Такая игра - Дмитрий Сикорский

Данил, вынув из пальцев стакан и с трудом выволакивая Сашку из-за стола – «Тяжелый, черт. Вроде и роста небольшого, и не толстый, а подишь ты, не поднять». Впрочем Данил скорее прибеднялся перед самим собой. Затащив Сашку на второй этаж, Данил толкнул дверь в комнату – она оказалась не заперта – и положил приятеля на кровать, предварительно стащив с него кроссовки. Сашка не только не проснулся, но даже не заметил, что его куда-то перемещали.

Уложив Сашку, Данил присел на стоящий рядом стул, подумал, и достал из Сашкиной куртки сигарету и зажигалку. Вообще-то Данил не курил, не доставляла ему удовольствия эта вредная привычка, но иногда организм требовал. Как он говорил удивленным приятелям: «Моя норма – три сигареты в год». Огляделся по сторонам, никакой таблички, запрещающей курение в номере, не увидел. Внизу дымили вовсю, но можно ли было курить в номере, Данил не знал. Подумав, он распахнул окно и задымил, справедливо решив, что не убьют, максимум поругают. Потом всегда можно было сослаться на незнание.

Спать решительно не хотелось. Докурив сигарету, Данил выбросил ее в окно, притворил створки, оставив для проветривания небольшую щель и спустился вниз. На улице уже смеркалось, и народ зажигал развешенные по стене керосиновые лампы. «Ну да, электричества же нет» – вспомнил Данил, помогая повесить зажженную лампу миленькой девушке в коротком платье и переднике – «А интересно, в номере тоже керосинка есть?»

– Конечно. У входа стоит. И спички там же.

Данил удивленно посмотрел на девушку. Потом понял, что последнюю фразу произнес вслух.

– Ты новенький? Я тебя не знаю.

– Новенький. Я здесь в гостях. С Кромвелем – Сашкино прозвище далось Данилу легко, как будто он его так называл всю жизнь.

– Которого ты в номер тащил?

– Точно. А ты откуда знаешь?

– Я тут давно, почти всех знаю.

– А ты здесь работаешь?

– Не совсем. Я Марго помогаю. Племянница ее. Приехала в гости и застряла.

– Пойдем потанцуем – неожиданно вырвалось у Данила.

– Пойдем. Только я Марго предупрежу.

– Ага. Я у бара буду.

Данил проводил ее взглядом. Небольшого роста, стройная, с короткими темными волосами, она не относилась к типу женщин, которые нравились Данилу, но и отторжения не вызывала. Приятная девушка, даже где-то красивая.

Протолкавшись сквозь толпу к стойке, Данил неожиданно почувствовал неодолимое желание выпить. Водки не хотелось, поэтому Данил попросил пива и с удовольствием стал цедить его прямо у стойки.В глубине кухни он видел, как девушка подошла к хлопочущей Марго и стала что-то говорить ей, показывая в сторону Данила.Марго оглянулась, посмотрела на Данила и утвердительно кивнула. Девушка отошла, на ходу пытаясь дотянуться до завязок передника.

Когда девушка подошла к Данилу, пиво уже практически закончилось.

– Будешь?– кивнул он на кружку.

Девушка смешно наморщила нос

– Пиво? Не, не люблю я его. Лучше вина. Я вообще-то не пью, но сегодня можно.

– Бармен! Еще пиво и бокал вина! Полусладкого! А почему сегодня можно?

– А у меня именины сегодня.

Когда бармен поставил на стойку просимое, Данил взял со стойки бокал с красным вином и протянул его девушке.

– Держи. Кстати, меня Данил зовут.

– А меня Олья.

– Как?

– Олья. Вообще-то Ольга, но Марго завет Ольей. Так даже прикольней.

– Почему?

– Так Марго придумала. Ей почему-то так нравится. Это из какой-то старой песенки. Тут же все не под своими именами. Вот и я тоже.

– Я, например, под своим.

– Это ненадолго. Скоро тоже будешь какой-нибудь Джонни Уокер.

– Это вряд ли. Я тут случайно и скоро уеду.

Ольга засмеялась, глядя прямо на Данила.

– Все вы так говорите – сквозь смех проговорила она – а потом не выгонишь.

– Я – не другие – назидательно сказал Данил – Выпьем? За знакомство!

– Выпьем!

Дальнейший вечер остался в памяти Данила урывками. Вот он с Ольей танцует в круге какой-то танец под разухабистую мелодию оркестра… вот они у стойки пьют с ней на брудершафт и губы ее оказываются неожиданно мягкими и ласковыми… вот они снова танцуют, на этот раз под завораживающую медленную мелодию, она прижимается к нему, а он шепчет ей на ушко какие-то ласковые слова… вот они играют в какую-то игру на выпивку и все вокруг хохочут и они хохочут вмести со всеми… вот они поднимаются по полутемной лестнице, спотыкаясь и держась друг за друга, сопровождая это смехом и комментариями… вот они лихорадочно срывают друг с друга одежду, разбрасывая ее во все стороны… вот проваливаются в сладкое небытие… больше Данил ничего не помнил.

Глава 10

Пробуждение было ужасным. Даже неяркий свет безбожно резал глаза, заставляя беспрестанно жмуриться. Голова при попытке поднять ее тут же наливалась свинцом и падала вниз. Все мышцы гудели и отказывались повиноваться. Примерно с третьего раза Данилу наконец удалось собрать себя в некое подобие единого целого и оторвать голову от подушки. Получилось даже сесть. Первое открытие, которое Данил сделал – комната была другая. Кровать было одна, напротив стоял шкаф с зеркалом, в котором отражалась помятая физиономия Данила с налитыми кровью глазами. Рядом стоял столик со скатертью, на окне висели занавески, на подоконнике стоял букетик ромашек. Во всем чувствовалось присутствие женской руки. «Где это я?» – подумал Данил, нашаривая взглядом свою одежду. Она оказалась рядом, брюки лежали сложенными на стуле, рубашка аккуратно висела на спинке, кроссовки с носками стояли рядом. На брюках сверху красовались Даниловы трусы. Воровато оглянувшись, Данил протянул руку за трусами, поскольку только сейчас осознал, что сидит на кровати голым. Как это всегда бывает, именно в этот момент дверь отворилась и вошла давешняя девушка, на этот раз в шортах и маечке. «Олья» – тут же вспомнил Данил. И немедленно память услужливо подсунула ему все остальное – ее мягкие руки, страстные губы и жаркие объятия, не говоря уж обо всем остальном. В голове эхом отдавались ее бессвязные стоны и горячечный шепот «Да! Милый, да!…»

– Проснулся? – голос Ольи был не в пример более бодрый, да и выглядела она совершенно свеженькой. Как будто и не было ни вчерашнего вечера, ни бурной ночи.

– Ага – хрипло выдавил из себя Данил – а сколько время?

– Не знаю, у меня нет часов. Что-то около одиннадцати.

Данил машинально посмотрел на запястье, но часов не обнаружил.

– На подоконнике твои часики – уловив его взгляд, сказала Олья. Вставай, проспишь все на свете. Кромвель уже встал, с отходняком борется – сказала Олья, проходя мимо Данила к шкафу.

Данил сделал попытку схватить ее за