Капитан Сорвиголова - Луи Буссенар

– Мы готовы капитулировать, – проговорил англичанин. – Каковы ваши условия?

– Вы покинете бронепоезд, оставив там все оружие, – спокойно ответил бур, – и выстроитесь на расстоянии двадцати шагов от нашей траншеи. Оттуда вас отведут в лагерь.

– Наши люди смогут сохранить свои вещи?

– Пожалуй, но только после досмотра.

– У нас трое офицеров, и нам не хотелось бы расставаться со своими шпагами.

– Об этом поговорите с нашим командующим. Мое дело – доставить вас к нему. У вас есть пять минут, после чего мы возобновим огонь.

Англичане покинули крепость на колесах и под руководством офицеров выстроились перед траншеей. Вооруженные буры вышли из окопов, с любопытством рассматривая англичан, большинство из которых не скрывали радости по поводу того, что война для них закончилась.

Затем Вутерс в сопровождении Сорвиголовы и трех десятков буров приблизился к англичанам, чтобы проверить, нет ли в их рюкзаках оружия. Но когда он проходил мимо английского капитана, тот выхватил из рюкзака револьвер и выстрелил в упор.

– Будь ты проклят, негодяй! – яростно выкрикнул он.

Вутерс рухнул навзничь с раздробленным черепом. Сорвиголова с молниеносной быстротой вскинул свой маузер к плечу – и труп капитана рухнул на тело его жертвы…

Но расправа с преступником на месте не успокоила буров, чье негодование не знало пределов. По их мнению, все англичане должны были жестоко поплатиться за отвратительное преступление одного из них. Еще минута – и пленники были бы просто перебиты.

Жана бросило в дрожь от мысли, что сейчас произойдет одно из тех массовых убийств, которые ложатся позорным пятном не только на тех, кто его совершил, но и на тех, кто не помешал кровопролитию. Рискуя пасть первой жертвой обезумевших от гнева буров, Сорвиголова бросился между англичанами и ощетинившимся ружейными стволами строем буров и крикнул:

– Опустите ружья! Друзья, умоляю вас – опустите ружья!

Поднялся крик, буры заспорили, но ни один из них не выстрелил. Это была половина победы. Звонким голосом Сорвиголова продолжал:

– Во имя справедливости и свободы, которые вы непременно добудете, не карайте этих людей за преступление, в котором они неповинны.

– Верно! Он прав! – раздалось несколько голосов. Даже самые непримиримые умолкли, с сожалением опустив ружья.

Военнопленные были спасены.

Английский лейтенант шагнул к Жану Грандье и, отдав ему честь, сказал:

– Капитан! Вы поступили как благородный джентльмен. Благодарю вас от имени своих солдат, ибо все мы порицаем поступок капитана Хардена.

– Капитан Харден? Командир первой роты шотландских стрелков?

– Вы его знали?

– О да! В таком случае и я благодарю вас, лейтенант…

Во время этого короткого разговора, вызвавшего у английского офицера недоумение, буры осмотрели рюкзаки пленных и окончательно убедились, что в них нет оружия.

Препроводить команду бронепоезда в лагерь буров выпало Молокососам. И когда англичане под конвоем юнцов, младшему из которых еще не исполнилось пятнадцати, а старшему – восемнадцати, понурой колонной потащились в сторону лагеря, Сорвиголова, склонившись к уху Поля Поттера, шепнул:

– А знаешь, кем был тот английский офицер, которому я прострелил голову?.. Это капитан Харден, один из пяти членов военно-полевого суда, убийца твоего отца.