Охотники за алмазами - Уилбур Смит

— Но ведь здесь нет трубок? — Трейси снова повернулась к нему.

— Нет, — согласился Джонни. — Мы отыскиваем аллювиальные камни. Некоторые древние трубки взрывались с силой водородной бомбы, разбрасывая алмазы на сотни квадратных миль. Подводные трубки выбрасывали алмазы в беспокойное море. Более пассивные вулканические трубки просто подвергались выветриванию, и обнажались содержащиеся в них алмазы.

— И их вымывало в море? — догадалась Трейси.

Джонни кивнул.

— Верно. Миллионы лет их бесконечно медленно передвигали земные сдвиги, наводнения, реки и дождевая вода. Простые булыжники и камни стирались в порошок, превращались в ничто, а алмазы в четыреста раз тверже любого другого природного материала на земле, и они остались неизменными. И вот наконец они достигли моря и смешались с другими алмазами из подводных трубок, чтобы их в конце концов волнами выбросило на берег или занесло в такое место, как пролив между Молнией и Самоубийством.

Трейси открыла рот, собираясь задать новый вопрос, но Джонни прервал ее.

— Прилетели. Это Картридж Бей. — И он слегка наклонил нос самолета. Перед ними находилась скорее лагуна, чем залив. Отделенная от моря узкой песчаной полосой, она раскинулась в безлесной пустыне, обширное пространство спокойной мелкой воды, резко контрастирующее с неудержимым прибоем, обрушивавшимся на полосу. В полосе виднелось углубление и канал, вода в котором отливала зеленью. Канал извивался от лагуны к тому месту, где на краю пустыни располагалсь горстка одиноких белых строений.

Джонни резко повернул к этим строениям, и под ними в панике поднялась стая черных и белых пеликанов и розовых фламинго.

Джонни посадил самолет и подрулил к ожидавшему лендроверу, на бортах которого виднелось изображение белой молнии — знак компании «Ван дер Бил Дайамондз».

Прихватив с собой сумку-холодильник с ланчем, Джонни провел Трейси к машине и познакомил ее с десятником. Они сели в машину и направились к строениям на берегу лагуны. Джонни выслушал доклад десятника о ходе работ. Здания были оставлены разорившейся компанией «Алмазы Атлантики». Джонни отремонтировал их, и они будут служить базой «Кингфишера», центром отдыха для экипажа, радиоцентром, складом горючего и мастерскими для необходимых ремонтных работ. Вдобавок сооружался причал для семидесятифутового сардинного траулера, который будет вспомогательным судном «Кингфишера», действуя одновременно и как паром.

Они внимательно осмотрели базу. Джонни понравился проявленный Трейси интерес, он с удовольствием отвечал на ее вопросы, потому что сам испытывал прилив энтузиазма. Было уже почти два часа, когда они закончили.

— Как сторожевые вышки? — спросил Джонни.

— Все построены, оборудованы и ждут.

И вдруг у Джонни мелькнула мысль.

— Можем пойти взглянуть. — Он произнес это самым обычным тоном.

— Я поведу лендровер, — согласился десятник.

— Я знаю дорогу, — остановил его Джонни. — А вы займитесь своим ланчем.

— Мне нетрудно… — начал десятник, но заметил, как нахмурился Джонни, быстро взглянул на Трейси и замолк. — Да! Конечно! Прекрасно! Вот ключи. — Он протянул Джонни ключи от лендровера и исчез в своей квартире.

Джонни проверил ящик с едой, и они сели в открытый лендровер.

— Куда мы? — спросила Трейси.

— Осмотрим сторожевые вышки на полосе.

— Сторожевые вышки?

— Мы соорудили линию сорокафутовых деревянных вышек вдоль берега. С них будем следить за «Кингфишером», когда он будет в море. По радио свяжемся с кораблем и сможем сообщить ему местонахождение с точностью до нескольких футов, все будет рассчитано на компьютере.

— Ах, какой ты умный. — Трейси в шутливом восхищении раскрыла глаза.

— Глупая девчонка, — ответил Джонни и двинул рычаг. Мимо радиорубки он выехал на твердый влажный песок на краю лагуны; все более увеличивая скорость, он включал вторую и третью, пока они быстро не устремились к береговой линии дюн.

Трейси встала на своем сидении, ухватившись за край ветрового стекла, ветер подхватил ее волосы. Она сняла кожаную ленточку и встряхнула волосами, которые развевались за ней, как блестящий черный флаг.

— Смотри! Смотри! — крикнула она, когда стая испуганных фламинго взлетела белыми, розовыми и черными полосами над стеклянно-серебристой водой.

Джонни смеялся вместе с ней, он повернул лендровер к дюнам.

— Держись! — закричал он, и она крепче ухватилась за ветровое стекло, крича в восхищенном ужасе, когда они взлетали на крутую дюну, выбрасывая задними колесами тучи песка, и тут же переваливали через вершину и устремлялись вниз в захватывающем дух пике. Они пересекли песчаную полоску, добрались до берега и поехали вдоль него, играя в пятнашки с набегающими волнами.

Через пять миль на высоком берегу Джонни остановил машину, и они поели холодных цыплят и выпили бутылку охлажденного белого вина, сидя рядом на песке, опираясь на снятые с лендровера подушки сидений. Потом направились к воде, чтобы смыть жир с рук.

— Ого! Холодная! — Трейси набрала пригоршни воды, взглянула на Джонни, и на ее лице появилось дьявольское выражение.

Он попятился, но недостаточно быстро. Ледяная вода ударила его в грудь, и у него перехватило дыхание.

— Война! — Это был возглас их детства.

Трейси увернулась и побежала вдоль берега, Джонни за ней. Она чувствовала, что он ее догоняет, и закричала:

— Я нечаянно! Я не хотела! Прости!

В последний момент, когда он уже догнал ее, она увернулась и вбежала по колено в воду. Повернувшись лицом к нему, с отчаянным криком и смехом, она принялась поливать его водой.

— Ну, ладно, получай!

Увертываясь от пенных струй, он добрался до нее, схватил, хоть она сопротивлялась и лягалась, и понес в воду, погрузившись в нее по пояс.

— Ой, нет, Джонни, пожалуйста! Сдаюсь! Согласна на все!

И в этот момент случайная война, больше и сильнее других, сбила Джонни с ног. Они ушли с головой под воду и покатились на берег, насквозь промокшие, вцепившись друг в друга, обессилев от смеха.

Они стояли у лендровера, пытаясь выжать воду из одежды.

— Ты чудовище! — сквозь смех и слезы сказала Трейси. Волосы у нее превратились в спутанную мокрую массу, капли воды повисли на ресницах, как роса.

Джонни обнял ее и поцеловал, и они сразу перестали смеяться.

Она прижалась к его груди, закрыв глаза, ее губы, соленые от морской воды, раскрылись навстречу ему.

Рядом в лендровере загудел сигнал вызова, вспыхнула тревожно красная лампочка.

Они неохотно оторвались друг от друга и смотрели ошеломленными глазами.

Джонни потянулся к машине, достал микрофон и поднес его к губам.