Китеж-грайнд. Книга 2 - Вера Галицкая

Вставать было тяжело. Даня проснулся от неприятного звука в кромешной темноте и переставлял будильник несколько раз. Он ненавидел спать днём в одежде: ноги пережимало штанами, всё тело дрожало от холода, голова была чугунной, настроения вообще не было. Через несколько итераций с переносом подъёма он всё-таки встал с дивана и пошёл искать остальных.

– Этот кретин опять куда-то свалил и не отвечает по рации… Я не буду больше бегать за ним и искать, где он решил самоудовлетвориться на этот раз, – Уно снова нервно ругался на ушедшего в неизвестном направлении Дюка.

– Да расслабься ты. Может, он встать не может после коньяка. Я вот не пил, но всё равно выполз из-под пледа далеко не с первой попытки, – решил успокоить его Даня, до сих пор слегка трясясь от холода.

– Он, прравда, куда-то ушёл, – сказал Илья, который уже переоделся в новую практичную одежду, – я прроверял тот магазин, куда он ушёл спать. Там никого нет.

– Значит, в толчке, – предположил Даня.

– Давайте так. Если его не будет ещё двадцать минут, начнём искать. Мало ли что могло произойти. Тем более, нам всё равно скоро идти искать разные штуки для Николаича, – сказал Артём.

– Двадцать минут. И если он не умер, а ушёл, как в прошлый раз, я его сам убью, – сказал Уно.

Он бежит мимо гигантских железных коробок, из-за которых удобно стрелять. Хватает аптечку. Аптечка – это прекрасно, но у него мало патронов и проклятый стартовый пистолет, с которым не сильно разойдёшься. Пока можно экономить патроны и не шмалять в мобов.

Спускается по секретному затопленному тоннелю. Он помнит, что там есть дверь, за которой жирная нычка.

Выныривает. Толкает дверь. Та с железным грохотом раскрывается.

"Какого чёрта!" – на него бросается тварь, похожая на собаку, и ему приходится стрелять.

Дыщ!

Дыщ!

Собака мертва. Он знает этих тварей. Опасный моб с длинным языком, которым он может присосаться к тебе и выкачивать жизнь. Над трупом собаки сразу начинают жужжать мухи.

Забегает в комнату. Опять коробки побольше и поменьше. Забирается на них. Прыгает в подъехавшую вагонетку. Там есть одна секретка. Проезжает на вагонетке на другую часть уровня. Снова прыгает в воду. Стреляет в кнопку…

Дыщ!

За спиной открылась стена.. Вот и жирная нычка. Он собирает все припасы. Пора всплывать.

Снова подъезжает вагонетка. Прыгает на неё.

Теперь он бежит по железному коридору с огромным количеством поворотов. Вдалеке видит моба. Уродливый квадратный мутант в броне.

Монстр разворачивается и замечает его…

Нужно быстрее стрелять.

Резкий удар в плечо.

Как быстро перемещается моб…

Он же был далеко.

Рука болит…

Ах, похоже он опять в демке....

Его кто-то толкает…

Ауч! Больно! Уно совсем озверел, что ли?!

Какая резкая боль!

Дюк очнулся. На сей раз перед ним стоял вовсе не Уно. Ему показалось, что это полуразложившийся труп какого-то деда. Нижней челюсти нет, на голове драная шапка-ушанка набекрень. Через дырку в тельняшке видны костяные рёбра. Дед тянул к нему свои мумифицированные руки, дергал за рукав и хрипел.

"Это всё ещё демка. Что за странный город".

Дюк поднял правую руку с пистолетом и выстрелил деду прямо в лоб. Тот с глухим звуком рухнул на землю. Дюк посмотрел по сторонам. Вроде он уже не в демке… И теперь он чётко осознает, что это просто очередной мертвяк под ногами, каких в этом походе были тысячи. Удивительное смешение реальностей.

"Это всё коньяк. Жаль только, патроны потратил".

Резкий удар в спину.

Дюк развернулся и получил ещё один удар по голове. Он покачнулся и упал на землю рядом с телом деда. Последним, что он увидел, перед тем, как кто-то вгрызся ему в горло, было нечто с неестественно открывающимся ртом. Пахло землёй и кровью.

– Вы слышали? Выстрелы! – Нася встрепенулась.

– Да, точно… Похоже, Дюк прровалился в демку! Надо было забрррать у него орружие! – Илья стал собираться на улицу: взял кобуру и нож.

Уно уже пытался связаться с Дюком по рации:

– Не берёт.

Где-то вдалеке послышался ещё один выстрел.

– Это уже что-то серьёзное, – сказал Горбунов. – Берите оружие и выходите. Все держимся рядом и смотрим по сторонам.

Вооружённый отряд вышел на улицу. Раздался ещё один выстрел.

– Напррраво! Звук оттуда! – скомандовал Илья и рукой подозвал команду к себе. – Идти за мной, спиной к стене, смотрреть по сторронам!

Даню начинало лихорадочно трясти. На Дюка напали? Он провалился в демку? А если это люди вышли люди из подземелья? И они вооружены… Он же никогда ни в кого не стрелял. У них нет бронежилетов…

Они тихо шли, по-видимому, по одной из главных улиц Самары. Широкий проспект, по обеим сторонам – старинные низкие дома, как в любом центре города. В линию стоят остовы деревьев, между ними -развалившиеся скамейки и бетонные клумбы. Первые этажи зданий уже вросли в землю, в витринах магазинов и кафе почти нигде нет неразбитых стёкол. Под ногами только мусор и грязь, даже не видно дороги. И вокруг никого…

Выстрелов больше не было слышно. Уно по-прежнему пытался связаться с Дюком по рации, но безуспешно. Даню начало отпускать: врагов не видно и не слышно. Самое страшное, что могло произойти – Дюк попал в демке в какую-нибудь войнушку или компьютерную игру и стреляет в воображаемых врагов из реального пистолета.

"То есть единственное, чего стоит опасаться – шальная пуля, выпущенная этим идиотом в рандомном направлении," – подумал Даня, и ему снова стало страшно за свою жизнь.

Но Илья, как опытный вояка, сразу выстроил их в колонну вдоль стен домов, и, вроде бы, так у пули меньше шансов. Так что после минутного раздумья Даня снова сосредоточился на окружающей обстановке.

– Вижу тело! На 45 грррадусов. Стойте на месте. Я посмотррю.

Илья на полусогнутых ногах вышел на середину дороги. Подошёл к лежащему там телу и присел.

– Два тела! Никита погиб… – крикнул он.

Все кинулись к Илье и мёртвому Дюку. Даня остолбенел от увиденной картины: Дюк не был застрелен. Он был наполовину съеден. Разорванная шея, вскрытый череп, внутренности раскиданы на полдороги. Рядом лежало тело какого-то бездомного, умершего давным-давно, но со свежей дырой от пули посреди лба.

– Что за… – только и вымолвил Даня и огляделся по сторонам. Никого.

Илья снял с погибшего товарища рацию и кобуру, разжал его руку и достал пистолет. Все молчали. Затем тишину прервал Горбунов:

– Настя. Посмотри, пожалуйста, что здесь произошло. Я понимаю, что тебе неприятно.