печати, и все — честь честью.

Старшина милиции взял паспорт и тоже стал разглядывать.

— Что-то не пойму. Паспорт нашим начальником выдан.

— Да местный я. Из Озерска. На работу тут устраивался, на карьер. А жить пока негде. Ну, я и поселился в шалаше.

— А проволоку зачем на дерево вешал?

— Какую проволоку? А! Это я шпагатик прилаживал. Плащ просушить.

— И плащ тоже ваш? — недоверчиво спросил милиционер.

— Мой.

— Не по росту как будто! — ядовито вставил парень.

— Материал такой, — с сожалением ответил задержанный. — Садится от стирки.

Хромого отвели в сельсовет, позвонили в районный отдел милиции и там подтвердили, что паспорт указанной серии и номера действительно выдан человеку, которого задержали колхозники.

— Значит, ошибка вышла, — возвращая документ задержанному, сказал старшина. — Извините.

Накинулись на Таню, на Серафиму, но больше всех досталось завмагу, который от стыда не знал, куда и деваться.

«Отравленную ручку» нашел Санька Пузырьков, ученик четвертого класса. Сам он взять ее в руки побоялся — а вдруг взорвется?! — и позвал на помощь своего верного друга Петьку Сазонова.

Петька прибежал тотчас же, оставив на крыльце недоделанной ветряную мельницу, которую он мастерил из кусочков дранки, чурбака и старого шурупа. Он-то, Петька, и установил, что найденный Санькой предмет — отравленная ручка, которую несомненно подбросили шпионы, сброшенные заграничным самолетом на парашютах.

— Надо в сельсовет бежать — сказать! — всполошился Петька. — Я побегу, а ты посторожи.

—