Охотники за алмазами - Уилбур Смит

— Ja, хорошо. Он внизу. — Он посмотрел в иллюминатор над приборами. Под покровом свинцово-черных облаков преждевременно наступила ночь. Снаружи было темно, сквозь низкие тучи не видно было ни одной звезды.

Хьюго снова обратился к приборам.

— Хорошо, Оскар. Ты идешь по курсу. Держи его.

Потом посмотрел на старого Ханси и второго, более молодого, моряка. Они терпеливо сидели на скамье у дальней переборки. Оба были в длинных желтых пластиковых дождевиках и резиновых сапогах.

— Ну, Ханси, — кивнул Хьюго. — Идите на нос. Мы всего в миле.

Они спустились на промываемую волнами палубу, и Хьюго видел, как они укрывались от очередной волны у борта. Волны перехлестывали через головы, желтые пластиковые дождевики были ясно видны в полумраке.

— Включаю, — предупредил Хьюго рулевого. — Мы должны его увидеть.

— Понял, — сказал Оскар, и Хьюго повернул ручку, приказывая баллону включить сигнальный огонь.

Почти сразу Оскар крикнул:

— Вон он. Прямо впереди!

Хьюго вскочил и выбежал. Потребовалось несколько секунд, чтобы его глаза адаптировались и он разглядел впереди крошечный красный огонек в черноте неба и моря. Он показался на секунду и исчез за очередной волной.

— Я постою за рулем, — Хьюго сменил Оскара. — Включай прожектор.

Луч прожектора казался сплошным белым столбом в темноте. Флюоресцирующая желтая краска цилиндра ярко сверкнула в этом луче.

Хьюго удерживал «Дикого гуся» против ветра, давая возможность цилиндру приблизиться. Ханси и его товарищ ждали у отпорного крюка.

Хьюго осторожно приблизился к подпрыгивающему желтому цилиндру и издал удовлетворенное восклицание, когда крюк подцепил специальное кольцо и цилиндр начали поднимать на борт.

Он смотрел, как две фигуры в дождевиках поднялись по лестнице на мостик и положили цилиндр на стол.

— Хорошо! Хорошо! — Хьюго от всего сердца хлопнул их по спине. — Теперь идите просушитесь — оба! — Они отправились в каюткомпанию, а Хьюго передал руль Оскару.

— Домой! — приказал он. — Как можно быстрее. — И унес цилиндр в свою каюту.

Сидя у раскладного стола в своей каюте, Хьюго открыл цилиндр и извлек пластиковый пакет. Раскрыл его и высыпал содержимое на стол.

Он негромко присвистнул и взял самый большой камень. Хоть он и не был специалистом, но инстинктивно понял, что это необычайно ценный алмаз. Даже грубая необработанная поверхность не могла скрыть таящийся в глубине огонь.

Для него этот камень бесполезен, продать его невозможно. У него не было искушения обмануть Круг — это для него означало бы пятнадцать лет тяжелой работы.

Круг основывался на взаимозависимости, ни один его элемент не мог действовать самостоятельно. И в то же время каждая его часть была самостоятельна и надежно изолирована. Только один человек знал все части, и никто не знал, кто этот человек.

Хьюго извлек из ящика свои инструменты и разложил их на столе. Зажег спиртовку и поставил на нее чашку с воском.

Потом высыпал алмазы в блестящую металлическую банку. Обычная консервная банка.

Легко удерживая равновесие в корабельной качке, он снял со спиртовки чашку и вылил на алмазы расплавленный воск, заполнив банку до края.

Воск быстро застыл и затвердел, став белым и непрозрачным. Теперь камни прочно впаяны в воск, он не даст им передвигаться и дребезжать и придаст банке нужный вес.

Хьюго зажег сигарету и выглянул. Рулевой подмигнул ему, Хьюго улыбнулся.

Когда он вернулся к столу, банка уже остыла. Он закрыл ее круглой жестяной крышкой и перешел к миниатюрным тискам, прикрепленным к инструментальному столу. Тщательно закрепил крышку, глаза его щипало от сигаретного дыма.

Наконец, удовлетворенный, он положил запечатанную банку на стол и подошел к стене, на которой висел его пиджак. Достал из внутреннего кармана конверт, а оттуда печатную многоцветную этикетку. Вернулся к столу и аккуратно наклеил этикетку на банку. На этикетке было прекрасное стилизованное изображение прыгающей сардины, похожей на шотландского лосося.

— Сарины в томатном соусе. — Хьюго прочел надпись и откинулся, восхищенно рассматривая собственную работу. — Производство Юго-Западной Африки. — Он удовлетворенно улыбнулся и начал убирать свои инструменты.

* * *

— Сколько? — крикнул десятник у рыбного насоса через сужающуюся щель между «Диким гусем» и причалом.

— Около пятидесяти тонн, — крикнул в ответ Хьюго. — Потом нас прогнал северный ветер.

— Ja, ни один из кораблей не остался. — Десятник проследил, как его люди закрепляют причальные тросы, и ввел шланг вакуумного насоса в трюм «Дикого гуся», чтобы начать перекачивать сардину.

— Прими командование, Оскар. — Хьюго надел пиджак и шляпу. — Вернусь завтра. — Он спрыгнул на причал и направился к консервной фабрике, пропитанной отвратительным запахом сардинного масла. Пиджак он нес на плече, пропустив палец в петлю.

Он прошел между кипятильниками и фабрикой сушки рыбы, пересек широкий двор, где высотой с двухэтажный дом возвышались мешки с рыбьим кормом. Через широкие двойные двери вошел в пещерообразный склад, до потолка заполненный картонными коробками с надписями:

1 гросс банок «Сардины в томатном соусе»

Предназначение: Агентство ВДБ Лтд, 32 Бермондси-стрит, Лондон SE 1

Он прошел в небольшое помещение, которое служило конторой склада.

— Привет, Хьюго. Как поплавал? — Кладовщик был двоюродным братом Хьюго.

— Пятьдесят тонн. — Хьюго повесил свой пиджак на крюк у двери. — Надо помочиться, — сказал он и пошел в уборную через весь склад.

Вернувшись, выпил с двоюродным братом кофе. Потом встал и сказал:

— Дженни ждет.

— Передай ей мою любовь.

— Она ей не нужна. У нее будет в избытке моей. — Хьюго подмигнул и взял с крюка пиджак. Теперь пиджак был легче — банка из кармана исчезла.

Он вернулся в гавань, обмениваясь приветствиями с таможенниками, и подошел на стоянке к старому автомобилю с откидывающимся верхом.

Поцеловав сидящую за рулем девушку, он бросил пиджак на заднее сидение и сел в машину.

— Ты поведешь, — улыбнулся он. — Хочу, чтобы обе руки были свободны.

Она пискнула, почувствовав под юбкой его руку.

— Не можешь подождать до дома?

— Я был в море целых пять дней и проголодался, как волк.

— Никогда не знаешь, чего от тебя ждать, — она рассмеялась и повела машину.

* * *

Сержио Капоретти, человек, которого Джонни выбрал в качестве капитана «Кингфишера», фигурой напоминал снеговика. Он заполнил всю дверь в кабинете Джонни, и большой живот торчал перед ним. Лицо его было круглым, как у ребенка, но с прекрасными итальянскими глазми и длинными, как у девушки, ресницами.