Пистолет для мертвеца - Майк Резник

Маккарти кивнул.

– Пожалуй, вы правы. Доводы у вас резонные, – он последний раз огляделся. – Мистер Эрп, страна нуждается в вашей помощи.

– Я припозднился с рождением и не успел на Гражданскую войну, да и не слышал, чтобы мы где-то вели еще одну, – сказал Эрп.

– Ошибаетесь, – твердо заявил Маккарти.

– С кем же воюем? С Англией? – слегка удивился Эрп. – С Францией? Или Мексикой?

Маккарти покачал головой.

– Я не большой любитель игр в загадки, – предупредил Эрп.

Маккарти долго и пристально смотрел на него, а после сказал:

– Как по-вашему, почему граница Соединенных Штатов лежит вдоль Миссисипи?

Эрп снова пожал плечами.

– По эту сторону реки ловить особенно нечего: горстка золотых и серебряных шахт, кучка ранчо, может, пара сотен поселений и тьма индейцев.

– Вот с индейцами-то мы и воюем.

– Дохлый номер, – убежденно проговорил Эрп. – Ввяжетесь в войну с апачами и остальными краснокожими – проиграете. Эти всех перебьют.

– Смотрю, вас они не тронули, – заметил Маккарти.

– Я с ними не воюю, – ответил Эрп. Достав кисет с табаком, он принялся сворачивать себе папиросу. – Тумстоун – город шахтеров, добывающих серебро, а серебро индейцам неинтересно. У нас нет ничего, что нужно им, у них – ничего, что нужно нам.

– У них есть то, что нужно Соединенным Штатам, – возразил Маккарти, отмахиваясь от мухи.

– Что же? – спросил Эрп, закуривая.

– Западная половина континента, конечно же.

– На кой она вам?

– Судьбой нам уготовано выйти к Тихому океану, – решительно произнес Маккарти.

– Я и прежде слыхивал эту чушь про судьбу и прочее, – сказал Эрп. – Коли нужна земля – почему не купите ее у аборигенов?

– Мы не платили ни за дюйм земли Соединенных Штатов! – отрезал Маккарти. – Не собираемся платить и впредь.

– Если память мне не изменяет, Нью-Йорк вы купили. За двадцать четыре доллара, так?

– Ситуация была совершенно иная, – вскинулся Маккарти. – Правительство Соединенных Штатов не заплатило ни цента, ведь тогда не существовало самих Соединенных Штатов.

– Ну хорошо, судьбой вам предначертано захватить землю от океана до океана, – произнес Эрп. – Хотите отобрать ее у индейцев? Удачи.

– Вот тут-то и понадобитесь вы, мистер Эрп.

Эрп усмехнулся.

– Мне распугать апачей, сиу, шайенов и прочие западные племена, чтобы они оставили вам землю и, поджав хвосты, бежали в Канаду и Мексику?

Маккарти улыбнулся.

– Мы рассчитываем на другое.

– На что?

– Позвольте объяснить. Наша граница лежит у Миссисипи не потому, что мы не смогли побить индейцев. Мы били британцев, сумеем одолеть и местных – племя за племенем, по одному или все разом, на поле брани, – с презрением произнес Маккарти. – С чем нам не справиться, так это с магией шаманов. У нас – винтовки и картечницы Гатлинга, зато у шайенов – Римский Нос, а у апачей – Гоятлай. Те еще колдуны, силы им не занимать!

– Гоятлай? – нахмурился Эрп.

– Вам он известен как Джеронимо, – пояснил Маккарти. – Так вот, эти двое – и десятки менее известных шаманов – пустили в ход колдовство, дабы сдержать нас.

– Ошибаетесь, – сказал Эрп. – Меня, моих братьев и чертову уйму народа они не сдержали.

– Просто вас на Западе терпят, – возразил Маккарти. – Вы не представляете угрозы для местных. Не воюете с ними, не охотитесь на их дичь, и хотя воды в тех землях мало, ее хватает небольшим племенам аборигенов и поселениям белых.

– Они принимают не только белых, – заметил Эрп. – Почти в каждом племени имеется беглый или вольноотпущенный раб, в качестве переводчика. Краснокожим не приходится учить наш язык, а нам – их, – Эрп помолчал и добавил: – Итак, вы объяснили, почему Соединенные Штаты не переходят Миссисипи, но так и не сказали, что требуется от меня. Надеюсь, вы не думаете, будто я в одиночку стану воевать против апачей?

– Разумеется, нет, – ответил Маккарти. – Мы готовимся противостоять их магии.

– Тогда какого дьявола я тащился из Тумстоуна в Дэдвуд? – раздраженно спросил Эрп.

– Вы и ваши братья содержите салун «Ориентал», ведь так?

– Два.

– Два салуна? – удивился Маккарти.

– Два моих брата: Верджил и Морган. Когда дела пойдут в гору, пошлем за Джеймсом и Уорреном.

– Что скажете, если я предложу вам с братьями поработать на меня, не закрывая салуна? Денег получите вдвое больше, чем принесет за это время «Ориентал».

– Спрошу, кого убить: Джеронимо или президента Гарфилда?

Маккарти весело рассмеялся.

– Надеюсь, вам не придется никого убивать.

Повисла небольшая пауза, после которой Эрп произнес:

– Я жду.

– Во-первых, все, что я скажу, должно остаться в тайне. Вы согласны?

– Приятно было познакомиться, мистер Маккарти, – ответил Эрп и развернулся в сторону салуна.

– Погодите! – окликнул его Маккарти.

– Я ничего не обещаю наперед, мистер Маккарти. Я, может, и не открою никому того, что вы скажете, однако не стану обещать этого, пока вы, собственно, не скажете, в чем дело.

Подумав немного, Маккарти наконец согласился:

– Справедливо. Как вам Тумстоун?

– Мне нравится, – озадаченно ответил Эрп. – Там определенно лучше, чем в Додже или Уичито.

– Оно и понятно. Вы знаете, что улицы Нью-Йорка и Бостона до сих пор освещаются газовыми фонарями, а главным транспортным средством там остаются ноги: либо наши две, либо лошадиные две пары.

Эрп пристально посмотрел на Маккарти.

– Это как-то связано с Томом Эдисоном, я прав?

– Он – самый яркий научный ум из всех, что рождались на нашей земле. Еще Бен Франклин доказал: электричество обладает потрясающей силой, но только Томас Эдисон сумел его укротить. Потенциал электричества поистине безграничный. Да, мистер Эрп, в этом деле замешан Томас Эдисон. Как думаете, почему он переехал в Тумстоун? В Нью-Йорке или Балтиморе он мог бы зарабатывать в десять раз больше, – не дожидаясь ответа, Маккарти продолжал: – Мы заплатили ему, чтобы он перебрался в Тумстоун и там, втайне, изучил индейских шаманов, нашел, что можно противопоставить их магии.

– Хотите, чтобы я с братьями взялся его защищать, – подсказал Эрп.

– Совершенно верно. Помимо шерифа Биэна, чья репутация, скажем так, вызывает сомнения, вы в Тумстоуне единственные стражи закона. Именно вы очистили от бандитов Додж-Сити и Уичито. Верджил в Прескотте поработал не хуже.