Кортни. Книги 1-6 - Уилбур Смит

— Их огонь застал нас врасплох, — задумчиво произнес Экклес, и Син обратил внимание на его серьезный тон.

— Знаю. Я должен был поставить наблюдателей, — согласился он и про себя добавил: «Ты не Наполеон, и потери подтверждают это». — А сколько людей осталось без оружия? — спросил он.

— У нас двести десять ружей и один «максим», сэр, я приказал выдать каждому по сотне патронов.

— Должно хватить, — решил Син. — Придется попотеть, пока разведчики не приведут подкрепления.

Целых полчаса ничего не происходило. Син ходил по позиции и разговаривая с людьми.

— Как дела, моряк?

— Мою старую маму хватил бы удар. «Сынок, — сказала бы она, — от сидения в грязи мало толку». — Мужчина был ранен в живот.

— Попробуй покурить. Мне это всегда помогает.

Син достал отсыревшую сигару, протянул раненому и пошел дальше. Очень молодой человек тихо плакал, прижимая к груди окровавленные бинты.

— Сильно болит? — заботливо спросил Син. Мальчик поднял глаза, посмотрел на него, а по щекам потекли слезы.

— Уходите, — прошептал он. — Пожалуйста, уходите.

Син выполнил его просьбу. «Я должен был поставить людей наблюдать за гребнем горы, — подумал он. — Я должен был…»

— Сэр, на гребне — белый флаг, — возбужденно сообщил ему один из воинов.

Незамедлительно гул голосов пронесся по позиции.

— Они решили просушить свои мокрые шмотки.

— Эти ублюдки хотят попасть в окружение.

Син подошел к берегу и замахал шляпой в ответ на белый флаг, развевающийся на гребне. К нему подъехал всадник. Коуртни приветствовал его по-голландски. Бур, едва кивнув, протянул ему послание.

«Сэр, с минуты на минуту я ожидаю прибытия пушки „хочкисс“. Ваша позиция небезопасна. Я предлагаю вам сложить ружья во избежание дальнейшего кровопролития.

Жан-Поль Лероукс, главнокомандующий винбергских войск».

Послание было написано на клочке коричневой бумаги.

— Мои наилучшие пожелания генералу, сэр, но мы побудем здесь еще немного.

— Как вам будет угодно, — ответил бур. — Но сначала… — он указал на фигуры людей в форме цвета хаки, лежащие среди мертвых лошадей и мулов, — сначала вы должны посмотреть, есть ли среди них живые. А еще мы просим вас добить раненых животных.

— Вы так добры, сэр,

— Хотя, конечно, вы не должны брать ружья и снаряды.

— Конечно.

Бур следил за тем, как Экклес с полудюжиной солдат рыскал по полю, добивая раненых животных и осматривая людей. Один молодой парень был все еще жив. Воздух с тихим шипением выходил из дыхательных путей, он истекал кровью, Через реку его перенесли на одеяле.

— Одиннадцать убитых, сэр, — доложил Экклес.

— Как только закончится перемирие, мы должны перетащить еще один «максим» и два ящика снарядов.

Они стояли рядом с шотландской повозкой, и Син склонил голову, изучая большое орудие из голубого металла, накрытое брезентом.

— Есть, сэр.

— Мне надо четыре человека. Убедитесь, что у них есть ножи. Понадобится перерезать веревки.

— Есть, сэр. — Экклес ухмыльнулся и отправился обратно к реке.

Син подошел к сидящему на коне буру:

— Мы закончили, сэр.

— Хорошо, когда я скроюсь за горизонтом, вы начнете снова.

— К вашим услугам. — Син побрел обратно к реке, обходя мертвых. Над ними уже кружились мухи, поднимаясь с трупов, когда он проходил мимо.

Син дошел до берега и увидел Соула во главе безоружных людей. Рядом с ним сидел рассерженный Экклес. Его усы висели от огорчения. Син понял, что произошло. Соул вызвался командовать добровольцами, забыв о своем высоком звании.

— Какого черта ты это делаешь? — строго спросил Коуртни.

Соул пристально посмотрел на него.

— Стой, где стоишь. Это приказ. — Он повернулся к Экклесу. — Перебирайтесь на другой берег, майор.

Экклес усмехнулся.

Времени спорить не было. Гонец буров находился бы уже на полпути к вершине. Син повысил голос, обращаясь к мужчинам на позициях у берега:

— Слушайте все. Никто не должен стрелять, пока враг не откроет огонь. Таким образом мы сэкономим снаряды. — Потом, понизив голос, вновь обратился к Экклесу: — Не бегите, а просто идите небрежной походкой.

Син прыгнул в воду и оказался между Соулом и Экклесом. Они втроем смотрели на вершину и заметили, как всадник, помахав им шляпой, пропал.

— Пошли, — приказал Син.

Люди направлялись к шотландской повозке. Маленький упрямец, подумал он и пошел за ними.

В полной тишине, напоминающей о грозящей буре, он проворчал, обращаясь к Соулу:

— Я еще тебе покажу!

Фридман ухмыльнулся с видом победителя. Хотя с вершины холма еще не стреляли, долго это продолжаться не могло.

Соул с Экклесом перерезали веревки, стягивающие брезент. Син скинул его и нагнулся за пулеметом.

— Возьми его! — приказал он мужчине, стоящему рядом. — Хватаем снаряды и бежим.

С вершины горы начали стрелять. Залпы напоминали барабанный бой. Петляя, добровольцы приближались к реке.

Один мужчина упал. Син отбросил ящик с патронами, с трудом заставил себя остановиться, поднял «максим», продолжая путь. Впереди двигался Экклес, за ним Соул, а Син с тремя добровольцами замыкал шествие.

Все кончилось, Син сидел в ледяной воде, прижимая пулемет к груди. Он безумно злился на Фридмана, наблюдая за тем, как Соул с Экклесом, стоя на коленях лицом друг к другу, хохочут как безумные.

Син, отдав пулемет соседу, направился к этой веселой компании и положил руку на плечо лучшему другу.

— Ты… — Он не мог найти достаточно громких и резких слов. Если Соула убьют то Рут никогда не поверит, что это произошло не по его приказу. — Ты дурак, — произнес он и с трудом сдержался, чтобы не ударить Фридмана, но его отвлекли крики.

— Чертов ублюдок!

— Он наверху!