Остров Дохлого Дракона - Андрей Готлибович Шопперт

Тогда Ивашка взял коготь дрона и попробовал им ударить по руке. Он всю силу вложил в этот удар. Статуя покачнулась даже, но ни меча, ни таблички не выпустила. И тут Толстун набрался храбрости и надавил троллю на глаза.

Фитиль до этого тускло мерцавший вспыхнул вдруг ярким светом. Глаза тролля сверкнули, и он ожил. Прямо как во сне. Повернулся к Толстуну и занёс для удара меч. Однако гномы предупреждённые сном не испугались. Тролль оказался спиной к Ивашке, и тот не медля ни секунды, ударил его по занесённой руке когтем дракона. И Толстун успел отреагировать. Он двумя руками ухватился за табличку в руке у тролля и дёрнул её на себя. Металлическое чудовище дрогнуло всем корпусом и, покачнувшись, рухнуло вниз, катясь по лестнице со страшным грохотом. Летучие мыши, разбуженные и встревоженные ярким светом, устроили такой шум, хлопаньем крыльев и писком, что перекрыли даже шум падающего тролля. Наши друзья, оглушённые всем этим писком, грохотом и хлопаньем долго не могли прийти в себя. Тролль, докатившись до последней ступеньки, снова встал на ноги и полез вверх, к своим обидчикам, казалось, он ничуть не пострадал. Вот тут Ивашка по-настоящему испугался. Остолбенел.

- Смотри, он выронил меч и табличку, - толкнул друга Толстун.

И в самом деле, тролль лез по ступенькам с пустыми руками, и только яростным красным светом сверкали его глаза. Когда голова железного воина поравнялась с верхней ступенькой, гномы одновременно ударили по ней когтями дрона…

И видно одно колдовство победило другое. Рассыпался в пыль тролль, стал снова тусклым огонёк светильника, и только красные камни продолжали гореть в сумраке пещеры.

- Пошли быстрее отсюда, - потянул друга за руку Ивашка, - а то набегут ещё несколько таких монстров.

- Да уж пора выбираться, - и Толстун тоже заспешил вниз.

У подножия ступенек, среди горки пыли, они подобрали табличку, меч и, не удержавшись, взяли каждый по одному красному камню. Ощупью в темноте добрались они до выхода из пещеры. На небе искорками переливались звезды, ни облачка. Лёгкий бриз нёс запах моря, тропических деревьев.

- Ночь? - почти одновременно произнесли гномы.

- Что-то я не пойму, Ивашка, это сколько же мы были в пещере? Несколько часов или больше суток. – Толстун задал этот вопрос первым.

- Судя по тому, как мне хочется есть, даже больше, чем сутки, - тут же сам себе и ответил он.

- Придётся, наверное, утра здесь дожидаться, - решил Ивашка, - помнишь, как мы сюда добирались, ночью и дороги то не найти, ещё свалимся с обрыва, или заблудимся, там столько деревьев навалило.

Пристроившись спиной к скале, моряки в полумраке дождались рассвета. Как и везде в тропиках день начался почти сразу, вроде только что было темно и вот уже ярко светит солнце, поют птицы, жужжат пчелы. Обратная дорога к морю не заняла много времени, а сквозь поредевший лес хорошо было видно море. Ивашка шёл впереди и первым заметил корабль. Обрадованные, что галера цела, гномы пробрались сквозь последние заросли лиан и очутились на берегу. Оказались, что шторм пощадил и их лодочку. Мачта, правда, была сломана, а сама лодка наполовину занесена песком и водорослями. Целый час понадобился Ивашке, чтобы выгрести из лодки всю эту грязь и подтащить её в воде. Толстун в это время вырубил в лесу новую мачту. И вот уже подгоняемые отливом они плыли к кораблю.

- Да где же вы были все это время? - набросились на друзей капитан. - Мы вас уже и ждать перестали, хотели вот с отливом отплывать. Вчера весь день остров обшаривали. Матросов убитых нашли, деревьями раздавлены, а вас нет нигде.

- Да мы в одной пещере бури переждали, и видно заснули, - Ивашка и сам понимал, что это оправдание звучит странно.

Капитан только рукой махнул: «Ври, мол».

- Нет, правда, проснулись – ночь. Боялись заблудиться, сидели утра ждали, - Толстун даже изобразил, как они сидели у пещеры и ждали рассвета.

- Да, ладно. Живы и хорошо, а то я отчаялся. Заплыли черте куда. И ни штурмана, ни боцмана, ни плотника, вообще из команды многие погибли.

- Эльф - то цел? - заволновался Ивашка.

- Цел твой эльф, да вон он на своём месте, - ткнул капитан рукой в сторону гребцов

- Так, что отходим? - сразу успокоился штурман.

- И чем быстрее, тем лучше, далековато забрались, пора домой. Ветер, правда, с севера, придётся на вёслах идти, - и уже обращаясь к Ивашке как к своему помощнику.

- Штурман, с якоря сниматься, курс северо-восток, - и подмигнул, - Ну раз выспались, покомандуй пока, а я пойду вздремну, а то с этой бурей и поиском, двое суток не спал.

Три дня шли навстречу ветру на вёслах, из-за малочисленности команды за весла по очереди садились все. Ивашка и сам не один час провёл, выгребая против ветра. Только на утро четвёртого дня ветер стал меняться, задул с запада, можно сказать, почти попутный, поставили паруса и дали совсем выбившимся из сил гребцам отдохнуть.

Эльф тут же предложил Ивашке начать уроки магии. Запершись в каюте, чтобы никто не мешал, колдун начал издалека.

- Нужно для начала развить свои силы. А для этого нужно освоить четыре великих правила магии, которые составляют стороны колдовской пирамиды. Четыре правила – это четыре краеугольных камня магии, от которых поднимается таинственное сооружение искусства колдовства. Каждое правило в отдельности не магическое, и только применение всех четырёх вместе даёт магический эффект. Четыре краеугольных правила колдовской пирамиды следующие: сильное злобное воображение, огненная воля, непоколебимая вера и соблюдение тайны. Нужно всячески развивать воображение, чем сильнее и ярче будет ваша фантазия, тем сильнее эффект от ваших чар. Чем более сильная эмоция, тем выше шансы на успех.

Вторая сторона колдовской пирамиды – сила, так называемая «воля». Почти, само собой разумеется, что развитие сильной воли – одна из главных целей, практикующихся в колдовстве. Воля – это требование магии. Вы должны воспитать свою волю: « Если сразу не получится, пытайтесь, пытайтесь, пытайтесь снова, настойчивость приносит успех». Что бы покорить мир,