Агент из Версаля - Владимир Бутенко

Ночной гонец привез из Крыма засургученную грамоту.

Владельца Мисоста Баматова, одного из самых влиятельных людей Кабарды, будить, однако, до утра не стали. Он, точно предчувствуя что-то важное, сам проснулся еще до утреннего намаза, вышел во двор. Услышав от слуги о приезде крымца, Мисост встревожился. Несмотря на пожилой возраст, глаза его не утратили зоркости, и он легко прочел при блеске свечи адресованную ему грамоту, вызвавшую радостный трепет. Под ней стояла подпись нового крымского хана Девлет-Гирея! А прежде всего в послании уведомлялись владетели Большой и Малой Кабарды, все их жители, что на заседании Дивана прежний хан Сагиб-Гирей отстранен от власти, а вместо него избран Девлет-Гирей. И, приступая к своим делам, он нерушимым словом подтверждает, что Кабарда принадлежит Крымскому ханству. Отныне и впредь ее жители берутся под покровительство Девлет-Гирея и обязаны неукоснительно соблюдать все его распоряжения.

Нарочные разнесли это сообщение по городкам и аулам, вызвав в них волнения. Издавна существовали на этих землях две группировки, две партии, – Кашкатауская, тяготеющая к России, и Баксанская, в которой состояли приверженцы Порты и Крыма. Нередко взгляды их менялись, и, в зависимости от сложившейся ситуации, владетели объединялись, выступали одним фронтом или вновь занимали враждебные позиции. Междоусобица в Кабарде не затихала. И весть о восхождении на крымский престол ставленника Порты вынудила владетелей, каких бы взглядов они ни придерживались, собраться вместе и принять общее решение.

В аул Мисоста Баматова владетели стали съезжаться с раннего утра, творя молитвы в дороге. Роса, блестевшая на черепичных крышах, и безоблачное небо сулили погожий день. По улочкам стелился сизый кизячный дым. Горьковатый запах его мешался с ароматом цветущих груш, с терпким духом раскрывшихся листьев. На широком подворье Баматова стало тесно от лошадей приехавших кабардинцев. Дом владельца, построенный по крымскому образцу, в два уровня, не смог вместить всех гостей.

Совет начался на площади, вблизи мечети.

После молитвы, проведенной муллой, участники расселись на своих бурках и на расстеленных коврах. На правах хозяина Совет кабардинских владетелей повел сам седобородый Мисост Баматов, по правую руку дав место престарелому родственнику, старейшине своего рода.

– Досточтимые владетели и уздени! Аллах собрал нас, чтобы мы, думая о судьбе нашей страны, обсудили общие действия, выслушали друг друга и приняли мудрое решение. Все, о чем будет идти речь, пусть останется только с нами, во имя Аллаха! Ни царский пристав Таганов, никто другой из русских не должен быть посвящен в наши помыслы. Кабарда была и остается непокоренной. Но будущее народа зависит от того, с кем мы будем состоять в союзе, кто поможет сделать нас сильней и богаче. Прошу вас поделиться своими мыслями. Пусть же первым скажет уважаемый Хаджи-Ахмат!

Мулла, сгорбленный, тощий старец, оглядел всех собравшихся и заговорил негромким, доверительным голосом:

– Аллаху угодно было вновь обратить внимание на нашу многострадальную землю. Сонмы народов и племен живут на Кавказе, но все они объединяются вокруг Кабарды, так как нет здесь никого сильней нас. Аллах и пророк его Магомет связывают кавказцев одной верой. В Крыму и в Турции живут наши братья, правоверные магометане, и можем ли мы, отвергая их протянутую руку, обращать свои взоры на север, в сторону России? – Хаджи-Ахмат выразительно помолчал. – По праву возраста я хочу предупредить вас о коварстве русских и надоумить тех, кто верит их посулам… Я был еще отроком, когда от русского царя приезжал кабардинец из рода Джамбулатовых и вел с нашими владетелями переговоры. Мой отец, также священник, рассказывал, что царь обязался взять наш народ под свое покровительство, защищать от врагов, освободить от налогов и платить жалованье кабардинцам, находящимся у него на службе. Владетели согласились на это и приготовились воевать на стороне русских.

Мулла вскинул ладонь со скрюченным указательным пальцем и взвинтил свой голос до предела:

– Но заверения неверных оказались ложью! И когда девять лет спустя в Кабарду пришло войско крымского хана и его командующий Салих-Гирей, который молился в мечети моего отца, стал устанавливать свой порядок, русский император Петр не пришел нам на выручку. Мисостовы и Атажукины приняли присягу на верность Крыму. А хан потребовал в залог аманатов и рабов, красивых наложниц… Никому, кроме Аллаха, доверять нельзя. Мы должны объединиться с Девлет-Гиреем и вместе выступить против неверных. Нас, братья мои, навек объединила вера!

Его сменил неторопливый, с курчавой бородкой и волосами цвета вороного крыла, Хамурза Асланбеков. Он поправил на поясе кинжал и в знак уважения склонил голову в сторону хозяина.

– Мудрый мулла сказал главное. Кабарду не оставляют в покое ни русские, ни крымчаки. Одни самовольно воздвигли на нашей земле крепость и разместили козаков, а другие требуют дань по ясырю.