Тайна белого пятна - Михаил Михеев

Cтиснув зубы, она забарахталась, пытаясь вырваться. Грачев тут же перехватил ее руки. Она уперлась головой в его плечо, с брезгливым содроганием ощущая крепкий запах мужского пота.

– Сейчас же!.. –с усилием, громким шепотом проговорила она. – Отпустите меня.. Вы слышите!

Грачев плечом открыл дверь избушки. В этот момент Зина уперлась в косяк и что было силы оттолкнулась.

Они покатились на песок. Одновременно вскочили на ноги. Однако Зина оказалась проворнее. Она успела сделать дикий прыжок в сторону и вихрем помчалась к лесу.

Оглядываться было некогда. Пригнувшись, сильно работая локтями, она мчалась по полянке, с ужасом ожидая, что вот-вот услышит звон тетивы самострела и почувствует между лопаток колющий удар.

Перескочив через невысокие елочки на опушке, Зина нырнула в чащу кустов, в кровь царапая ноги и лицо, пробежала по лесу сотню метров и спряталась за сосну, охватив ее руками.

Все казалось бредовым сновидением. Грачев был страшен, как кошмар, и омерзителен до тошноты. Что-то произошло с ним, он потерял рассудок и стал сумасшедшим. Несомненно – он сумасшедший! И это делает его еще более опасным. Вырвавшись из его рук, она еще не избавилась от его преследования.

Выглянув из-за сосны, Зина сразу увидела Грачева.

Он быстро вертел головой по сторонам. Пальцы возбужденно шевелились, как бы готовясь схватить ее. Самострела с ним не было. Успокоив себя мыслью, что всегда сможет убежать, Зина решила сделать еще одну попытку заговорить.

Память об отце толкала ее на такой опасный и, пожалуй, заведомо бесполезный поступок.

– Грачев! – негромко сказала она.

Он стоял к ней боком и повернулся сразу как волчок.

Широко открытый глаз сверкнул воспаленно и страшно.

– Выслушайте меня, –умоляюще сказала Зина. – Прошу вас.

Грачев пригнулся, еще шире расставил руки и начал осторожно подвигаться к Зине. У нее отчаянно забилось сердце. "Беги! Беги! Иначе будет поздно!" Подбирая под себя здоровую ногу, Грачев готовился к решительному прыжку. Зина оттолкнулась от сосны и побежала дальше в лес.

В тупике

Тяжелый неровный топот Грачева слышался за спиной, видимо, он напрягал все силы, но все-таки отставал.

Страх Зины быстро прошел, В этот день несчастья и опасности валились на нее, как из мешка, и она уже начала привыкать к ним. Она бежала легко и свободно.

Толстые носки спасали подошвы ног от колючих шишек, а на уколы хвои можно было не обращать внимание. Она только боялась запнуться и внимательно глядела вперед, выбирая дорогу меж кустов и деревьев.

Увидев в стороне извилистую тропинку, Зина без колебаний свернула на нее и оглянулась. Грачев порядочно отстал, но продолжал бежать, отчаянно ковыляя и размахивая руками. Его настойчивость была пугающей.

Он походил на волка, который преследует раненую косулю, зная, что она рано или поздно выбьется из сил и попадет ему в зубы.

Уж не собирается ли Грачев загнать ее в какую-нибудь западню? Нужно как можно быстрее вернуться к лодке. Но сейчас этого сделать нельзя. Если она и успеет отплыть, Грачев все равно догонит ее на своем челноке.

Трудность положения прибавила Зине сообразительности.

Она сделала вид, что запнулась и захромала. Ее преследователь прибавил ходу: расстояние между ними сократилось. Зина решила его не увеличивать, чтобы не потерять Грачева из виду. Она старалась бежать размеренно, как бегала когда-то на стадионе. Сейчас нужно было особенно точно распределить свои силы. Просчет мог стоить жизни.

Лес впереди вдруг начал редеть, Зина выскочила на опушку... и страшно перепугалась. Прямо перед ней, уходя вверх на неизмеримую высоту, вздымалась отвесная каменная стена. Тропинка заворачивала по опушке влево, но там в просветах между деревьев блестела вода.

Несомненно, это озеро! Не в этот ли тупик собирался загнать ее Грачев?

Зина увидела, как ее преследователь круто свернул с тропинки, очевидно, стремясь отрезать ей путь обратно.

Не раздумывая больше, она кинулась в чащу кустов, чтобы опередить его и вернуться на тропинку, по которой бежала сюда. Заросли низеньких корявых сосенок преградили ей путь. Огибать их было далеко, она двинулась напролом, и ее развившаяся коса крепко зацепилась за сучок.

Резкий толчок, чуть не вывихнувший шею, опрокинул Зину на траву. От боли потемнело в глазах. Где-то совсем рядом затрещали ветки. Схватившись обеими руками за косу, она рванула ее к себе и освободилась.

Грачев, продираясь через заросли, заторопился и упал. Зина проскочила совсем рядом испуганная, – но уже торжествующая.

Путь к лодке был свободен.

Зина старалась бежать так быстро, как позволяло ей дыхание. Солнце уже скрылось за утесами. В лесу темнело. Она боялась сбиться с дороги, однако тропинка вывела ее прямо к избушке.

Времени было в обрез. Зина кинулась к берегу, где стоял берестяной челнок, и веслом в несколько ударов пробила у челнока тонкое дно. Весло она захватила с собой, подняла с полянки самострел, взбежала на пригорок над избушкой и прислушалась.

Зная в лесу все тропинки, Грачев мог бежать более коротким путем и, вероятно, был где-то близко.

Зина спустилась к лодке. Столкнула ее в воду и успела порядочно отплыть от берега, когда из кустов на полянку, как чертик из коробки, вывалился Грачев. Клочья паутины свисали с его взлохмаченных волос и бороды.

Видя, что опоздал, он яростно заметался по берегу, схватил кусок кварца и запустил его вслед удалявшейся лодке. Камень пролетел над головой Зины с силой пушечного ядра. Она пригнулась и быстрее заработала веслом.

Очевидно, Грачев вспомнил про челнок и, ковыляя, заторопился к избушке. Впопыхах не заметив пробоины на дне, столкнул челнок в воду, но он затонул тут же у берега. Зина с невольным удовольствием следила, как ее преследователь неуклюже выбирается из воды. Чувствуя себя в безопасности, она перестала грести.

– Грачев! – крикнула она. – Где мой отец?

Грачев с берега шагнул прямо в озеро, словно собираясь догонять лодку вплавь. Потрясая кулаками над головой, закричал хрипло и страшно: – Убью!

Потом выдернул из воды челнок и потащил к костру.

Зина поняла: Грачев собирается чинить его. Нужно быстрее уходить из владения этого сумасшедшего. Только бы добраться до поселка: они вернутся сюда вместе с дядей и сумеют вытряхнуть из Грачева все, что он знает об отце. А сейчас нечего тратить время на бесполезные вопросы. И она взялась за весло.

Отвесный берег, не снижаясь, уходил вдаль. У подножья его на воде было уже темно, только верхний край обрыва да верхушки сосен в лесу освещались лучами заходящего солнца. По темной воде за лодкой тянулся волнистый, расходящийся веером след.

От грубого весла на ладонях быстро натекли мозоли.