Седьмой свиток - Уилбур Смит

— Номер заляпан грязью. Не могу разобрать, но похоже на европейскую регистрацию. Кажется, немецкую.

Словно услышав протест, водитель притормозил и слегка отстал. Расстояние между двумя машинами снова выросло до двадцати ярдов. Ройан внимательно посмотрела на преследователя.

— Так-то лучше, — самодовольно заметила Джорджина. — Грубый гунн учится хорошим манерам. — Она вгляделась в туман. — А вот и мост.

Ройан наконец смогла разглядеть кабину преследовавшего их автомобиля. На водителе был вязаный темно-синий шерстяной шлем, закрывающий все, кроме глаз и носа. Выглядел он весьма зловеще.

— Осторожно! — неожиданно закричала она. — Он едет прямо на нас!

Звук мотора стал еще громче, напоминая рев урагана. Мгновение Ройан видела только блеск стали, а потом грузовик врезался в них.

От удара Ройан почти перебросило через спинку сиденья. Она с трудом приподнялась и увидела, что грузовик подцепил их подобно лисе, схватившей зубами птицу. Он толкал «лендровер» все дальше и дальше решеткой, защищающей блестящий хромированный радиатор.

Джорджина отчаянно сражалась с рулем, пытаясь взять машину под контроль, но ее усилия были тщетны.

— Не могу удержать ее. Мост! Попытайся выбраться…

Ройан нажала кнопку на ремне безопасности и потянулась к ручке двери. Каменные перила моста приближались с угрожающей скоростью. «Лендровер» скользил по дороге, окончательно потеряв управление.

Под напором Ройан дверь открылась, но она не смогла распахнуть ее полностью, потому что машина врезалась в бетонные столбы, стоявшие у въезда на мост.

Женщины одновременно закричали, когда кузов автомобиля начал сминаться, а от удара обеих швырнуло вперед. Ветровое стекло разлетелось вдребезги от столкновения с бетоном, а «лендровер» окончательно слетел с дороги и покатился по насыпи.

Ройан через открытую дверь выбросило наружу. Она упала на склон, от боли у нее перехватило дыхание. Ройан скатилась вниз и рухнула в ледяную воду речки, текущей под мостом.

Перед тем как окунуться с головой, она увидела небо и мост. Заметила и поспешно уезжающий грузовик. Два огромных фургона словно поднялись над каменной оградой моста.

Трейлер покрывал тяжелый зеленый нейлоновый тент. Краем глаза она заметила название компании и большой красный логотип, нарисованный на боку ближайшего фургона. Но, не успев как следует рассмотреть его, Ройан окунулась в ледяную воду. От холода у нее снова перехватило дыхание.

Ройан с трудом вынырнула на поверхность и обнаружила, что ее немного снесло течением. Промокшая одежда мешала двигаться в воде, но она все же добралась до берега и, ухватившись за ветку дерева, вылезла на сушу.

Ройан опустилась на колени в грязь, кашляя от попавшей в дыхательные пути воды, и попыталась осознать, насколько она пострадала. Но стоило ей услышать жуткие стоны матери со стороны перевернутого и помятого «лендровера», как Ройан позабыла о собственной боли.

В паническом ужасе она с трудом поднялась на ноги и заковыляла по обледеневшей траве к машине, лежащей у основания моста колесами вверх. Корпус помялся, и там, где содралась темно-зеленая краска, просвечивал яркий блестящий алюминий. Двигатель работал, передние колеса все еще бесполезно крутились.

— Мама, где ты? — закричала Ройан.

Ужасные стоны не смолкали.

Ухватившись за остатки машины, чтобы не потерять равновесие, она захромала к автомобилю, с ужасом ожидая того, что ей предстоит увидеть.

Джорджина сидела на мокрой земле, прислонившись спиной к борту машины. Ноги она вытянула перед собой. Левая была неестественно вывернута, так что носок сапога смотрел вниз. Очевидно, она была сломана в колене или близко к нему.

Но не это было истинной причиной отчаяния Джорджины. На коленях она держала Мага, склонившись над ним в безутешном горе, и вовсю рыдала. Грудную клетку пса раздавило. Язык высовывался из угла пасти в последней улыбке, с розового кончика капала кровь, и Джорджина утирала ее собственным шарфом.

Ройан опустилась на землю рядом с матерью и обняла за плечи. Ей впервые пришлось видеть слезы Джорджины. Она прижалась к ней изо всех сил, пытаясь разделить скорбь, но плач не стихал.

Ройан не знала, сколько они просидели так. Однако вид искалеченной ноги матери и просыпающийся страх, что водитель вернется, чтобы закончить свое черное дело, заставили ее подняться. Ройан с трудом заползла на склон и выбралась на середину дороги, пытаясь остановить какую-нибудь проезжающую машину.

Только когда с момента назначенной встречи прошло два часа, Николас достаточно обеспокоился, чтобы позвонить в полицейское управление Йорка. К счастью, он запомнил регистрационный номер «лендровера» — это оказалось совсем несложно. Инициалы его матери и несчастное число тринадцать.

Небольшая пауза — женщина-полицейский открывала сводку происшествий на компьютере.

— Мне очень жаль, сэр, но эта машина сегодня утром попала в аварию.

— Что случилось с водителем? — резко спросил Николас.

— Водитель и один пассажир доставлены в Йоркскую приходскую больницу.

— С ними все в порядке?

— К сожалению, сэр, я не располагаю такой информацией.

Николасу понадобилось сорок минут, чтобы добраться до больницы, и почти столько же, чтобы отыскать там Ройан. Она сидела у постели матери в женском отделении хирургии. Джорджина еще не пришла в себя после наркоза.

Когда Николас подошел к ней, Ройан подняла голову.

— С тобой все в порядке? — спросил он. — Что произошло?

— У мамы сильно повреждена нога. Хирургу пришлось поместить в бедро пластину.

— А как ты?

— Пара синяков и царапин. Ничего серьезного.

— Что произошло?

— Грузовик. Он столкнул нас с дороги.

— Нарочно?

В Николасе что-то дрогнуло, когда он вспомнил другой грузовик на другой дороге другой ночью.

— Думаю, да. На водителе была маска, вязаный шлем. Он врезался в нас сзади. Я уверена, что нарочно.

— Ты рассказала полиции?

Ройан кивнула.

— Кажется, грузовик украли сегодня рано утром. Задолго до происшествия, когда водитель остановился в одном из придорожных кафе. Он немец. И не говорит по-английски.

— Тебя пытались убить в третий раз, — мрачно проговорил Николас. — Все, я беру дело в свои руки.

Он отправился в зал ожидания больницы и позвонил оттуда. Главный констебль графства был его хорошим другом, как, впрочем, и главный врач больницы.

Когда Николас вернулся, Джорджина пришла в сознание после наркоза. Хотя она еще не вполне оправилась от последствий операции, состояние было удовлетворительным, и мать Ройан перевезли в частную палату, которую ей устроил Николас. Хирург-ортопед появился через несколько минут.